Счастливый перелом (СИ) - Чекменёва Оксана - Страница 1

Оксана Чекменёва

СЧАСТЛИВЫЙ ПЕРЕЛОМ

Часть первая

— Пойми, Джиллиан, это твой единственный шанс, — проникновенно глядя на меня, увещевала миссис Монро. — Сейчас, в это время года, найти работу с проживанием практически невозможно. По крайней мере — я о такой не слышала. А здесь ты за несколько дней работы получишь столько, сколько обычно получаешь за месяц.

Даже больше, потому что прижимистые супруги Хенли скрупулёзно вычитали из моего оклада плату за проживание и питание. Но оставшегося мне вполне хватало, и я любила свою маленькую подопечную Вики, поэтому даже не пыталась найти другое место. И вот теперь, спустя три года, оказалась на улице. Не в прямом смысле, конечно, но до конца года свою комнату в доме Хенли мне нужно освободить, а до него осталась всего две недели.

— Оплата замечательная, — согласилась я. — Но другая страна… Если честно — мне немного страшно. И я бы хотела постоянную работу.

— Постоянной сейчас нет. И вряд ли будет в ближайшее время. Решайся, Джилли, это выход и для тебя, и для меня. Потому что я тоже не представляю, где взять свободную гувернантку, да ещё и имеющую загранпаспорт, за неделю до Рождества. И лучше, если дети встретят Рождество с родственниками, чем в приюте, ты согласна?

— Согласна, — понимая, что моими чувствами откровенно манипулируют, кивнула я. — Но почему родственники сами не приехали за ними?

— Насколько мне известно, опекуном мальчиков назначен дядя, точнее — двоюродный дядя, который около месяца назад сломал ногу, и до сих пор передвигается на костылях. Так что он физически не сможет сопровождать троих малышей во время перелёта на другой континент. Все юридические вопросы по поводу опеки и переезда мальчиков в Штаты взяли на себя адвокаты местного филиала его фирмы. Они же и обратились в моё агентство с просьбой подобрать сопровождение для детей, поскольку мистер Барнел настаивал на профессиональной гувернантке. Джиллиан, соглашайся. Перелёт оплачен в оба конца, билеты в первый класс, выдаются деньги на текущие расходы, очень хорошая оплата. Обратный билет с открытой датой, посмотришь мир, в конце концов. Соглашайся.

— Хорошо, — кивнула я.

А был ли у меня выход? Ни жилья, ни работы, ни накоплений. Когда во время моей учёбы в колледже, мои родители развелись, продали наш дом и стали активно устраивать свою личную жизнь, я поняла, что возвращаться мне некуда, и стала искать работу с проживанием. Моим первым и пока единственным местом работы был дом супругов Хенли, чей сын, после гибели жены, отдал им на воспитание двухлетнюю внучку. Пожилые супруги тоже не особо горели желанием заниматься малышкой, поэтому и наняли меня, и именно с проживанием, поскольку очень любили путешествовать, так что большую часть времени мы с Вики оставались вдвоём. Но год назад друзья, с которыми Хенли познакомились в одном из круизов, пригласили их отдохнуть на своей вилле в Греции, настояв, чтобы они взяли с собой и внучку, о которой были наслышаны. Именно этим и объясняется наличие у меня загранпаспорта — Хенли оплатили мне его получение, а так же билеты для меня, лишь бы не обременять себя заботами о малышке во время совместного отдыха с друзьями.

А недавно отец Вики женился второй раз. И его новая жена настояла на том, чтобы девочка жила с ними. Я была рада за малышку, её мачеха мне, в общем-то, понравилась, вот только я внезапно осталась без работы. И всё, что мне смогли предложить в агентстве на данный момент — отвезти к дяде-опекуну трёх внезапно осиротевших мальчиков, мать которых погибла, а отец умер пару лет назад. Родственников здесь, в Англии, у них не осталось, наверное, поэтому в завещании матери был указан её американский кузен. Сама она тоже была американкой, у детей — двойное гражданство, и это позволило избежать множества юридических проблем.

Так что, спустя сутки, перевезя свои вещи от Хенли в дом отца, который согласился пока подержать их у себя, взяв лишь немного одежды на несколько дней, я забирала братьев Энок из приюта. Всё, что я знала о них — лишь имена и возраст детей, по словам миссис Монро, у мальчиков была няня, которая уволилась в тот же день, как узнала о смерти своей работодательницы, поэтому их и поместили пока в приют. Первым в холл вышел старший, семилетний Николас, едва ли не по полу волоча довольно объёмную спортивную сумку, следом вышла воспитательница, ведя трёхлетних близнецов, Сэма и Сета. Младшие дети глядели на меня настороженно, старший — испуганно-выжидательно, но, когда я представилась и сказала, что отвезу их к дяде, заметно расслабился.

Всю дорогу до аэропорта близнецы молчали, сидели, прижавшись друг к другу и сосали большие пальцы. Я поинтересовалась у Николаса, нет ли у них с собой каких-нибудь игрушек, которые лучше переложить в мой рюкзак, чтобы взять их с собой в салон самолёта, поскольку большую сумку придётся сдать в багаж. И была в шоке, услышав, что в сумке лишь одежда. Ни книг, ни игрушек, ни каких-либо памятных вещей, вроде фотографий. Только одежда. Именно её няня собрала перед уходом по просьбе социальных работников, увозивших мальчиков в приют.

— Они сказали: «Соберите немного вещей на первое время», вот няня и собрала. И нас сразу одели и увезли. Я даже книжку взять не успел, которую читал, — вздохнул Ники, который попросил называть себя именно так.

Выяснив, что читал он первую книгу про Гарри Поттера, я порадовала его, сообщив, что все книги про Поттера есть у меня в электронной «читалке», и он сможет читать в самолёте, благо лететь нам долго. И мальчик, впервые с момента нашей встречи, робко улыбнулся.

Пользуясь тем, что в аэропорт мы приехали заранее, а на «дорожные расходы» мне была выделена кругленькая сумма, мы зашли в пару магазинчиков, и в межконтинентальный полёт отправились во всеоружии, имея в запасе несколько детских книг, раскраски, фломастеры, трёх маленьких плюшевых медвежат, две машинки и трансформер, а так же детский рюкзачок для Ники, в который всё это сложили.

Учитывая кучу мультиков на моем планшете и множество детских песен в плеере — полет должен пройти не так уж и плохо, по крайней мере, я на это надеялась.

Мои надежды оправдались с лихвой. Не сказать, что я прямо-таки супер-спец по малышам, но кое-какой опыт у меня имеется, и официально заявляю — таких послушных трёхлеток я не встречала никогда. Даже Вики, которую я считала настоящим ангелочком, и то раскапризничалась бы в этой новой для себя обстановке. Но близнецы молча шли, держась за мои руки, туда, куда я их вела, молча сидели там, где сажала, молча, не вынимая больших пальцев изо рта — на чём я решила не заостряться, они явно себя так успокаивали, — и прижимая другой рукой новеньких медвежат, слушали сказку или смотрели мультики.

Волшебное поведение малышей нашло свою разгадку во время ужина — они так же молча, послушно и достаточно аккуратно, лишь с небольшой моей помощью, ели свои порции, но в какой-то момент Сэм случайно опрокинул свой стакан, и остатки сока пролились на штанину его брючек. В принципе, неприятно, но не страшно, для такого крохи — едва ли не нормально. А вот отреагировал он на это не вполне соразмерно — расплакался, сжался в комочек, а когда я потянулась, чтобы утешить его — описался.

И, видя столь бурную реакцию близнецов — поскольку Сет тоже расплакался, — и испуганно-выжидательный взгляд Ники, я, наконец, поняла — детей били. Отсюда и идеальное послушание, и явное ожидание наказания за столь незначительную провинность, и шараханье от протянутой руки. Вздохнув, я вынула из своего рюкзака футболку, сожалея, что не догадалась достать из сумки сменную одежду для малышей, прежде чем сдать её в багаж, попросила Ники присмотреть за братом, подхватила рыдающего Сэма и отнесла в туалет. Умыв и обмыв малыша, и надев на него свою футболку прямо поверх рубашки, я застирала его трусы и брюки, после чего отвела умыться и воспользоваться туалетом Сета. За это время стюардесса унесла остатки их ужина, так что, подняв подлокотник, я уложила на получившийся из двух просторных сидений диванчик обоих малышей валетиком, и, спусти несколько минут, наплакавшиеся близнецы уже спали.