Утраченное соглашение (ЛП) - Мармелл Ари - Страница 1

Ари Мармелл

Утраченное соглашение

(Приключения Виддершинс — 3)

Перевод: Kuromiya Ren

ПРОЛОГ

ДАВИЛЛОН

— Имя?

— Дело?

— Спасибо. Добро пожаловать в Давиллон. Следующий!

— Имя?

— Дело?

— Спасибо. Добро пожаловать в…

И так по кругу. Это раздражало, как плохо настроенная скрипка, на которой играл кот. А она только слушала. Она не могла представить, как ужасно было говорить это человеку за человеком день за днем.

Но она слабо ухмылялась, слыша это. После долгой паузы, после стараний понять, кто она, какая она, чего она хотела, она возвращалась домой.

Очередь подвинулась. Она — с ними, шаркая по подмерзшей земле. Это нельзя было назвать очередью. Перед ней было меньше десяти человек, и только у некоторых были телеги или звери с товарами. Эта зима не была жестокой, по крайней мере, здесь, но ее хватило, чтобы задержать всех, кроме отчаянных путников или торговцев важным.

Потому она и ее… союзник… решили вернуться сейчас.

Шорох. Шаг.

— Имя?

Шаг. Шорох.

Дело?

Шаг. Шорох. Шаг.

Имя?

Глаза стража были стеклянными, лицо — скучающим, и даже его усы хотели быть в другом месте. Серебряный профиль Демаса — бога-покровителя стражи Давиллона, который был у всех на амулетах или иконах — был настороже больше него.

— Колетт Дарнвиль, — ее имя, конечно, было выдуманным. Как и все, что она использовала в последнее время. Это первым пришло в голову.

Часовой прислушался на миг. Впервые посмотрел на нее внимательно. Ее тонкий плащ и капюшон, закрывающий от зимнего ветра, едва останавливали холод, и они никак не мешали воображению мужчины рядом с ней.

— Дело?

Его голос стал ниже? Вот это да.

— Иду домой, — сказала она кратко.

— Долго отсутствовали?

«Не привлекай внимание. Не привлекай внимание. Не привлекай…».

Она повторяла это громко в голове, чтобы подавить желание ударить его, и она смогла продержаться две минуты разговора, пока люди ворчали за ней в очереди. Вскоре солдат заметил это.

— Точно. Спасибо. Добро пожаловать в Давиллон. Следующий!

Она запнулась, обычно она старалась изо всех сил скрывать хромоту, но сейчас это было видно, пока она миновала стража и прошла под аркой. Все, лишь бы казаться нежеланной, ведь он мог просто отреагировать на внешность и скоро забудет, но она не хотела рисковать.

Она невольно рассмеялась от мысли, что ее планы — их планы — перебил страж, такой юный, что он мог все еще думать, что его работа имела значение в этой выгребной яме, что притворялась городом.

Радость быстро пропала, ее память настойчиво показывала страдания, что приносила ей хромота, и откуда она взялась. Она выпрямилась, гордая, и нахмурилась. Толпы на площади у ворот Давиллона, сквозь которые она двигалась, как отчаянная рыба, уже закрывали ее от вида всех у ворот. Она уже могла не унижаться, показывая свою слабость многим людям.

Ее запоминающуюся слабость.

Ворча — так тихо, что этого не было бы слышно даже в пустой комнате, тем более в толпе на грубо вымощенных дорогах города — она пошла прочь. Хромота пропала, она почти скользила среди толпы, проникая даже сквозь самые тесные скопления людей, не замедляясь, без усилий. Двигаясь так, скрывая капюшоном лицо и волосы от взглядов, она была как призрак.

Она и пришла не для того, чтобы почетно занять место в городе. Она пришла быть его призраком.

Ее разум кипел от предвкушения грядущего, дочь Давиллона — одна из гениев города — скользила среди овец, несведущих граждан, а потом пропала.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Девушка раздраженно смотрела, как мир под ней белел.

Она должна была радоваться снежинкам, что плясали в воздухе как белые пушинки. Среди снега под серым небом, не видевшим солнце неделями, а то и месяцами, никто не заметил бы ее, идущую по делам.

Конечно, никто все равно не заметил бы ее, учитывая ее навыки и способности. Но дело было в другом.

Она устала от снега!

— Ты из похожих земель, да? — она склонила голову, хоть ответ не был озвучен. — Там холоднее?!

Эмоции в ней и вне ее тела. Они были согласными, по большей части, но она заметила долю снисходительного самодовольства.

— Это слишком холодно! То, что ты это не чувствуешь, хорошо, но это не значит, что остальным все это нравится!

Виддершинс — бывшая воровка, бывшая хозяйка таверны, бывшая жительница Давиллона — упала на живот на стене из тяжелых серых кирпичей. Предупреждение ее незримого спутника прибыло за секунду до неминуемого. Два вооруженных солдата в мешковатых штанах и сияющих кирасах церковной стражи несли алебарды с военной выправкой, шагали ниже, чем она лежала. Их шаги были спокойными, как и выражения лиц, но Шинс не сомневалась, что они были опасными.

Должны быть, раз одевались так, будто их одежду выбирала обезьяна-дальтоник.

Виддершинс давно научилась произносить слова своему божественному напарнику так, чтобы никто не мог подслушать, но она лежала на камне, размышляла, пока пара не ушла подальше.

— Было близко, да, Ольгун?

Маленькое божество с далекого севера, которому поклонялась только эта девушка, возмутился.

— О. Ты говорил, что такое возможно, да, — Виддершинс жевала прядь рыжеватых волос, которые выбились из-под ее капюшона. — И что? Другие боги не любят тебя, потому что ты — чужак?

Они долго были вместе, но кое-что оставалось сложным для выражения Ольгуном. Шинс уловила что-то о вере и влиянии божеств друг на друга, и она не стала разбираться, чтобы ее мозг не собрал вещи и не покинул ее череп.

— Может, уже сделаем это? — спросила она, ей было все равно, закончил Ольгун, или она перебила его. — Или мы опомнились и решили, что все это очень глуп?

Ее настойчиво подталкивали.

— Я знаю, это была моя идея! Потому мне решать, глупо ли это! Поверь, я знаю глупые идеи! Может, не сразу… — а потом. — Если хоть что-то скажешь о том, что у меня много практики, я оставлю тебя здесь, и можешь идти домой. И не смотри на меня так.

Она быстрым движением вскочила на ноги. Еще движение, и она полетела со стены к земле. Ветер и снег царапали коготками ее щеки, ее серый плащ расправился за ней крыльями, на миг показав потертый черный костюм из кожи, который делал ее подозрительной тенью среди белизны. Возмущенное оханье Ольгуна вызвало радостную улыбку на ее лице.

Она приземлилась, снег хрустнул под ней, и она перекатилась. Когда она вскочила на ноги, она встала так осторожно, что ноги почти не оставили следов на снеге, а след от ее приземления был заметным, но не напоминал человеческий.

— Что? Не моя вина, что ты не был готов! Это ты даешь божествам этого места замедлять тебя. Почему я должна ждать… Это так! Я же сказала, да?

И тут она поняла, что уже побежала с места приземления, скрылась за ближайшим мавзолеем, если вдруг ее прибытие привлекло внимание. Цепляясь за плющ и иконы, она забралась на строение быстрее, чем многие смогли бы по лестнице. Она снова легла на живот, ждала и наблюдала…

Смотрела на кладбище, которому поразились бы даже богачи ее родного города Давиллона. Тут не было простых надгробий. Нет, даже самая маленькая могила была склепом из камня, что поднимался как самодельная гора из земли и снега. В самой большой поместилось бы много семей. Склепы были больше многих домов, где за всю жизнь побывала Шинс.

За всю жизнь, кроме пары прекрасных лет под крышей дома Александра Делакруа…

Это был городок в городе, настоящий некрополь. Склепы стояли кварталами, соединялись тропами, что вели к дорогам, будто в деревнях, где она недавно побывала. Несколько строений были простыми, но большая часть была в иконах, как то, на которое она забралась. Украшения на них были произведениями искусства. Завитки карнизов, резные колонны, ангелы и горгульи из гранита и даже мрамора…