Беляев Александр

«Человек-амфибия»Далеко за океаном в опекаемой солнцем стране на верху горы есть дом. Там творит бог под именем доктор Сальватор. Он лечит и занимается наукой. Его гением был создан Ихтиандр, который мог существовать в двух стихиях, но не среди людей.«Ариэль»Где-то в Азии есть школа, из которой очень хочет сбежать один юноша. Там же есть одарённый изобретатель – доктор Хайд, который придумал, как юноше это сделать по воздуху.Рекомендовано для внеклассного чтения.

«„Окаянный край!“ – так писатель В. Г. Короленко назвал Туруханский край. Но название это вполне приложимо и к Якутии. Печальная тощая растительность: в местах, защищенных от ветра, – хилые кедры, тополь да корявые березки; дальше к северу – как будто скрюченный болезнью кустарник, ползучая береза, стелющаяся по земле ольха, вереск; еще дальше – болота и мхи. Когда глядишь на эти хилые, пришибленные деревья и кустарники, бессильно льнущие к земле, кажется, будто несчастные растения хотят уйти в глубину, скрыться от леденящих ветров, не видеть этого „окаянного края“, куда закинула их злая судьба. И если бы их воля, они вытащили бы из мерзлой земли свои корявые корни и поползли бы туда, на юг, где благодетельное солнце, тепло и ласковый ветер… Но деревья принуждены умирать там, где они родились; все, что они могут сделать, – это пригнуться ниже под ударами ветра судьбы и ждать своей участи…»

Дикие леса Бразилии, неохотно раскрывающие тайны перед пытливым умом ученого-биолога. Суровые ледяные пещеры Гренландии – усыпальницы для десятков тысяч рабочих, оказавшихся «балластом экономики». Зазеленевшие пустыни Средней Азии, регулярно орошаемые искусственно вызванными дождями. Самые невероятные картины будущего – каким оно виделось великому фантасту в 20-х годах прошлого века – ждут читателя в этом сборнике.

«Кто бы мог подумать, что незначительный случай решит мою судьбу.В то время я был холост и жил в доме научных работников. В один из весенних ленинградских вечеров я сидел у открытого окна и любовался на деревца сквера, покрытые светло зеленым молодым пушком. Верхние этажи домов пылали палевыми лучами заката, нижние погружались в синие сумерки. Вдали виднелись зеркало Невы и шпиль Адмиралтейства. Было удивительно хорошо, не хватало только музыки. Мой ламповый радиоприемник испортился. Нежная мелодия, заглушенная стенами, чуть доносилась из соседней квартиры. Я завидовал соседям и в конце концов пришел к мысли, что Антонина Ивановна, моя соседка, без труда могла бы помочь мне наладить радиоприемник. Я не был знаком с этой девушкой, но знал, что она работает ассистентом физико технического института. При встрече на лестнице мы всегда приветливо раскланивались. Это показалось мне вполне достаточным для того, чтобы обратиться к ней за помощью…»