Ледяное сердце короля (СИ) - Лакина Ирина - Страница 1

Ледяное сердце короля

Ирина Лакина

Пролог.

Девушка поправила локоны, разгладила складки на юбке, и еще раз посмотрела на свое отражение в маленькое карманное зеркальце — притягательное лицо с кошачьим разрезом глаз, плавные изгибы широких черных бровей, едва тронутые тушью пушистые ресницы, высокие скулы, пухлые губы.

Отражение пугало ее и манило одновременно. Удивительно было видеть себя такой — взрослой, цветущей, соблазнительной.

Отец, будь он жив, увидев ее в таком виде, наверняка бы запер в комнате на неделю.

Она любила говорить с ним перед сном, с упоением слушала его размышления и наставления. Такими правильными и простыми были его мысли об ее девичьей жизни, что она всегда поражалась, как он, простой конюх, может столько знать о женской душе. Он рассуждал, что вокруг полно девушек, главной заботой которых являются распродажи дизайнерских шмоток и социальные сети, что происходит подмена ценностей, что женщины разучились любить. Отец рассказывал, как изо дня в день видит их высокомерные лица у себя в клубе. Он посмеивался над их глупостями, будть то обуть на тренировку обувь на шпильке, или приехать в мини-юбке и с салонной прической, которая после первого же круга рысью превращалась в пакли.

Иногда он брал ее с собой на конюшню, в клуб. Она видела всех этих кокеток — богатеньких дочерей своих богатых родителей — и тоже посмеивалась над ними, смотря на все глазами отца. Она смотрела на мир его глазами, потому что больше некому было рассказать ей о нем. Вспоминать о матери совсем не хотелось.

Папа…. Мысль об отце заставила ее нахмуриться, подбородок задрожал от подступавших слез. Девушка глубоко вздохнула, чтобы взять себя в руки. Сейчас не время и не место предаваться унынию и печали. Она пришла сюда за другим. Теперь ей нужно быть сильной, такой, как учил ее отец — не бояться трудностей, смотреть жизни в лицо, бороться и никогда не сдаваться.

Еще совсем недавно она была ребенком, девочкой, играющей в куклы и даже не задумывавшейся о том, красива она или нет. Но сегодня ей пришлось посмотреть на себя другими глазами. Этот кастинг — последний шанс спасти отчий дом, и поэтому ей нужно быть красивой.

Убедившись, что с внешностью все в порядке, она осмотрелась вокруг.

Помещение, в котором проходили съемки, больше напоминало заброшенный завод, нежели действующий бизнес-центр. Модно слово «лофт» она услышала несколько дней назад во время беседы с менеджером, который пригласил ее на пробы. После разговора она первым делом полезла в интернет, чтобы понять, что же это за новое пространство, которое обозвали красивым иностранным словом.

На проходной у сверкающего металлом и зеркалами лифта сидел охранник — крепкий мужчина лет сорока, лоб которого бороздили глубокие морщины. Со скучающим видом он разгадывал кроссворд.

— Мне нужно на кастинг, — пояснила она ему цель прихода.

— Лифт у вас перед глазами, седьмой этаж. Администратор вас встретит в холле. — Не удосужившись оторвать глаза от своего развлечения, он нажал на какую-то кнопку, и вертушка, преграждающая проход к лифту, загорелась зеленым цветом.

Добравшись до нужного этажа, девушка прислушалась. Гробовая тишина заполнила пространство. Она даже не сразу заметила в дальнем конце отделанного декоративным кирпичом коридора стол и сидящего за ним молодого человека. Перед ним лежало несколько папок с бумагами и фотографиями. Он с нескрываемым интересом рассматривал снимки. Странным также показалось, что в коридоре кроме этого юноши никого нет. Судя по всему, других претенденток на эту вакансию не осталось. Длинный ряд металлических кресел у стены пустовал.

Девушка подошла к молодому человеку и прокашлялась, заставив его поднять на нее глаза.

— Я последняя? — робко спросила она. — А где остальные?

— Да, последняя. Остальные уже отработали, — на последней фразе он как-то загадочно улыбнулся, а в его взгляде проскочило что-то опасное. Девушка невольно начала мять руки. Что-то в его поведении заставляло ее нервничать. — За углом налево. Кабинет 15А. Там есть вывеска «Съемки! Не входить». Не ошибетесь.

Заметив, как она зажалась и испуганно начала озираться по сторонам, он поспешил исправить ситуацию.

— Да не волнуйтесь вы так. От этого еще никто не умер. Обычный кастинг. Вы впервые?

— Угу.

— Расслабьтесь, просто расслабьтесь и будьте собой. Слушайте фотографа и кастинг-директора, и делайте, что они просят. Не нужно отсебятины. Удачи!

— Спасибо.

Она покрепче сжала в ладони ручку сумочки и быстрым шагом направилась в указанном направлении.

С каждой секундой росло ощущение тревоги. Девушка замерла перед указанной дверью — за ней звучало несколько мужских голосов и, судя по тону, их обладатели были навеселе.

«Будь, что будет. Иного выбора нет» — мысленно сказала она себе, и открыла дверь.

— Можно?

На нее уставилось три пары глаз.

— Номер? — спросил, видимо, главный, который важно сидел на раскладном стуле перед установленным на штативе монитором. Взгляд зацепился за снимок, застывший на экране монитора — почти полностью обнаженная девушка в откровенной позе.

Сердце громко ухнуло. Захотелось немедленно развернуться и убежать, она застыла на месте, погрузившись в какой-то транс, но мужской голос заставил ее вернуться к действительности:

— Какой ваш номер?

— Семнадцатый, — выпалила она, принявшись рыться в сумочке в поисках распечатанного письма с вышеназванным номером.

Мужчина достал из папки на коленях лист бумаги и принялся рассматривать его, медленно скользя указательным пальцем вниз.

— Василиса Матвеева?

— Да.

— Вам уже исполнилось восемнадцать?

— Да, два месяца назад.

— Отлично. Вадим, дай ей подписать согласие и договор.

Вадим — худенький и длинный парень лет двадцати пяти, — расположившийся рядом с кастинг-директором за низеньким журнальным столиком, достал из папки два бланка, заполненных каким-то текстом, и разложил их перед собой.

— Подойдите, распишитесь.

Василиса кивнула. Она склонилась над текстом, решив предварительно почитать, под чем подписывается, как вдруг услышала за спиной голос третьего — фотографа, судя по тому, что в руках он держал массивную камеру, объектив которой был в два раза больше корпуса. Мужчина сидел на высоком барном стуле чуть поодаль, весь в окружении осветительных приборов.

— Девушка, читать это нужно было на сайте, когда заявку подавали. Вы у нас последняя, студия арендована еще на полчаса. Если хотите участвовать — тогда подписывайтесь, и скорее начнем. Если нет — до свидания, спасибо, что пришли. У меня нет времени, ей-Богу. Через час у меня съемки в другом месте. Я и так опаздываю.

— Хорошо, — Вася кивнула, и быстрым росчерком оставила подпись сначала на одном, а затем на втором бланке. — Тогда начнем.

— Проходите к ширме, переодевайтесь.

Он взглядом указал на ширму в углу комнаты.

— Переодеваться? — удивленно переспросила девушка. — Но зачем?

— У нас пробы для чего? — устало спросил у нее главный.

— Для каталога одежды, — ответила девушка.

— Вот и переодевайтесь в эту одежду! — раздраженно ответил мужчина. — Достали эти малолетки! Если боитесь или стесняетесь — сидите дома и уроки учите! А раз пришла — значит делай, что говорят!

— Но я думала, что сегодня только пробы — в своей одежде. Я думала, что полноценные съемки будут уже после того, как вы определитесь с моделью.

— Индюк на заборе тоже думал, милочка, — съязвил патрон, — Для того, чтобы выбрать модель, мы должны понимать, как на нее сядет одежда из каталога.

— Хорошо, — сдалась Вася.

Она посмотрела на дверь, и в голове проскочила мимолетная мысль о побеге. Что-то в этом кастинге было не так. Но в памяти всплыла утренняя картина — два судебных пристава на пороге отцовского дома, и ее подпись под извещением о необходимости в трехдневный срок оплатить долг банку, либо освободить помещение.