Правила поведения попаданок на отборе (СИ) - Субботняя Алиса - Страница 1

Правила поведения попаданок на отборе - Алиса Субботняя

Глава 1. О том, как в жизни случаются перемены

Утро, если быть честной, не задалось.

Новая девушка моего друга, с которым я снимаю квартиру, решила устроить мне скандал просто потому, что я, видите ли, не очень хорошая, и ее Лешеньке мешаю. Да еще и совращаю заодно ясное и невинное солнышко в лице парня.

— … дура крашеная! — в сердцах завершила пламенную речь девушка, и я, выдохнув с облегчением, выставила ее за порог и просто захлопнула дверь перед носом.

Зря открывала. Точнее, надо было плюнуть на все и, заткнув уши, продолжить спать. Пускай и под аккомпанемент ударов и треля звонка. Первый день отпуска испортила эта… прекрасная дама.

Чуть ли не закипая от злости, позвонила “Лешеньке” и совсем не ласково попросила обезвредить пассию, а то та продолжала выть на весь подъезд. Мне-то все равно, но соседей жалко. От ее голоса у меня кактус, который почти расцвел, завял. Я бы попыталась ее успокоить, если бы не это. За кактус дико обидно.

Решив, что заснуть я все равно теперь не смогу, умылась, переоделась и, игнорируя Лешу и до сих пор визжащую девушку, которых громко выясняли отношения на лестничной площадке, пошла искать утешение в высоком искусстве — во вкусных пирожных и кофе.

Но, наверное, я сегодня встала не с той ноги, разбила с дюжину зеркал и перешла дорогу всему московскому чернокотству, раз мне опять так крупненько “повезло”.

Вот топаешь ты, топаешь, очень по-доброму вспоминаешь некоторых индивидов, как — бац! — проваливаешься куда-то не туда.

Мой крик застрял в горле, так как я, похоже, падала в бездну. Черную и бесконечную.

Но внезапно она закончилась, и я грохнулась на что-то твердое. Все произошло настолько внезапно, что я почувствовала только стремительную боль в мягком месте.

Рискнула открыть глаза, которые в процессе падения зажмурила.

И лучше бы не открывала!

Я была не в канализации, не в яме и, в конце концов, не в шахте метро! Я сидела в шкафу!

Потрясенно потрогала ночные рубашки и шелковые халаты… Вроде не глюк. Не менее обалдело толкнула створки шкафа и выползла на дорогой ковёр.

— Есть кто-нибудь? — решилась я проявить себя.

Тишина. Никого.

Если зрение меня не подводило, я находилась спальне: большая кровать с лёгким сиреневым балдахином, комод, зарешеченные окна, из которых проникал в комнату солнечный свет, и злополучный шкаф.

Красиво обустроена.

Только вот два вопроса. Как я здесь очутилась? И счастлив ли будет хозяин спальни, если увидит у себя незваную гостью? На первый вопрос ответа я не знала вообще, а вот на второй вполне могла бы ответить: точно нет. Так что поспешила покинуть личное пространство, попытавшись отыскать выход в шкафу. После исследования поняла страшное: там даже дырок не было, не то что прохода обратно на дорогу.

Спальня соединялась с уютной светлой гостиной, куда я потом подалась, едва поняла, что в шкафу мне ничего не найти. Пол комнаты застилал такой же мягкий бежевый ковер, который приглушал стук моих каблуков, небольшой стеклянный столик стоял в окружении софы и двух кресел, на стенах висели картины. Здесь имелись еще две двери: одна, стеклянная, вела, вероятно, на балкон, а вторая дверь — двустворчатая, белая, с золотистой ручкой — на выход из покоев.

А мне надо узнать, куда меня занесло, поэтому направилась к первой. Открыла незапертую дверь, выглянула убедиться, что никого там нет, и потом только ступила на белые плиты террасы.

Первым, что увидела, были цветы. Знакомые, незнакомые, в горшках, в вазонах, висели или же стояли на полу и на столиках. Не став задумываться, зачем нужно столько растений, подошла к парапету, оплетенному лозами диковинного цветка с фиолетовыми бутонами.

Вид с террасы открывался потрясающий! Внизу простирался сад с подстриженными кустами разномастных цветов, клумбами и ажурными скамейками, вдалеке даже фонтан разглядела. Пение птичек дополняло райскую картину. Вдохнула чистый воздух с необычными ароматами, которые исходили буквально отовсюду: от декоративных деревьев, кустарничков и горшков. Точно рай. Но не мой, я домой хочу.

Посмотрев по сторонам, поняла, что комнаты, в которых я нахожусь, расположены на втором этаже белокаменного дворца. Но как я здесь оказалась?!

Я… я…

Слов нет! Одни многоточия.

Мои многоточия и все остальные мысли прервал громкий стук в дверь.

Мамочки! Только этого не хватало!

Надеюсь, если меня вышвырнут, то предварительно сообщив, где я оказалась. Не могла же я упасть в Германию или во Францию там? Не могла. А если это какой-то подземный город? Мда, а солнце тогда откуда? И птички, и сад, и небо?

А вдруг все просто дурной сон?

Ущипнула себя за руку и зашипела от боли. Нет, не сплю. Ладно… А если меня похитили? А мое падение — меня отключили, чтобы… Ну, и в наше время людей крадут и продают в рабство. От этой мысли стало непосебе.

Стук повторился.

Вздохнув, оторвалась от созерцания иномирного пейзажа и потопала открывать. Как-то не хотелось быть застуканной хозяином покоев, лучше уж кто-нибудь другой меня по-тихому выставит вон. И меня не радует дорогая обстановка: если бы я очутилась в какой-нибудь хрущевке, то, может быть, на меня не сильно бы разозлились. С такими мыслями я и открыла резные двери.

В коридоре стояла худенькая кареглазая женщина средних лет в старомодном бордовом платье, доходящим до щиколоток, а ее длинные темные волосы были собраны в косу и перекинуты через плечо. При виде меня женщина сделала книксен.

Эм… Похоже, меня приняли за хозяйку покоев. И чего делать?

Не успела я и рта раскрыть, чтобы спросить, где я, как женщина начала говорить:

— Добрый день, леди. Меня зовут Лави, и с сегодняшнего дня я ваша личная горничная. По всем вопросам вы можете обращаться ко мне, — она окинула меня взглядом с ног до головы, с осуждением посмотрела на мои открытые плечи и ноги. — Вы находитесь в императорском дворце Азарии. Завтра вам все расскажут более подробно, а сейчас я позову швею, чтобы она сняла мерки. Вам необходимо пошить платье, достойное вашего положения.

Я зависла.

Какая ещё империя Азария? Какое “достойное положение”? И почему говор женщины странный? Вроде родной русский, но вроде и что-то не так.

— Простите, — мой голос звучал хрипло, — это розыгрыш?

Женщина недоуменно на меня посмотрела и покачала головой.

Я сжала ткань своего летнего сарафана, который недостоин моего «положения». И что, собственно, за положение, если все творящееся не розыгрыш??

Этот вопрос я и поспешила задать:

— А… а что за положение?

— Вы претендентка на роль невесты одного из принцев, — все тем же странным говором поведала мне женщина.

Я подавилась следующим вопросом!

Искала Сашка принца? Нет? Все равно держи!

И меня утащили в покои…

Пока я сидела на софе и думала, в какую из психушек Москвы попала, Лави сделала легкий пас рукой, отчего что-то зазвенело, и наш междусобойчик через пару минут скрасила еще одна женщина — дородная блондинка в чепчике и в бордовом платье, очень похожем на форму горничной.

Она, кстати, тоже сделала книксен.

— Добрый день, леди, — поздоровалась прибывшая. — Меня зовут Ната.

Я кивнула ей. Говорить я не могла при всем своем желании, как и противиться — слишком была потрясена.

Так что, когда мне подали теплую руку, чтобы помочь подняться, я не возражала. Ната окинула взглядом мою фигуру, с осуждением посмотрела, как и горничная, на открытые плечи, спину и ноги. Я не стала реагировать: не нравится мой сарафан — ну и их проблема.

Потом Лави меня вертела в разные стороны, летающая сантиметровая лента делала замеры, а швея, прикусив губу, переносила измерения в тетрадку. Я с любытством вытаращилась на ленту. Потыкала — необходимо было убедиться, что не глюк. Нет, не испарилась, настоящая.