Лабиринт судеб (СИ) - Истомина Ольга - Страница 1

Глава 1

Пламя свечи слабо дрожало на ветру, отбрасывая причудливые тени. Оранжевое солнце, сонно закатывающееся за горизонт, еще дарило достаточно света, но вечерний мрак уже начал осторожно заползать в комнату, сливаясь с полом и карабкаясь по стенам. Пройдет еще немного времени и темнота зальет все вокруг, перестав обжигаться о яркий огонек. Впрочем, девушка, с ногами забравшаяся в кресло, даже не замечала наступивших сумерек, все ее внимание было сосредоточено на белеющих листах.

— Амерлин, ты что… Опять читаешь? — заглянувшая в комнату пухлая служанка всплеснула руками. — Сколько раз тебе говорить, что сидеть в темноте вредно.

Услышав голос, девушка поспешно захлопнула книгу и попыталась сделать вид, будто попросту задумалась, но как и раньше, провести старую няню ей не удалось.

— И окно опять не закрыла, еще и огарок свечи, который вот-вот потухнет, взяла, — продолжила ворчать старушка, набрасывая на плечи девушки теплую шаль, — Неужели хочешь, чтобы тебя унес Грозовой Всадник?

— Инте, это обычные суеверия, Грозового Всадника не существует, в него только ты и веришь, — улыбнулась Амерлин. — И мне совсем не холодно, летний ветер теплый и ласковый.

— Это только кажется так, а на деле не успеешь оглянуться, как простынешь. Или забыла, как месяц назад искупалась в речке и потом целую неделю с кровати встать не могла? — напомнила Инте.

Девушка вздохнула. Упрек оказался справедливым, но от этого не менее обидным. День тогда выдался жарким, а водная гладь так призывно блестела, что невозможно было удержаться и не пробежаться босиком по берегу, а после с разбега броситься в прозрачную прохладную воду.

— Ой! — уже потянувшаяся к раме Инте дернулась, словно та обожгла руки и замерла, расширенными глазами глядя на улицу.

— Что такое? — Амерлин соскочила с кресла и поспешила к няне. Отец неоднократно предлагал ей выбрать другую комнату, с окнами, выходящими во двор, но девушке нравилось смотреть на дорогу, первой замечая редких гостей. — Кого ты увидела?

— Грозовой Всадник! Все, как сказывали, на вороном жеребце, в черном плаще и тучи за ним черные тянутся. Вот и пришла в наш дом беда, — еле слышно пробормотала та, а потом махнула рукой на девушку. — Не подходи, может и не увидит он тебя, не тронет.

— Инте, да что ты такое говоришь? — заинтересовавшись, Амерлин ловко увернулась, все — таки выглядывая в окно, а бросив беглый взгляд на мужчину, рассмеялась. — Это обычный путник. Погода начала стремительно портиться, вот видно, он и решил к нам постучаться. Пойду отцу скажу.

И, прежде чем няня успела заметить, что не пристало благовоспитанной леди бегать по лестнице вместо слуг, выскочила из комнаты.

Отец был в кабинете, как всегда в это время, перебирая бумаги и разбираясь с делами.

— А к нам кто-то приехал! Сегодня будут гости, — с порога радостно воскликнула Амерлин.

— Амерлин, где твои манеры? Неужели мама зря столько времени занималась с тобой? — строго взглянув на запыхавшуюся дочь, проговорил мужчина.

Впрочем, уже через мгновение морщинка у него на лбу разгладилась, а взгляд карих глаз из требовательного стал теплым. Наместник, хоть и пытался казаться строгим, ужасно любил единственную дочь и всячески ее баловал.

— Папа, у наших ворот мужчина, его Инте даже за Грозового Всадника приняла и скорее всего не местный, черных жеребцов ни у кого в селении нет, — едва обратив внимание на замечание, возбужденно затараторила девушка.

— Зная Инте, она бы оставила путника за воротами до рассвета, желая точно убедиться, что это человек, а не призрак, — улыбнувшись, наместник отложил письма. — Мы, к счастью, такими суевериями не подвержены. Спроси у мамы, готов ли ужин, а я пока встречу гостя.

— Конечно, — чувствуя на себе взгляд отца, из комнаты Амерлин вышла степенным шагом, как и подобает леди, но стоило закрыться двери, как девушка опять перешла на бег.

Изнывая от любопытства, Амерлин строила догадки, кто же мог посетить их. Соседи предпочитали наведываться утром или после обеда, а по темноте приезжали только те, чье дело не терпело отлагательств. Хотелось надеяться, что ничего серьезного не произошло и вместе с тем ужасно не хватало события, которое смогло бы развеять каждодневную скуку.

«Пусть он окажется королевским гонцом, но привезшим не очередной указ о налогах, а приглашения на бал», — мечтательно подумала Амерлин.

Предположения девушки оказались правдивыми только на половину. Гость действительно оказался гонцом от короля, вот только гонцом не обычным, ведь не каждый день указы привозят маги. И с каждой минутой маг все больше выходил из себя.

Не привыкнув ждать, он все чаще задумывался о том, чтобы сжечь ворота и лишь нежелание тратить драгоценный резерв удерживало его.

Когда же пожилой слуга, одной рукой держась за поясницу, второй с заметным трудом распахнул створки, маг въехал во двор, и даже кивнул на длинное приветствие.

— Расседлать, вычистить, накормить, — спрыгнув с коня, бросил поводья слуге, а сам быстро пошел к дому.

Признаться, поместье произвело на мага гнетущее впечатление. Он и не ожидал увидеть что-то роскошное, на границе жили просто, но здесь бедность граничила с нищетой.

Каменные стены упорно сопротивлялись времени, но кое-где уже виднелись трещины, левое крыло немного просело и только ярко-голубой стяг гордо развевался в воздухе, свидетельствуя, что гордость, в отличие от благополучия, у хозяев еще сохранилась.

Дожидаться слугу маг не пожелал, безошибочно найдя гостиную. Его уже ждали. Наместник с супругой сидели в креслах, но тотчас поднялись, стоило гостю переступить порог.

— Добрый вечер, рады приветствовать вас в нашем доме. Я Берд де Реонти, это моя жена Селма, — мужчина склонил голову в вежливом кивке.

На вид ему было лет пятьдесят, волосы только начинала серебрить седина. Держался же он достаточно уверенно, взгляд был открытым, честным. Селма оказалась невысокой, худощавой, с ярко-голубыми глазами и теплой улыбкой.

Маг несколько минут, не смущаясь, рассматривал их, особое внимание уделив дорогим, но поношенным вещам, гадая, те ли это люди, что ему нужны (впрочем, других поместий на ближайшие сто верст не наблюдалось), а лишь затем представился.

— Даэрен, — сняв плащ, мужчина, не дожидаясь приглашения, сел в кресло. Рукав рубашки приподнялся и яркое пламя отразилось на широком серебряном браслете.

Всего мгновение, но реакция хозяев последовала незамедлительно. Селма сдавленно охнула и прижала руки к лицу, Берд контролировал эмоции лучше, но и его зрачки расширились, выдавая изумление.

— Что привело тэра в наши скромные владения? Последний отбор проводился несколько месяцев назад, других совершеннолетних в поселении нет, — откашлявшись, поинтересовался наместник.

— Отбор меня не волнует, — Даэрен передернул плечами. — Скажите, у вас есть дочь?

— Да, но Амерлин еще не исполнилось восемнадцати, — робко заметила Селма.

— Я же сказал, что не занимаюсь отбором, — в голосе мага послышались раздраженные нотки. Но выплеснуться своему неудовольствию он не позволил, следующую фразу произнеся уже привычным сдержанно-нейтральным тоном. — Амерлин не ваша дочь, не правда ли?

— С чего вы взяли? Какое это вообще имеет значение?! — изменившись в лице, взволнованно воскликнула Селма.

Женщина было собралась продолжить, но супруг сжал ее ладонь, взглядом прося помолчать.

— Уважаемый Даэрен, простите, но мы не станем отвечать на такие вопросы, не зная, чем вызвано подобное любопытство, — сдержанно произнес наместник.

— Конечно, я понимаю ваше нежелание откровенничать с посторонними, — кивнув, маг вытащил из кармана тонкий квадратик бумаги и протянул его наместнику.

— А что мне с этим делать? — Берд недоуменно уставился на белоснежный лист.

— Ах да, простите, — поморщившись, Даэрен дотронулся до квадратика. Тот на мгновение вспыхнул голубоватым светом, а потом на глазах вырос, превратившись в письмо.