Русская кровь - Кулагин Олег - Страница 1

Олег Кyлагин

Русская кровь

Киев – скучный городишко.

Три года назад они вступили в Евросоюз, но от этого мало что изменилось. Согласно «Гиду Американского Туриста», главные здешние достопримечательности – пара церквей, десяток «МакДональдсов» и Квартал Оранжевых фонарей.

Кажется, это в районе Крещатика. Я перелистал глянцевый буклет: «Европейский сервис и горячая украинская любовь!»

Тут же имелся прейскурант – в долларах и евро. «Украинская любовь» была мне по карману. В кармане имелись баксы и кредитные карточки. Не помню, сколько там на счету. Тысяч пятьдесят точно есть.

Я вздохнул и выбросил буклет в урну.

Хотелось есть. С такими деньгами я мог бы отправиться в самый дорогой ресторан и заказать тазик икры.

Но зачем мне столько икры?

Я поужинал в уличном кафе. Выпил неплохого вина. И долго бродил по Киеву, разглядывая людей и дома. Дома были заурядные. Девушки – красивые. Ясно, почему это главный предмет украинского экспорта.

Смеркалось. Город расцвечивался фонарями. Но чем дальше от центра – тем грязнее были улицы. И реже – фонари.

У перекрёстка нарвался на толпу малолетних попрошаек – чумазых и тощих. Швырнул им горсть мелочи. Прошёл, не оглядываясь.

Спустился к Днепру. Здесь было тихо. Огни ночного города отражались в зеркале воды. Казалось, где-то там, по ту сторону речной глади, есть другой Киев. Неземной, удивительный, сказочно прекрасный…

Стоп. Похоже я увлёкся! И упустил новые детали в окружающем пейзаже.

«Деталей» – немного. Зато какие выразительные!

Два мордоворота в кожаных куртках. У одного – стальная цепь, небрежно намотанная на кулак. У другого – нож, тускло блеснувший в свете уличного фонаря. Скромное такое «перо» – лезвие сантиметров пятнадцать, не больше…

– Добрый вечер, – сказал я.

Они не ответили. Только один ощерился, обнажив лошадиные зубки.

Какие невоспитанные! Особенно, третий, который сейчас бесшумно подкрадывался ко мне со спины.

– Привет, – я резко обернулся.

– Не дёргайся, хмырёныш, – посоветовал третий. Маленький и тщедушный. Зато с разрядником в руке.

– Какие-то проблемы? – удивился я.

– Ага, – оскалился мелкий, – Будут у тебя… Гони «лопатник», фраер!

– Чего-чего?

– По-русски не понимаешь? Бумажник давай!

Вот так. Просто и без фантазии. Всё-таки, Киев – скучный городишко.

Я извлёк бумажник. Швырнул одному из качков. Тот перебросил добычу маленькому. Жадные пальцы впились в объёмистую пачку долларов. А потом извлекли на свет божий мои кредитки.

Глаза у маленького плотоядно сверкнули. И мне стало интересно. Почти, как в зоопарке – у клетки с гиенами.

– Богатенький буратино… – оскалился «хмырёныш». Заглянул в мой английский паспорт и прочел, – Денис Воронин. О-о, так ты наш! Земляк!

Оба мордоворота радостно заулыбались.

– То есть, могу идти? – вкрадчиво осведомился я.

– Конечно! – кивнул мелкий, – Прям щас и прогуляемся… К ближайшему банкомату. Только без шума, землячок.

– На хрена он нам нужен? – вдруг вмешался один из громил.

Среди коллег наметились разногласия.

– Там же сенсоры, идиот! Отпечатки пальцев!

– Вот и обойдёмся… отпечатками, – ухмыльнулся здоровяк и, поигрывая ножом, двинулся ко мне.

Продолжения я ждать не стал. Как-то это неприятно, если от твоего бездыханного тела отрезают конечности.

Я шагнул вперёд. Успел разглядеть изумление в глазках громилы. В следующий миг он кувыркнулся, аккуратно насаживаясь на собственное «перо».

Мелкий выстрелил из разрядника. И попал во второго компаньона. Я прыгнул, вывернул его руку с оружием. Так, что противно захрустели тонкие косточки. Маленький взвыл, рухнул на колени.

Я нажал гашетку и спокойно наблюдал, как он трясётся. Пока аккумулятор не разрядился.

Тщательно вытер рукоятку и отбросил оружие.

Поднял свой бумажник, далеко отлетевший в кусты.

Сзади донеслись стоны. Я оглянулся. «Хмырёныш» полз на карачках.

Всё таки, мелкие гады – самые живучие.

Подошёл и врезал ему ногой. Склонился и глянул в сверкавшие ненавистью зрачки.

Левая его, уцелевшая рука медленно тянулась к внутреннему карману. Кажется, там был пистолет.

– Земляк… пощади.

Я качнул головой:

– Ошибся, братан. Я тебе не земляк…

1. Бегство

Глава 1

Летнее утро.

Дом посреди сада – большой и красивый. Издали похожий на яркую, праздничную картинку. А если подойти – так здорово ощутить шершавую поверхность белого кирпича.

Я шагаю вокруг, касаясь его ладонями. Уют и надёжный покой вливаются в меня с каждым прикосновением…

– Дениска! – голос матери. Я гляжу в окно.

Зелёные ставни распахнуты. Солнечные лучи играют, отражаясь в стёклах.

– Дениска! Ты где? – снова раздаётся от крыльца. Я бросаюсь на голос.

«Сейчас! Сейчас я увижу её лицо!»

– Мама! – сердце безумно колотится.

И я просыпаюсь.

Утро выдалось хмурое.

Тёмный свод облаков плотно окутывал небо. То и дело срывался мелкий дождь. Но призрачно-бледная полоса уже затеплилась вдоль горизонта. В августе – не длинные ночи.

Жаль, что холодно было совсем не по-летнему. Сидевшему за рулём Тесленко пришлось включить печку.

Спустя полчаса мы достигли границы.

Бетонные надолбы, пулемёты в бойницах и таможенники с рентгеновскими взглядами:

– Пожалуйста, выйдите из машины.

Поёживаясь, мы выбрались из салона в зябкий рассветный воздух.

Искали они основательно. Разве, что не вспарывали обивку на сиденьях. Заглянули под капот. Проверили сканнерами каждое колесо. И это несмотря на наши европейские паспорта.

Кое-кому повезло гораздо меньше.

Рядом с ветхим автобусом лицом вниз лежали человек сорок пассажиров. Прямо на мокром асфальте.

Трое пограничников караулили их с автоматами и овчарками. В самом автобусе проходил яростный «шмон». Наружу летели вещи и разодранные сумки.

– Сейчас возьмутся за кресла, – шепнул Тесленко.

– Цирк, – прищурился Мустафа, – Наверное, у кого-то опять нашли листовки.

Минут через двадцать нам разрешили вернуться в джип. Чугунно-невозмутимый пограничник отдал паспорта и казённым голосом пожелал «Good luck!».

Джип плавно набрал скорость. Здание КПП скрылось за поворотом.

– Да, удача нам не помешает, – буркнул Мустафа.

Я смолчал.

Ни впереди, ни позади нас на всём шоссе не просматривалось ни единой машины. Словно вокруг была пустыня.

Километра через два свернули в лесополосу. Заглушили мотор. Я достал из кармана детектор. Пискнул слабый сигнал. На экранчике высветился азимут.

Мы с Мустафой выбрались из машины. Пересекли рощицу. Сигнал усилился. В кустах под сухими ветками и слоем дёрна мы нашли тайник.

– Теперь будет веселее, – ухмыльнулся татарин, разворачивая пакет.

Что ж, ему лучше знать. Он-то в этих местах – не первый раз.

Мустафа вооружился «ониксом». Тяжеловатая штуковина на мой вкус. Я предпочёл новенький «вальтер». Щёлкнул фиксатором, проверяя обойму. Порядок. Двадцать патронов. Сунул оружие в карман.

Кроме трёх пистолетов в пакете имелись три сороказарядных «вайпера», несколько гранат и коробки с боезапасом. Отдельно – кумулятивные патроны для «оникса».

Татарин с нежностью погладил массивный воронёный ствол:

– Отличная «машинка». Хоть в БТР, хоть в человека. Кевлар для неё – как бумага! Такую дырку делает – залюбуешься.

– А если в армопласт?

– Не знаю, – ласково ощерился Мустафа, – Пока не пробовал.