Расколотые (СИ) - Рудская Елена - Страница 1

— Там в другом мире они были единым целым.

Глаза старухи смотрели тускло и равнодушно. Так смотрит человек, который не боится смерти поэтому гость не стал угрожать, а лишь нетерпеливо спросил, чуть скривив рот, похоже это была его привычка:

— То есть это один человек?

Старая карга отвернулась от него, и ничего не ответив, поковыляла к очагу. Боже, как он ее ненавидел! За то, что ему пришлось приехать в эту забытую всеми деревню искать эту ведьму только потому, что брат сказал, что она что-то знает. И за то, что вынужден чуть ли не упрашивать ее рассказать хоть что-то. Хотя с большим удовольствием придушил бы ее. Он брезгливо стряхнул паутину с рукава, а женщина насмешливо покосилась на него, мешая ложкой в закопченном котелке и наконец снова заговорила:

— Они БЫЛИ одним целым. Сейчас их двое. Дар разделился. И отследить их теперь практически невозможно.

Она снова замолчала и когда мужчина был готов вот-вот взорваться произнесла:

— Вы зря приехали, молодой господин. Пока их сила не проснется найти их я не смогу. Сейчас я только чувствую, что они здесь. Один из них смог развязаться и сила постепенно пробуждается в нем. — старуха с кряхтением присела на стул и наконец повернулась к нему. — думаю этот человек даже не понимает, чем владеет… Хотя… без второй половины дара проку от его способностей будет маловато.

Она хитро прищурилась и только тут незнакомец понял, что ее глаза вовсе не пусты. В них светилась хитрость вперемешку со злостью. И она действительно не боялась его.

— Может тебе и повезет, красавчик. Они все равно будут тянуться друг к другу и рано или поздно сойдутся вместе. Тогда и приходи.

Мужчина наконец шагнул под свет из маленького завешенного грязной тряпкой оконца. На вид лет двадцати восьми, высокий, стройный с небрежно упавшими на лоб прядями каштановых волос, таких любят девушки за симпатичные ямочки на щеках, но в серых похожих на лед глазах не было даже намека на улыбку.

— Ты что играешь со мной, Варха? Как я узнаю, когда это случиться? Или ты думаешь мне в радость таскаться в эту дыру, чтобы увидеть тебя лишний раз? — он наконец сплюнул на пол, выпуская наружу раздражение. — ты цела пока полезна, так что не обольщайся. Мне нужно знать кто они, чтобы понять, как их искать. Это мужчины или женщины?

Колдунья Варха смотрела на него исподлобья, ничуть не напуганная вспышкой гнева и вдруг звонко по-молодому рассмеялась:

— Эк тебя корежит милок… Знать боишься с пустыми руками-то возвращаться. А то как бы самого-то против шерсти не погладили. — наконец перестав смеяться она вытерла слезящиеся глаза уголком выцветшего платка. — Славно ты меня повеселил. Разделять легче на людей разного пола. Дар ведь он тоже не на равные части делится, чай не буханка хлеба, каждому достается то, что ему легче нести будет. Развязалась скорее всего женщина. Потому как мы и переход легче переносим, да и носительницами чаще всего в этом мире являемся мы. Даже передается ведьмовство чаще всего от матери к дочери. А мужчина — это просто сила, которая укрепит ее дар. Да и не ощутила бы я прихода, если бы искры дара не проявились.

— А что если они оба проснулись, но еще не объединились?

Варха злобно грохнула клюкой по котелку, едва не опрокинув его, под лавкой что-то испуганно зашелестело и затихло, прислушиваясь.

— А ты-то на что? Ищи девку с необычным даром, такое не скрыть, как ни старайся, слухи поползут. Да пошевеливайся! Как только они объединятся и круг силы замкнется никто не сможет овладеть ими.

— Что мне в газету объявление подать! — огрызнулся молодой человек. — так и так, мол ищу предположительно девицу, умеющую видеть призраков и разговаривать с ними? Да их сотни набегут стоит только услышать шелест купюр.

Колдунья покачала головой, снова успокаиваясь, так же внезапно, как вспылила.

— Да не умеет она с ними разговаривать. Если я права, то она может всего лишь притянуть их к себе. Она, как маяк, призраки будут искать ее, чтобы выговориться. Но для того, чтобы услышать их нужна вторая половина дара. А когда они объединятся, то смогут управлять ими. И много чего еще.

Старуха шагнула вперед и с недюжинной силой, странной для такого хрупкого на вид тела, вцепилась ему в руку, заглядывая в глаза. Ему стало не по себе от безумия в выцветших глазах.

— Думаешь, просто так в другом мире остановили владельца этой силы? Варг многим перешел дорогу, но до поры до времени его терпели. Мальчишка был вздорным, но не опасным магом с посредственными силами… Эти идиоты забыли, что в роду Мерганов бывают сюрпризы. И родовой дар они обретают лишь к совершеннолетию. А до поры до времени таятся, изображая слабеньких колдунов. Не зря в их гербе хамелеон. — Варха скривилась. — А молодой Мерган всех обскакал. Чем они кормили этого юнца, но он сумел объединить в себе дар рода с силами материнской линии. И если бы он смог прийти в себя после ритуала, то …

Неожиданно она замолчала и рыкнула на него:

— Чего стоишь?! Ждешь пока она сама к тебе придет?

Герман опомнился уже на тропинке, как выскочил из лачуги он и сам не понял. Просто хотелось оказаться как можно дальше от этой сумасшедшей. Он чертыхаясь поспешил покинуть это гиблое место. В этой лесистой низине, где находился дом старухи казалось навечно застыл влажный полумрак, деревья сплелись ветвями, не пропуская солнечный свет. Ему не было места в этом царстве тишины, которая давила на уши так, что даже звук собственных шагов казался невыносимым грохотом. Или это его сердце, стучащее неровными рваными толчками, пыталось прорваться сквозь грудную клетку? По кустам метались странные тени. Они тоже не понимали, что он забыл тут. Чего тебе надобно, чужак? Что ты забыл здесь в своем новеньком дорогом костюме и блестящих ботинках? Молодой человек не выдержал и побежал. Остановился он только на опушке, где оставил свою машину. Запрыгнув в салон, он вытер платком трясущиеся руки и схватился за телефон.

— Алло… алло… мать твою! — он от души выматерился в трубку. — Ян, чертов … в какую дыру ты меня засунул на этот раз?! Возьми немедленно трубку, ублюдок, пока я еще могу сдерживаться.

Когда в трубке раздалось сухое «але», он уже был вне себя и треснув ладонью по рулю, заорал:

— Какого хрена, Ян? Какого долбаного хрена я тащился в эту тмутаракань, чтобы выслушать бредни полоумной карги? Мне что делать больше нечего? Я с самого начала сомневался, что эта история может быть правдой. До последнего притворялся, что верю ее вранью, чтобы вытащить хоть какую-то информацию, но это зашло очень далеко. Какой-то дурень, позволивший разорвать себя пополам и ставший девкой и парнем … в каком-то гребаном мире, и надо искать того, кто из них сумел проснуться… что за полное ….?!

Далеко от него в современном кабинете на втором этаже элитного агенства мужчина с похожим лицом, но светлыми почти льняными волосами, присел на край дубового стола. Постукивая пальцами по краю стола, он чуть поморщился, слушая истерические выкрики в трубке. Но когда он заговорил негромким ледяным голосом собеседник тут же замолчал.

— Я уже говорил, что тебе вредно думать? Твое дело только в точности передать слова старухи. Без купюр и лирических отступлений о том, как тебе было тяжко. Я достаточно плачу тебе, чтобы компенсировать твои титанические усилия. Поэтому дуй сюда и будем думать, что делать дальше. Пардон… думать буду я.

Выслушав ответ он потер лоб рукой с видом человека, который устал от глупости собеседника, и вздохнул, голос стал почти ласковым:

— А если об этом узнает отец, я лично позабочусь, чтобы ты больше ничего и никому не смог разболтать. Как? — он поднес телефон ко рту и понизил голос почти до шепота. — Вырву твой язык своими руками. И если ты по пути ко мне свернешь в сторону своей милой подружки, завтра она будет искать работу там, где ей самое место. Все равно нам от нее один убыток. Так что тащись сюда, братишка, я смерть, как хочу увидеть твою смазливую рожу от которой тащатся все модельки нашего агенства. И возможно я даже буду так же рад.