Наёмники. Дождливая осень - Курников Александр Александрович "Finnn" - Страница 1

Наёмники. Дождливая осень

Александр Александрович Курников

© Александр Александрович Курников, 2020

ISBN 978-5-4474-9934-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Первое, что понял Росс, когда открыл глаза, так это не понял, что их открыл. В обоих случаях темно было одинаково. Голова гудела как растревоженный пчелиный улей, а тело ныло так, как обычно бывало после часового спарринга с Хэнком, то есть, живого места на нём не оставалось вообще. Всё болело, всё было не так, и не там. Росс ощупал лицо, нашёл пару свежих ссадин и, судя по резкой боли, хороший фингал под правым глазом.

– Эй. – Тихонько позвал он. – Чего так темно-то?

– Чего эй, – отозвался кто-то рядом – лежи спокойно, темно ему.

– Бизон?

– Нет, это Кемет второй, Комуник, король Таваско блин.

– Бизон. А чего так темно?

– А как, по-твоему, должно быть ещё под землёй?

– Под землёй? Мы же в донжоне, или…, да! Ох, ма-а-а!

– Да не ори ты так ради неба! – Полушёпотом просипел Бизон. – Тут и так всё время что-нибудь рушится! – И где-то не далеко, что-то гулко грохнуло. – Во! Говорил же.

– Как такое могло произойти?

– Ничего удивительного, тут же сплошной карст, да ещё говорили, по крепости последователь Норея погулял, так?

– Так.

– Ну вот.

– А что за карст?

– Совокупность процессов и явлений, связанных с деятельностью воды, которая растворяет горную породу, тем самым обогащая самоё себя.

– Вот это да!

– А ты думал, что Бизон неряха и пропойца? Я, мил друг, в Гамале горное дело изучал, пока историей не увлёкся.

– Погоди, какие горы? Вся Боулекская марвелла сплошные долины да леса и…, снова долины.

– Вот тут ты не прав, если внимательно присмотреться, то остатки небольших гор тут всё-таки можно увидеть. От Бреги до Боулека тянется гряда небольших холмов, среди этих холмов попадаются небольшие скалы, вот на одной такой из них и построили в своё время Бреги. Вернее, Бреги это Джезарийское название, Валлук, вот как это место называлось раньше. Древние горы тут были когда-то, лазили козы по горам рогаты, тих и задумчив, суров был сей край, но пришёл цверг и построил сарай. И сарай этот Валлуком назвал.

– Тебе не кажется, что сейчас не самое удачное время для истории со стихами?

– А что ещё делать?

– Выбираться, конечно, что ещё!

– Я вроде как бы ранен, если ты не забыл, конечно, и сам передвигаться не могу.

– Но я-то могу. – Росс попытался приподняться, но смог пошевелить только руками. – Что такое?

– Наверное, привалило чем-то.

Ханди ощупал себя и понял, что его от груди и ниже засыпало землёй и камнями. Просто при обрушении часть земли съехала внутрь башни.

– Это хорошо, что я головой не к стене лежу, а то бы мы с тобой не разговаривали.

– Откуда ты знаешь, как ты лежишь?

– Наверно глаза к темноте немного привыкли, кое-чего сумел разглядеть, вон ты, вот комната, вон выход, завален правда, но не сильно, откопаться думаю, можно будет.

– Я уже час тут таращусь и ничего у меня не привыкло.

– Я всегда в темноте неплохо видел. – Росс стал откидывать мелкие камни и отгребать землю. Как только начал восстанавливаться кровоток, тело заломило, колючки забегали по кровеносным сосудам, заставляя Росса периодически останавливаться.

– Чего ты там возишься?

– Я целый час был придавлен, эх, должно быть рожа у меня сейчас синюшная, как у покойника. Да, кстати, ты никого больше не слышал? Я к тебе не один шёл.

– Я знаю, ты первым сюда вошёл, когда всё случилось, а Бык с Хумом, похоже, не успели.

– Они там с кем-то из знакомых Хума на первом ярусе задержались. – Росс потихоньку стал сгибать и разгибать ноги. – Потом бросились сюда, кричали что-то. Теперь я понял, чего они орали. Вообще удивительно, что башня выстояла.

– Не думаю, что вся она уцелела, ведь от третьего яруса башню строили люди.

– А нижние кто?

– Полагаю цверги, лет восемьсот назад это были их земли. Потом небольшая их часть ушла на север за Валар, а остальные подались на Сегетский отрог.

– Это тот, что входит в хребет Коннор?

– Да, северная его часть.

– Валлук, это цвергское название?

– Нет, неужели тебе Сандр ничего не рассказывал?

– Он как-то не любит на тему цвергов распространяться, один раз правда рассказал про бор Конама. – Росс поднялся. – О, совсем ноги не держат.

– Ты покачайся с пятки на носок, кровь скорее по жилам побежит. Бор Конама, говоришь? Слышал я эту историю, говорят, в самом его центре есть город полный сокровищ.

– Угу, ещё говорят, что многие пытались их добыть, вот только никому это не удалось. Никто не оттуда живым не вернулся, а если и вернулся, то полным психом, который даже своей тени боится. Слышал про монстров? Сандр мне всего лишь одного жука-оленя показал, так меня чуть не вывернуло. Страшный уродец.

– Слышал, но думаю всё это сказки.

– Сказки. – Хмыкнул Росс. – Ты, кстати, как сам?

– Тряхнуло немного, когда башня провалилась, а так ничего, ноге даже получше стало.

– Значит надо откапываться. Интересно, на какой мы глубине? – Росс попробовал руками ковырять землю, но она была такая холодная, и в ней было столько острых камней, что он быстро бросил эту затею. Да и камни какие-то были странные, похожи на вытянутые и плоские треугольники, или на наконечники стрел. Росс взвесил один из них, поднял второй, тот по форме и по весу точно совпадал с первым. – Странно.

– Что такое?

– Тут, похоже, запас наконечников для стрел с землёй и камнями вперемежку, вот значит что кололось. Может сверху какой ящик свалился а?

– Может быть, хотя…. Тут нет по близости никакого факела?

– Сейчас посмотрю. – Росс еле отыскал не большой масляный светильник и запалил его.

– Посвети-ка. – Наконечники выглядели странно, они были так отполированы, что Бизон и Росс отчётливо отражались в них.

– Зачем было это делать? – Не понял Росс.

– Это не полировка, это металл такой, шкарбенд называется, редкая вещь. В огне он становится жидким и может даже испариться, а если швырнуть его в стену, так бабахнет, что только держись. Удивляюсь, как это они при обвале не взорвались.

– Если у Фотия было такое оружие, чего он его не использовал?

– Скорее всего, он и не знал о них, кто-то тут их припрятал и, похоже, очень давно.

– Опять цверги?

– Нет, хотя шкарбенд их придумка, нечто похожее они применяют при штрековых работах.

– Каких?

– Горных. Вы с Сандром точно общаетесь?

– И этот туда же. Дай-ка я лучше твою рану осмотрю. – Росс не стал менять повязку на бедре, не кровило, гнилостного запаха не было, значит всё в порядке.

– Ты когда откапываться будешь, складывай их отдельно на что-нибудь мягкое, на землю там, опасные эти штуки всё-таки.

– Ладно.

– Эй! Ты куда светильник поволок!?

– А вдруг я один из наконечников сослепу уроню?

– Так ты же и так всё видишь.

– Я же не кошка, всё видеть не могу.

На первом ярусе разрушений было меньше, только через весь монолит, на котором стояла башня, проходила здоровенная трещина, да кое-где выпали камни из кладки. Из полусотни раненых после обвала выжило сорок два человека и пятеро лекарей, с Хумом и Быком выходило семеро здоровых. Раненые нуждались в воде, но взять её было негде, и один из лекарей со звучным прозвищем Келем-Три Тесака, наехал на Быка на счёт этой самой воды. Пришлось Бычаре с Хумом и двумя лекарями искать способ как её добыть.

– Единственный выход закрыт скалой. – Страдал очевидностью Хум.

– А что если сделать пролом в стене? – Предложил один из санитаров. Буй Бык молча, взял беднягу за шкирку и подвёл к оной, огромные блоки весом в десятки фуртов (центнеров) подогнанные так, что даже ножичек не просунешь, нерушимо стояли от пола до потолка.