Как приручить мужа—изменника (СИ) - Андреева Паулина - Страница 1

Как приручить мужа — изменника

Глава 1

С Мишаней меня познакомил мой папуля. Мне тогда было лет четырнадцать, а Зотову чуть за двадцать. Перспективный парень, как его окрестил мой родитель, был приятелем его одноклассника. Что я могу сказать? Первое впечатление этот дружок произвел на меня не самое лучшее. Такой весь из себя красивый и лощёный хмырь, который без зазрения совести назвал меня при первой встрече доской с железками во рту. Вот с того самого дня я возненавидела его так люто, на сколько вообще мог подросток. Мне он между прочем нанёс тяжелую психологическую травму! Я потом два года крутилась возле зеркала каждое утро и парилась по поводу своих дух прыщей, которые у меня были вместо груди. Но потом всё сошло на нет. Или я повзрослела, или неизвестно откуда появившаяся грудь третьего размера сыграла свою роль. В общем от комплекса малосисия я избавилась, но Зотова ненавидеть не перестала.

С каждым годом этот пай-мальчик появлялся в нашем доме всё чаще. Иногда мне казалось, что, однажды, придя домой, я обнаружу этого детину в своей гардеробной в ящике с кружевными труселями. И чем старше я становилась, тем больше этого засранца становилось в моей жизни.

Он даже на мой выпускной припёрся! Как сейчас помню. Папуля заставил меня танцевать с Зотовым, бубня себе под нос, что краше пары не сыскать. Ужас! А потом Мишаня испортил мой первый секс. Мы с Серёгой, самым красивым парнем в школе, вломились в кабинет химии, чтобы придаться страсти. В моменте, когда шикарное выпускное платье соскользнуло к моим ногам, а я была готова снять с себя трусики, разъяренный папин приемник выбил, каким-то чудом, дверь и сломал нос моему красавчику. Кстати говоря, с того самого дня, Серёга стал ещё привлекательнее. Смазливая мордашка стала брутальной, а шрам на переносице срывал с девок трусики на раз-два. Но увы, проверить на себе все постельные таланты Серого я не смогла. Красавчик оказался тем ещё ссыкуном и после стычки с Зотовым обходил меня десятой дорогой.

Так мы и сосуществовали. Я находила парня мечты, а Мишаня превращал его в трусливого зайца. Пока я не встретил своего Антошку — проломи башкой сторожку.

Антон — единственный, кто после встречи с Мишей не сбежал от меня. Наверно, это и послужило той самой причиной, по которой я влюбилась без оглядки.

Два последних курса в институте и ещё год мы жили с Тошей душа в душу. Даже жить начали вместе. Папочка, когда я сказала, что переезжаю на съемную квартиру к своему парню, орал так, что у него капилляры в глазах полопались, а Алёнка вызывала клининг, чтобы отмыть всё от папкиных слюней. Но ничего. Смирился. Да и сложно противостоять влюблённой, на минуточку, совершеннолетней девице. Тем более, когда та самая девица, помимо прочего, твой бухгалтер.

В общем, стали мы жить поживать, да добра наживать. Точнее я стала папкины бабки считать, пропадая на работе, а Тоша венерические букеты собирать.

А я ещё дура думала, что поездка на море так мне аукнулась. Общественный бассейн и всё такое. Кто ж мог подумать, что мой Антон такой гондон?

Сказка про Царя Гондона закончилась, когда я без предупреждения пришла к нему в офис. Ну, а что такого? Мы без пяти минут женаты, он большой начальник. У меня и мысли не возникло, что не стоит так делать. В общем, запомните, так делать не нужно! А то, можно легко заполучить ещё одну психологическую травму, как я тогда с Зотовым и своим малосисием. Кстати о нём, молосисисие своём, в тот момент я снова вспомнила. Увидев, как мой, без пяти минут супруг, жарит тощую бессисую курицу на своём рабочем столе, я малость обалдела. Такая страсть, такая экспрессия. А как она визжала… Точно он на раскалённом вертеле её крутил без смазки. Эта миниатюра надолго въелась в мою память.

С Тошей мы само собой разошлись. Папочка от счастья опять слюной забрызгал половину дома. Алёнка — мачеха моя, еле выползла из запоя, в который я её втянула. А Зотов… Зотов знатно охренел, когда я пьяная вломилась к нему домой посреди ночи с сонной регистраторшей и сказала, что мы женимся.

На кой он согласился — тайна покрытая мраком, но, думаю, что папкины бабки сыграли в этом не последнюю роль. Да и в большом бизнесе, как ни странно, ценятся семейные узы.

Теперь я — Анна Зотова. Мужнина жена, которая ни разу не видела смычок законного супруга.

Поначалу было весело. Штамп в паспорте и кольцо с брюликом на безымянном пальце были новой веселухой. Бесячьи мужики отваливались, видя аксессуар на моей изящной ручке, папка писался кипятком от восторга, а я кутила, воспевая гимн всех мужененавистниц.

«Пошлю его на небо за звёздочкой

Конечно, всё хуже может кончиться

Ещё один мучительный день пройдёт

И захочется, жить захочется!»

Да ещё оказалось, что противный Мишаня — не последний перец в нашем городе и, заимев его фамилию, я стала пупком земли в пределах нашего города. В бутиках меня чуть ли не в попу целовали, а в ресторанах знали в лицо. Хороший бонус к мужу, блядуну.

Кстати об этом…

Мишаня тоже хорошо устроился. Папка мой отписал ему какой-то заводик, в качестве подарка на свадьбу. Деловые партнёры зауважали больше прежнего. А сам мой благоверный ушёл с головой в трах-тур по всем давалкам города. Шпилил он, конечно, не тех проституток, что Тоша, но сути дела это не меняло. Меня всё устраивало. До поры до времени…

В какой момент моя кукуха помахала мне ручкой, я без понятия. Просто, в один прекрасный день, сидя за праздничным столом на очередном семейном торжестве, я увидела в своём муже, простите за тавтологию, будущего мужа. И с той самой посиделки я не могу найти покой. Во что бы то ни стало, я захотела Мишаню себе. Возможно, я потом откушу ему голову, как самка богомола. Но это будет потом. А пока, я начала борьбу за сердце своего мужа.

Я начала интересоваться им. Что он любит, чем занимается в свободное от работы время, помимо чпоканья богатеньких сучек. Всё, что связано с моим однофамильцем стало моим фетишем.

Алёнка, услышав, что я хочу захомутать Зотова, поддержала меня:

— Нют, давно пора завалить его в койку. Его дамочки уже без зазрения совести приходят к Саше в офис и интересуются Мишей, — воскликнула моя мачеха, поправляя прическу.

— И, что папка? И в офисе всё заплевал? — мне прям интересно, как мой бедный родитель отбивается от влюбленных самочек.

— Нет! Но, чует моё сердце, скоро эти фифы доведут его до нервного срыва, — запричитала Алёна. Красавица была серьезна, как никогда.

— Не охай ты, как бабушонка. А то я, грешным делом, начну тебя тётей называть, — посмеиваясь ответила ей.

— Нют, так мне и лет уже сколько? Я может внуков хочу. А то как-то неправильно получается. Дочь пристроили, думали за мужем будет, как за каменной стеной, а на деле получилось чёрте что!

Молочный коктейль, который я с наслаждением потягивала через соломинку, от смеха полился через нос. Это ж надо было такое ляпнуть!

— Алёна, какие внуки? Во-первых, мне двадцать пять лет только… — изумлённо спросила её. От таких высказываний вокруг наступила тишина. Все звуки стихли, а в моей голове зажегся сигнал тревоги.

— Самое то, чтобы познать радость материнства, — перебила она меня.

— Ты головой ударилась, Алён?

— Что такого? Я внуков няньчить хочу, — обиженно фыркнула красотка, сидящая, напротив.

— Во папка волшебник! Гипнотизёр хренов… — злость на родителя всколыхнулась в моей душе. С каких это пор отец стал таким навязчивым?

— Ань, не наговаривай на Сашу, — встала она на защиту своего мужа.

— Ну конечно он не при чём! Это звёзды сошлись в созвездие дятла, и моя подруга захотела стать бабушкой в тридцать семь лет! Сама рожай!

— Возраст, Анют, штука такая…

— Ой, мля! Я этому Гудини устрою… Состарил собутыльницу. Ты ещё скажи, что больше текилу пить не будешь и слизывать соль с прессов накаченных барменов.