Акарная (ЛП) - Нони Линетт - Страница 1

Лайнетт Нони

Акарная

Переведено специально для группы

˜"*°†Мир фэнтез膕°*"˜

http://vk.com/club43447162

Оригинальное название: Akarnae

Серия: Хроники Медоран #1/ The Medoran Chronicles #1

Автор: Лайнетт Нони / Lynette Noni

Перевод: Andromedka, Vinna, kkofein, EllaFV,

leslanta, Sneshka, yasya69

Редактор: Евгения Волкова

Глава 1

— Милая, если бы был другой выход, я и твоя мама взяли бы тебя с собой сразу же.

Александра Дженнингс уставилась из окна машины на густой лес и вздохнула в трубку:

— Знаю, пап. Но это всё равно отстойно.

— Прости, милая, — повторил отец. — Но Международная академия обмена — это одна из лучших школ в стране. Они хорошо позаботятся о тебе.

Алекс едва сумела сдержать слова, которые пытались слететь с её языка прямо в телефон.

Она хотела кричать. Возьмите меня с собой! Не бросайте меня!

Это было именно то, что она чувствовала, но это была не их вина. Им представилась возможность учиться у знаменитого археолога — такое бывает только раз в жизни — но был один момент. Они не могли никого взять с собой, а это означало, что Алекс отправляют в школу-интернат до конца учебного года — целых восемь месяцев.

Но было ещё кое-что похуже. Они не только оставляли её, но ещё и отправлялись на раскопки в сердце Сибири — то есть в Россию — с полнейшим отсутствием связи. Где нет сети. Нет Wi-Fi. Нет даже почты. Алекс буквально ничего не будет знать о них до самого их возвращения к летним каникулам в начале июня.

— Меня просто бесит, что я не смогу связаться с вами, — уже не в первый раз сказала Алекс. — Что если меня клещ укусит, и я умру от болезни Лайма? — она скользила взглядом по лесистой местности. — Определённая вероятность есть. И я даже не говорю о том, сколько, если верить Википедии, в этих лесах водится диких животных. Что если меня медведь сожрёт? Или кугуар? Я не смогу позвонить вам и рассказать, что случилось!

Голос отца звенел от веселья в телефонной трубке.

— В том маловероятном случае, когда тебя загрызут представители дикой природы, ты будешь не в состоянии звонить кому бы то ни было.

— Верно, — признала Алекс, — но вам так же никто не сможет позвонить от моего имени. А это значит, что вы пропустите мои похороны, и вы никогда не сможете узнать подробности моей смерти. Вы всю оставшуюся жизнь будете спрашивать себя это волк или рысь насладились блюдом «Александра».

Её отец рассмеялся.

— Я буду скучать по твоему чувству юмора.

— Пап, я сейчас абсолютно серьезно. Хищные животные, это не повод для шуток.

Он мудро проигнорировал её слова и вместо этого сказал:

— Твоя мать странно машет мне руками. Кажется валиум, наконец, подействовал. Я заставил её принять двойную дозу. Ты же знаешь, как она ненавидит летать, поэтому я думаю, что павлиньи пляски и махание руками означают, что она хочет поговорить с тобой. Я лучше передам ей телефон, пока никто не обратил на нас внимания.

Алекс улыбнулась в трубку.

— Вероятно, это хорошая идея.

— Я люблю тебя, милая. Время пройдёт быстрее, чем ты думаешь.

Прежде чем она успела ответить, в динамике раздался треск, когда папа передавал телефон.

— Алекс? — заплетающимся языком проговорила мама. Ещё десять минут и она будет в отключке, что было ей только на благо, она ведь действительно плохо переносит полёты.

— Я здесь.

— Я ненадолго, мы только начали садиться на наш — ик! — рейс, — сказала она. — Но я хотела сказать — ик! — прощай, еще раз.

Алекс нахмурилась, глядя на переднее сиденье

— С тобой все хорошо?

— Хорошо, хорошо, — ответила мама, снова икнув. — Я просто немного выпила, чтобы запить успокоительное. Ик!

— Мам, я почти уверена, что тебе не следует смешивать алкоголь с этими таблетками, — сказала Алекс, не сумев сдержать смешок. — И знаешь, согласно статистике, у тебя больше шансов получить по голове от мула, чем умереть в авиакатастрофе. С тобой всё будет в порядке.

— Конечно, будет, — слова матери стали ещё более невнятными, так как таблетки продолжали действовать. — И с тобой тоже все будет в порядке. Знаю, ты хотела поехать с нами, но всё это, правда, к лучшему. Ик! Ты всю жизнь проколесила с нами по миру, самое время осесть и завести друзей-сверстников.

Мама была права. Переезды из страны в страну каждые насколько месяцев, в то время как её родители охотились за очередной археологической сенсацией, не помогли социальному развитию Алекс. У неё вообще не было друзей — она даже не знала, как заводить их. Внутренняя политика старшей школы была за пределами её понимания. Она понятия не имела, что ожидать от школы. Это не всё равно что сесть рядом с кем-нибудь в песочнице, полепить пасочки и объявить «закадычные друзья навеки».

— Ты права, — произнесла Алекс как можно позитивнее. — Я уверенна, что всё будет великолепно.

— Так — ик! — держать! — ответила мама. — А сейчас, я лучше пойду, пока пурпурная обезьянка не съела мой последний банан. Ик!

Алекс вопросительно посмотрела на телефон, а потом обратно вернула к уху.

— Что ты сказала?

— Я сказала…

Она была прервана отцом Алекс на заднем плане.

— Пора на борт, Рейч. Скажи «пока».

— Я должна идти, Алекс. Знаю, ты прекрасно проведёшь время — ик! — в академии. Увидимся в июне. Недолго осталось!

Очевидно, что лекарства сделали своё дело, особенно если теперь восемь месяцев приравнивались к «Недолго осталось!». Но Алекс не хотела портить радостный настрой матери, поэтому смолчала.

— Люблю тебя, детка. Будь осторожна и повеселись там! — эти прощальные слова прервал тихий клик последнего, на очень долго время, телефонного разговора.

Ощутив разочарование, Алекс повернулась, чтобы снова выглянуть из окна машины. Она заметила, что сейчас их окружает гораздо больше деревьев, чем раньше. Это было простое доказательство того, насколько легко несколько часов езды переместили её из последнего места, которое она называла домом в Кэннон-Бич, штат Орегон, куда-то на окраину Национального заповедника Маунт-Худ. Смена пейзажа со скалистого берега на густеющий лес была потрясающей, и Алекс не могла избавиться от чувства, что она уже далеко вне зоны своего комфорта.

— Мисс? Мы приехали, — её водитель, наконец, заговорил.

Они остановились на частной дороге, перекрытой двумя массивными коваными воротами. Вывеска, вплетенная в стальную конструкцию, гласила: «Международная академия обмена».

Водитель тихо проговорил через домофон, и через мгновение ворота открылись без единого скрипа. Они медленно продвигались по узкой, усаженной деревьями дорожке, пока не подъехали к самой академии.

— Вы, должно быть, шутите, — сказала Алекс, глядя в окно.

Академия действительно не отличалась от стереотипа, который она себе представила — большая, пафосная, даже готическая. Но студенты… выглядели убого. Все они были одеты в строгую, выглядевшую неудобной форму, несмотря на то, что был воскресный день и занятия должны начаться только на следующее утро. И вообще не видно было, чтобы они чем-то занимались — просто околачивались без дела. Как будто бы у них не было лучшего занятия, чем просто ждать, пока кто-нибудь не ворвётся в монотонность их скучного существования. Разглядывая их, Алекс всерьёз засомневалась, что она сможет последовать совету своей матери «повеселиться».

Когда машина останавливалась, она заметила группу студентов, болтающих возле фонтана, выполненного в стиле средневековья. Они не улыбались. Они не смеялись. Они едва ли разговаривали друг с другом. Она бы вероятнее подружилась со скалой, чем с кем-нибудь из студентов, косо глядящих в её сторону — вот всё, что могла подумать Алекс.