Не мой миллионер (СИ) - Романовская Ирина - Страница 1

Ирина Романовская

Не мой миллионер

1. Аня

Все вокруг пестрит огнями, гирляндами, мишурой, веселой музыкой. Воздух пропитан ощущением начала чего-то нового, волшебного. Так начинался мой первый отдых вне родного города.

Очутиться в январе на новогодние праздники в красивом отеле на горнолыжном курорте — чем не магия, пусть и сделанная своими руками. Да, я сама себе оплатила отдых, чем сильно горжусь.

На курорт я приехала вместе со своей подругой Настей.

Не первый год Настя пыталась вытащить меня куда-то съездить отдохнуть. Но всегда получала от меня категоричное «нет». Возможности самой оплатить поездку не было, а ехать за чужой счёт не хотела. Как и не хотела брать деньги у родителей. Достаточно того, что мама с папой оплачивают мою учебу.

У Насти же ситуация противоположная. Состоятельные родители всегда имеют возможность дать денег дочери, стоит ей только попросить. Поэтому мои отказы она не всегда понимала.

Но в этом году я, наконец-то, сдалась, чем сильно обрадовала подружку.

Уже год работаю администратором по заселению и размещению гостей в небольшой гостинице нашего города. Практически без выходных. Днем учеба, вечером на смену. Устала. Вымоталась.

Да и в свои двадцать лет, к своему же стыду, кроме как в родном городе и у бабушки в деревне нигде не была. Поэтому, когда я все же решилась потратить честно заработанное на отпуск, приглашение от Насти о совместном отдыхе на горнолыжном курорте приняла с огромным облегчением. Не пришлось самой искать, выбирать, решать куда ехать.

Настька на радостях твердо решила научить меня кататься на горных лыжах за время наших каникул. И, если судить по уровню её энтузиазма, за две недели мне необходимо освоить уровень «профессиональная лыжница» не меньше.

— А то это не дело, Ань, — говорит Настя, — быть на горнолыжном курорте и не покататься.

— Тебе легко говорить. Ты каждый год на лыжи становишься, а то и два раза в год. А я до сегодняшнего дня только по телевизору видела, как это делают. Но сама никогда даже с горки скатиться на прямых ногах не пробовала. Не говоря уже про лыжи.

— И что? Не ты первая, не ты последняя, кто учится кататься. Все, Аня, завязывай ворчать. Одевайся и пошли уже на улицу. Скорее поедем к склону, получать снаряжение и в бой! Жду тебя внизу.

Настя вышла из моего номера, оставив меня на пару минут один на один со своими сомнениями.

Боже, да что же я все время так боюсь пробовать что-то новое. То в университете на первом курсе в группу первый раз одной зайти было страшно. Пока Настя не схватила меня под руку и потащила в аудиторию. То на собеседование пошла, только когда Настя привезла под двери гостиницы. И вот опять.

— Ух! — обреченно стону я, натягивая шапку. Бегло осматриваю себя в зеркало и выхожу следом за Настей.

****

Когда парень из проката с равнодушным лицом застегнул на моих ногах горнолыжные ботинки, я, кажется, поняла, что испытывали люди, которых в средние века пытали «испанскими сапогами» *.

— Настя, ка-а-ак в этих ботинках вообще можно двигаться? Это же ужас, — возмущаюсь я.

— Привыкнешь, подруга, — улыбаясь отвечает Настя.

Очевидно, ботинки давят не только мне, потому что пару человек рядом высказались «нафиг нам эти боты нужны, а в своих нельзя?!».

Везде толпы людей. Приходится постоять в очереди к кресельному подъемнику. Когда подходит наш черёд ехать, в голове пролетает мысль как же на него забраться. Но дальше подумать я не успеваю. Турник открывается и кресло легко подхватывает нас сзади.

Подъемник неспеша поднимается к пункту назначения, а я тем временем зачарованно оглядываюсь по сторонам. Невероятный зимний пейзаж.

Ощущение, что я парю как птица, между гор с заснеженными пиками, выше которых — только небо и солнце. Вершины громоздятся одна за другой и им нет конца. Слева видны лыжные трассы, по которым «плывут» отдыхающие, справа вдали — автотрасса, по которой бегут вереницы машин.

Я не дышу. Мне не верится, что все это правда. Так красиво. Я словно в зимней сказке. Понимаю, что не зря столько работала и откладывала денег. Видеть собственными глазами такую красоту — лучшее что могло случиться со мной. Лучший подарок самой себе на новый год.

От мыслей меня отвлекает резкий толчок локтем в бок от Насти.

— Приехали! Спрыгивай с кресла.

Еле успеваю за подругой. Нужно двигаться быстро, чтобы те, кто ехал за нами, в нас не врезались.

— Блин, Аня, ты вообще меня слушаешь? — Настя щелкает пальцами, проверяя мою реакцию, — Я тебе рассказывала об инструкторе. Веня — мой знакомый. Сейчас найдем его и считай дело сделано. Он быстро поставит тебя на лыжи и будем кататься.

Подъехали, вернее, доковыляли «елочкой» к старту склона. Хотя склон — слишком громкое название для этого уклончика, по которому предстояло спускаться. Но даже здесь было очень много людей, от мала до велика. Кто-то смотрел на склон со страхом, как и я. Кто-то падал, тренируясь. А есть те, кто сразу начинал съезд со склона вниз к финишу.

В лыжной школе сообщили, что именно сегодня друг Веня был выходной, а остальные инструкторы уже заняты. Договорились о занятиях на завтра. Встал вопрос «что же делать сегодня?». Вроде как уже на склоне, в полной амуниции.

— Настя, раз такое дело, инструктора нет, кататься не умею, да и мои ноги, скованные этими каторжными ботинками, так и просятся вниз к любимым удобным сапогам. Поехали домой. Завтра приедем и покатаемся, — почти скулю я рядом стоящей подруге.

— Нет уж. Аня, мы приехали кататься, значит — будем кататься, — проговаривает Настя, — Не пропадать же целому дню на отдыхе.

— Смотри на меня и повторяй. — Настя встала в позу, — Ноги на ширине плеч, лыжи при этом чуть направляешь друг на друга. Колени немного сгибаешь и тело подаешь вперед. Палками слегка отталкиваешься и потихоньку начинаешь катиться.

Вроде ничего сложного. Встала в стойку, оттолкнулась, покатилась.

Дальше Настя показывала разные приемы как поворачивать, объезжать катающихся, как останавливаться.

— Давай, Аня, двигайся за мной. — сказала весело подружка и покатила вперед. А я стою. Коленки трусятся.

Одно дело проехать три метра, а другое метров двести по склону. Очень страшно, но рядом катающиеся дети все же подстегнули мой азарт. Если ребенок лет семи тут спокойно катается, то и я уж как-то да смогу.

Сцепила зубы и оттолкнулась. И медленно «поплыла» на лыжах.

Тихонько скольжу вниз, концентрируюсь на ощущения в своем теле. Коленки напряжены, в руках палки зажаты крепко.

Стараюсь расслабиться, тело немного подаю вперед и увеличиваю скорость. Морозный ветер обдувает мои щеки, рядом параллельно пролетают лыжники, сноубордисты. И я. Улыбка не сходит с лица. Непередаваемое ощущение, что у меня все получается.

Смелею и палками помогаю себе увеличить скорость.

И вдруг резко передо мной падает ребенок. Метрах в тридцати, или двадцати. И понимаю, что я лечу на него.

В голове сразу жужжит миллион мыслей, как пчелы возле меда. Как там Настя говорила тормозить? Кантом? Плугом? А палки куда? Голова не работает. Ноги не слушаются. Я лечу прямо на ребенка. Что же делать? Вот я дура.

На инстинктах поворачиваюсь всем телом вправо, чудом распределяя свой вес правильно, чтобы устоять на лыжах и понимаю, что лечу с трассы. Впереди снежные сугробы и огромные ели.

От страха выставляю руки с зажатыми палками перед собой, зажмуриваю глаза и готовлюсь врезаться в сугроб или дерево.

— А-а-а-а-а-а!

* «Испанский сапог» — орудие пытки посредством сжатия коленного и голеностопного суставов, мышц и голени. Классический испанский сапог представлял собой металлический (реже деревянный) сосуд, в который помещались по колено босые ноги жертвы.

2. Аня

— А-а-а-а-а-а! — кричу я, летя с трассы.