Когда-нибудь мы будем улыбаться (СИ) - Франк Мария - Страница 1

Мария Франк

Когда-нибудь мы будем улыбаться

Ты меня ненавидишь,

Твоя злость безгранична.

Каждый раз унижаешь,

Избиваешь публично.

А я все любить,

Тебя продолжаю,

Хоть и сердце кричит:

«Я от боли страдаю».

Была сильной девчонкой,

И не знала беды,

А потом появился,

Безжалостный ты.

В твоих руках,

Игрушкой стала я,

А ты лишь сказал:

«Я сломаю тебя».

Глава 1

Я просыпаюсь от яркого света, который светит мне прямо в глаза.

Вскакиваю с постели от страха, но понимаю, что это светит солнце.

Я сразу же успокаиваюсь. Чувство страха покидает меня.

Сегодня выходной. Я улыбаюсь, осознавая это.

Подхожу к окну и смотрю на улицу. Погода крайне удивительная, уже долгое время шли дожди, но сегодня она явно решила нас побаловать. Яркое солнце слепит глаза, и я щурюсь от этого. По прохожим людям на улице, на которых довольно-таки легкая одежда, я понимаю, что там тепло.

Целый день я не буду видеть это чудовище. Целый день я смогу дышать спокойно, зная, что мне ничто, и никто не угрожает. Целых двадцать четыре часа я не буду его видеть и слышать.

На моем лице снова появляется улыбка.

Полусонная, я иду в ванную. Посмотрев в зеркало, вижу небольшой синяк на щеке. Но все это не страшно, учитывая какие синяки я прячу на своих руках и ногах. Я уже молчу о том, какие раны у меня на сердце.

Я иду на кухню. Мне очень хочется есть, но вижу, что еды у нас, как всегда нет.

Взявши деньги и переодевшись, иду в магазин за продуктами.

На стене подъезда замечаю надпись, которая была здесь уже около месяца:

«Филатова шлюха»

Мое сердце обливается кровью, когда я вспоминаю автора этого творения. Я ненавижу его.

Выйдя на улицу, замечаю своих родителей на лавочке, в окружении компании алкашей и кучей бутылок.

Да, мои родители пьют алкоголь в больших количествах. Слишком много. Так давно, что я и не помню, когда последний раз видела их в трезвом состоянии. Я все время наблюдаю эти пьяные лица.

Ненавижу своих родителей. Видимо я ужасная дочь, но я их просто ненавижу. Да, они подарили мне жизнь, но хорошими родителями, они так и не стали. За всю свою жизнь, я так и не получила от них ни капельки поддержки. Ни грамма любви. Я никогда не слышала от них хорошего слова в свой адрес. Мама с папой никогда не занимались моим воспитанием. Им просто плевать на меня.

Мой отец начал пить еще до моего рождения. Он тогда пил немного. После моего появления, мама вообще не пила. Ей приходилось одной воспитывать меня и моего любимого брата.

Когда мне было три года, отец начал пить каждый день, и был в постоянном запое. Он избивал маму, на наших с братом глазах. Избиения были частыми, но мама терпела это. Уже в моем пятилетнем возрасте, мама взялась за бутылку. Поначалу она пила мало, но со временем присоединилась к отцу. Моему брату Паше — на тот момент было четырнадцать лет. Отец тогда уже не поднимал руку на брата, ведь Паша мог постоять за себя. До того как Пашка еще не мог заступиться за себя, отец его жестоко избивал. Он бил их с мамой вместе, и лишь мне никогда не доставалось от него. Когда у папы начинался приступ агрессии, брат прятал меня от него.

Я никогда не забуду все те места, в которых пряталась от отца.

Вспоминая все это, у меня дрожат колени.

Уже с шести лет, я была без воспитания родителей. Для любого ребенка, это огромный удар, и если бы не Паша, не знаю, что бы тогда со мной было. Целыми днями я была с ним. Он всегда поддерживал меня и говорил, что все будет хорошо. И я верила ему. Брат смог заменить мне маму и папу. Он для меня — все. Я даже не хочу думать, что бы делала без него.

Когда Паше исполнилось шестнадцать, он уехал в другой город учиться. Ему нужно было туда ехать. Тогда мне было всего семь лет. Брат не хотел уезжать, оставляя меня с родителями. Даже в том маленьком возрасте, я смогла убедить его ехать в тот город на учебу. Он хотел забрать меня с собой, но этого нельзя было делать, потому что я была слишком маленькой. Потихоньку я начинала привыкать к этой жизни. В детский дом меня не могли забрать. Когда к нам кто-то приходил, я отбирала бутылку у родителей, и они могли выглядеть более-менее трезво. Я не хотела оказаться в детдоме, и делала все зависящее от меня, чтобы не попасть туда.

Сейчас Паше уже двадцать пять лет, и он хочет забрать меня к себе жить, но я не поддерживаю это. При каждой нашей встрече, он уговаривает меня переехать. Но я каждый раз отвечаю ему отказом.

Я привыкла жить так, как живу сейчас. Не могу сказать, что это легко, но это не настолько трудно, чтобы уезжать отсюда. Мне хватает того, что Паша высылает деньги и приезжает в свои выходные, которые бывают редко. Он работает адвокатом и ему хватает денег, чтобы обеспечить меня и себя.

Можно сказать, что в квартире я живу одна. Родители лишь иногда там бывают. Они всегда бывают у своих друзей. За квартирой полностью слежу я.

Еще с пяти лет я научилась быть сильной. Я умею постоять за себя.

Но все это, сейчас бесполезно с одним человеком. Только с ним, я полностью потеряла способность быть сильной. С ним я жалкая и беспомощная. Даже от своих родителей, я никогда не испытывала такого страха, как от него. Один его взгляд, и у меня подкашиваются ноги. Я боюсь его. Безумно боюсь.

Вспомнив о нем, вздрагиваю.

Уже завтра я его увижу. Уже завтра он унизит и оскорбит меня.

Целый день я провожу перед телевизором. Хороший сериал, и мое настроение поднимается.

Только вечером вспоминаю, что забыла сделать уроки. Пока я разбираю учебники, звонит мой телефон.

— Алло, — отвечаю, не успев посмотреть на экран.

— Привет, Лер. — Я улыбаюсь, когда слышу самый родной голос. — Как у тебя дела?

— Привет, Паш. Все хорошо.

Я быстро рассказываю ему о своей прошедшей неделе, но упоминая лишь хорошие моменты, промолчав о своих проблемах в школе. Паша не должен о них узнать.

На моем лице появляется широкая улыбка, когда брат говорит, что скоро приедет. Настроение сразу повышается.

Поговорив еще минут десять по телефону, отключаю его.

Я безумно рада, что Паша скоро приедет. Момент встречи с ним, для меня всегда является праздником.

Не убирая с лица улыбку, продолжаю перебирать учебники, пока в одном из них не нахожу записку.

Улыбка сразу меркнет, появляется страх.

Трясущимися руками, открываю ее.

Сразу же узнаю этот почерк, и от этого мое сердце бьется как сумасшедшее. Этот почерк уже смог врезаться в мою память.

Затаив дыхание, читаю записку:

«Скоро игрушка будет сломана»

Он называет меня своей игрушкой. Он считает меня своей игрушкой, играя, как ему вздумается. Он обещает меня сломать.

Я привыкла к его угрозам, но все равно очень боюсь. Этот человек не знает меры, он просто не знает предела. Его жестокость ко мне безгранична.

Домашнее задание, я так и не делаю, решив сделать себе еще один выходной. Мне нужен еще хотя бы один день, чтобы набраться сил, и терпеть его агрессию.

Глава 2

— Здесь есть кто-нибудь?

Я стою в коридоре школы совершенно одна. Меня пугает отсутствие людей. Подойдя к двери в класс, я отчаянно пытаюсь ее открыть. Заперто. Снова дергаю, и снова бессмысленно. То же самое происходит с остальными дверьми. У меня паника. Я бегу к выходу, и там дверь тоже не подчиняется мне. Со всей силы бью по двери.

Я слышу чьи-то шаги, меня сковывает страх, и я начинаю дрожать.

Из-за угла появляется Ян.

Еще сильнее, я бью в дверь, но она намертво закрыта.

— Даже не пытайся. Тебе не уйти отсюда.