Тридцать девять и девять (СИ) - Вестван Джим - Страница 1

Предисловие

Последнее советское поколение… Те самые «иксы», которым досталось наследие победителей в Великой войне, слава первых покорителей космоса, гордость быть гражданами сверхдержавы и ответственность перед всей человеческой цивилизацией!.. Жаль только, обычных, уже давно существующих благ всей этой цивилизации в их лучшие годы им так и не досталось.

Грамотные инфантильные «миллениалы», с рождения оцифрованные, рассудительные «зумеры» — речь идет о поколении ваших родителей. Это те самые люди, в детстве и молодости которых еще не было мобильных телефонов, да что там мобильных… иногда вообще никаких не было! Они безбожно курили, пели песни под гитару, к первому сексуальному опыту подходили вооруженными информацией из подворотен, а первых своих детей все еще заворачивали в марлевые подгузники. Но Киев и Краснодар, Москва и Рига были городами их единой огромной страны. Страна эта называлась совсем по-другому, их совсем по-другому воспитывали, и так часто обманывали, и так много раз переворачивался их устоявшийся мир…

Только кто же его переворачивал, если не они сами! И все прогрессивные вещи, новые взгляды и современные технологии пришлось отвоевывать и придумывать именно им. Они свободно гуляли по городу с раннего детства, они так рано становились взрослыми, стремясь как можно скорее начать независимую жизнь, ведь реальность уже сильно отличалась от того, что по-прежнему пытались им внушить. Тогда совсем другими были популярные имена, курорты и марки машин. И так много с тех пор изменилось! Серьезно?..

Кто-то там, наверху, сейчас искренне над этим смеется. Ведь сколько бы ни происходило потрясений и перемен, внутри мы точно такие же. Те же чувства, те же эмоции, те же мотивы сумасшедших поступков. И неважно, какой нас окружает мир и где он для нас находится: за большим окном или в маленьком гаджете… Ведь любим мы точно так же!

Что ж, добро пожаловать в то время, родом из которого сам автор. Многие вещи, наверное, удивят современных молодых людей, а кто-то наверняка узнает себя в мыслях и поступках главных героев. Этот текст совсем не автобиографичен, но так много в нем отображенного происходило на самом деле! И, конечно, вовсе не социальная тематика здесь основная и не размышления о недостатках и преимуществах разных исторических периодов. Все, что написано выше — лишь для понимания особенностей времени, в котором происходит развитие сюжета.

Я снова о главном. О том, что не меняется и измениться не может. О том, что находится в наших с вами «заводских настройках» и в итоге движет любым прогрессом. О любви, конечно. О той, которая, скорее, судьба… В общем, переносимся!

Часть 1. Вернуться из невозможного. Глава 1

Просто замечательная лестница в киевском «Интуристе»! Длинная, широкая и, кажется, бесконечная, с такими удобными полированными перилами, съезжать по которым гораздо интереснее и быстрее, чем с любых горок! И не каждый может так, как Даня, проскользить сразу весь пролет, спрыгнув на повороте, и перескочить через три или четыре ступеньки, сбегая по красной ковровой дорожке с верхних этажей с друзьями наперегонки… Конечно, им опять влетит сегодня за то, что не умеют прилично себя вести, не ценят такого хорошего к ним отношения и вообще позорят юниорскую сборную страны.

Ну и что! Не в первый раз. Можно подумать, кого-то за это выгонят! Даже если и так, то точно не Данила Давыдова! Он почти самый младший, но самый перспективный пловец в их команде, и к тому же папа у Данила — большой начальник как раз в Киевском спортивном комитете.

Он все может, его невероятный папа! Все решить, все достать и все купить. У Данила всегда лучшие вещи, привезенные из-за границы, их холодильник забит продуктами, которых некоторые товарищи Данила и не видели никогда, и машина у них совсем новая. И не какие-нибудь обыкновенные «Жигули», а самая настоящая «Лада»! И Данил даже умеет ее водить, они с папой раньше часто бывали в выходные на автодроме… Жаль, выходных у Данила все меньше, и уже давно по две тренировки в день. Папа очень гордится его спортивными результатами, не может же Данил его подводить. И в школе у Данила все в порядке, он вовсе не «тупой спортсмен», отец даже тетради его уже не проверяет, только оценки в дневнике, ну и порядок в школьных и спортивных вещах, конечно…

А у Данила всегда порядок! И никакой он не нытик и не «маменькин сынок», все это в прошлом, Данил даже вырос за последний год на целых десять сантиметров и совсем уже не самый маленький в классе. Самый маленький — его лучший друг Лешка Лагунов, который недавно появился в их школе и сразу же подрался с самым здоровенным парнем за место за партой. И не просто подрался — Леха безоговорочно его победил, в кровь расквасив нос и позорно уложив в проходе между рядами. Леша ведь занимается боксом, а еще постоянно бегает по подпольным клубам карате. У Данила нет на это времени, но кое-чему из арсенала боевых приемов Лешка его тоже обучил!

Даня знает, что маме не нравится его дружба с этим угрюмым цыганенком, но она просто Леху не знает! И вообще, пускай общается со своими подружками, которых у мамы целая куча, и все такие шумные, такие вечно радостные. Только и ждут момента, чтобы к Дане пристать. «Ну какой же он хорошенький, Люда, какие у него глаза (или ресницы, еще лучше!), прямо как у девочки!» — восторгаются эти мамины приятельницы, и хорошо, если хотя бы их мужей при этом нет! Можно ли придумать что-то более обидное? Раньше Даня еще как-то мог это терпеть, но теперь всеми силами старается избежать с ними встречи. Конечно, все хотят дружить с его мамой: она такая добрая, такая веселая и такая красивая!

Каждая мама — лучшая для своего ребенка, но Даня же не слепой, она самая настоящая красавица! Неудивительно, что папа именно ее выбрал…

Однако кто-то из ребят снова перевернул этот дурацкий вазон между лестничными пролетами, и дежурные по этажу уже сбегаются со своими вечными бешеными воплями. Нужно скорее от них смываться, хотя очередной выволочки сегодня не избежать. И отцу их тренер наверняка снова нажалуется…

А может, и обойдется, ведь сейчас папа в командировке, он и не знает, что Даня с командой в гостинице, а маме можно не докладывать: она привыкла, что Данила никогда нет дома.

Так что пускай приезжие ребята, которые здесь живут, переживают, а Даня просто у них в гостях, он же киевлянин, а скоро вообще улетает с командой в Вильнюс на всесоюзные соревнования…

— Держи! — ударил по спине зазевавшегося на миг Данила его спустившийся с лестницы приятель. Даня погнался за ним и, не вписавшись в поворот, вылетел в коридор через открытые стеклянные двери.

Он хотел тут же развернуться и догнать своих быстро уносящихся дружков, но резко притормозил, заметив, что в конце коридора целуется какая-то парочка. Сердце Данила забилось чаще, и он тихонько приблизился, прижимаясь к стене, чтобы немножко понаблюдать.

У женщины была пышная светлая шевелюра, которая почти полностью закрывала лицо мужчины. Виднелись только его волнистые каштановые волосы. Данилу показалось, что он где-то уже видел эти волосы… Его взгляд скользнул вниз, и вдруг он узнал его. Руки этой женщины с длиннющими красными когтями лежат на талии его отца. Он узнал этот кожаный ремень, который иногда сам вставлял в папины брюки, эту голубую рубашку и черные туфли… Да, это его папа. Его папа целуется с этой уродиной. Боже, какая она гадкая!..

— Данил! — услышал Даня окрик заметившего его отца, уже снова уносясь по лестнице.

Задыхаясь, он влетел в гостиничный номер и стал быстро запихивать вещи в спортивную сумку. Наверное, отец погнался за ним и легко найдет в этой гостинице. Но он больше никогда не увидит своего сына! Данилу нужно срочно домой, в свою комнату, к своей маме! Он прибежит к ней сейчас же и все ей расскажет. И она убьет этого человека, она вышвырнет его из дома и никогда, никогда больше не впустит!

Он выбежал на улицу, не заметив, как пролетел через всю площадь. Словно по заказу, распахнул двери красный киевский троллейбус. Уткнувшись лбом в холодное вибрирующее стекло, Данил не замечал, что плачет. Он громко всхлипывал, привлекая внимание немногочисленных пассажиров. Было видно, что у мальчика серьезное горе. Может быть, у него кто-то умер…