Преследуемая (ЛП) - Карлайл Лилиана - Страница 1

Преследуемая

Альфа-коллекционеры, Книга 1

КНИГА: Преследуемая

АВТОР: Лилиана Карлайл

СЕРИЯ: Альфа-коллекционеры #1

ПАРА: Ария (Реббека) & Калум

Плэйлист

Ария:

Winter Song — Sara Bareilles and Ingrid Michaelson

The Ghost Of You — My Chemical Romance

Hate Me — Eurielle

Little House — The Fray

Your Star — Evanescence

A Sorta Fairytale — Tori Amos

Калум:

Even In Death (2016 Version) — Evanescence

Time Is Running Out — Muse

Final Masquerade — Linkin Park

Bad Company — Five Finger Death Punch

Wrong Side of Heaven — Five Finger Death Punch

Monster You Made — Pop Evil

Ария и Калум:

Dear Agony (Aurora Version) — Breaking Benjamin

Blue And Yellow — The Used

ПРОЛОГ

АРИЯ

— Ты понимаешь, что тебе нужно сделать?

Нет, хочу ответить я, глядя на усталого мужчину, сидящего напротив меня, но вместо этого киваю.

— Я понимаю.

— Хорошо. — Он ворчит, направляясь через комнату к запертому шкафу. Он достает из кармана ключ, вставляет его в замок и рывком открывает.

Комната маленькая и тускло освещенная, единственное окно закрыто плотными шторами. Воздух затхлый и спертый, запах грязи и разложения невыносим, но я напоминаю себе, зачем я это делаю.

Почему я истощаю свой трастовый фонд и отдаю все свои деньги и веру в руки незнакомца.

— Последний шанс отступить. — Словно прочитав мои мысли, мужчина оборачивается, чувствуя мою нерешительность. — Это будет нелегко, и есть вероятность, что тебя поймают. Вы тот тип человека, который может справиться с этим?

Я задерживаю дыхание, глядя на него в ответ. Он смотрит на меня сквозь очки, и я знаю, что он видит меня насквозь.

Я могла бы уйти прямо сейчас. Я могла бы покинуть эту комнату и никогда не возвращаться, и никто бы ничего не узнал.

Сделай это ради Клары.

— Да, — шиплю я сквозь стиснутые зубы. — Я могу и сделаю это.

Он кивает, затем поворачивается, вытаскивая две папки. Он кладет их в черную спортивную сумку вместе с белой бутылкой без этикетки.

— У тебя здесь год приема подавляющих препаратов. После этого ты предоставлена сама себе.

Ты можешь это сделать.

— Хорошо. — Я говорю как испуганный ребенок.

Он пинает сумку в мою сторону, и я беру ее в руки. Она на удивление легкая по сравнению с весом в моей груди.

— Во втором конверте сто тысяч наличными. Тебе более чем достаточно, чтобы прокормиться. Там также указан адрес коттеджа. Я подвезу тебя, но после этого ты меня никогда не видела, хорошо? — Старик вернулся за свой стол, открывая документ на компьютере.

Он не ждет моего ответа.

— Береги деньги. Оплачивай ими все счета, какие только сможешь. Покупай на них продукты. Чем меньше ты используешь свой новый банковский счет, тем лучше. Но информация о твоем текущем счете находится здесь вместе с твоими документами.

Я снова молча киваю, и он смотрит на меня каменным взглядом.

— И никаких поездок за рулем. Либо езжайте на автобусе, покупайте велосипед, либо ходите пешком. Тебе нет необходимости выезжать за пределы города.

— А что, если мне понадобится…

— Все, что тебе нужно, будет в городе, — огрызается он, его тон предрешен. — Ты хочешь все сделать правильно; ты хочешь, чтобы тебя не поймали? Ты остаешься и начинаешь там новую жизнь. Никаких визитов, никаких отпусков. Ничего.

Верно. Мы с мамой обсуждали это. Я бы чертовски скучала по ней, но случайный звонок с одноразового телефона лучше, чем альтернатива.

Я могла бы выбрать легкий путь. Как только я представила, я знала, какой путь от меня ожидают.

Но я просто не могла.

Не после того, что они сделали с ней.

— Популярная викторина. — Мужчина лает. — Как тебя зовут?

У меня готовы ответы. Я кропотливо изучила каждую деталь своей новой жизни, зная, что одна крошечная оплошность может все разрушить и сделать бессмысленными все жертвы, на которые я пошла.

— Ария Дженнингс, — хладнокровно отстреливаюсь я.

Маленькая часть меня всегда будет Ребеккой Грин, но с этого момента она должна стать далеким воспоминанием для остального мира.

— Сколько тебе лет?

— Двадцать один.

— Кто твои родители?

— Джон и Присцилла Дженнингс.

— Хорошо. — Он кивает. — Никогда не сомневайся, если кто-то задает тебе такие вопросы. Как ты живешь одна? — Он продолжает.

Смогу ли я когда-нибудь быть полностью готовой стать кем-то другим?

— Моя мать оставила мне эту собственность, а отец — щедрый трастовый фонд.

— Где ты жила раньше?

— На другом конце страны.

— Убедись, что ты остаешься последовательной, и как только ты расскажешь свою предысторию, оставайся верной ей. Достаточно одного любопытного соседа или анонимной наводки, чтобы у твоей двери появился Коллекционер.

Я содрогаюсь от образа, который это вызывает в воображении.

— Мне нужно оружие? — Я спрашиваю его.

Он фыркает. — Нет, милая, не против них, — усмехается он, закатывая глаза. — Они более натренированы, чем ты когда-либо могла быть. Если они придут за тобой, ты беги. Ты поняла?

— Да, — вздыхаю я. — Это всегда было планом.

— Обычно я бы никогда не согласился сделать это ради кого-то вроде тебя, — начинает он, и я обвиняюще смотрю на него. — Ты молода, наивна, и, честно говоря, шансы против тебя. Но я знаю, что ты делаешь это ради цели большей, чем ты сама. Тебе лучше изо всех сил стараться оставаться незамеченной. Я надеюсь, ты найдешь ее.

Его слова — бальзам для моего заикающегося сердца.

— Спасибо, — шепчу я. — Я не остановлюсь, пока не сделаю этого.

— Ты готова удалить чип?

Я провожу пальцами по нежной коже на задней части шеи. Я провожу по бугорку кожи; металл прямо под поверхностью идентифицирует меня как Омегу.

— Да.

Нет.

Я могу умереть прямо здесь, в этой комнате, если он сделает это неправильно.

Токсина, выделяемого чипом, достаточно, чтобы остановить мое сердце менее чем за минуту.

Но я должна рискнуть.

Процесс менее болезненный, чем я думала. Быстрый укол, и минуту спустя он протягивает мне крошечный кусочек металла для осмотра.

Невозможно поверить, что маленький чип стал решающим фактором моего будущего.

— Тебе придется спрятать метку, пока она не заживет. Кстати, удаление прошло гладко. С тобой все будет в порядке.

Я храню молчание, пока он разламывает чип пополам, заворачивает кусочки в ткань и выбрасывает в мешок для мусора.

Просто так.

— Мы скоро уезжаем. У тебя есть идентификатор?

Я смотрю на свои руки, и его взгляд следует за мной, останавливаясь на кольце, обернутом вокруг моего пальца.

— Да. — Я снимаю кольцо, которое мама подарила мне на шестнадцатилетие. Маленький бриллиант поблескивает в тусклом свете, и я неохотно отдаю его ему. Это единственная вещь, которую Ребекка Грин никогда бы не оставила без внимания.

Это всего лишь вещь, напоминаю я себе.

Но финальный акт вызывает у меня слезы на глазах.

Это реально.

Пути назад нет.

Я позволяю себе прослезиться, но цепляюсь за надежду.

Это будет не напрасно.

* * *

КАЛУМ

Она не перестает кричать.

Даже с кляпом во рту она ведет себя излишне громко.

Ее слезы давно высохли, но она продолжает раздирать себе горло криками неповиновения.

— Ты потеряешь дар речи, если будешь продолжать так делать, — говорю я ей, не отрывая взгляда от дороги.

Она отвечает ворчанием и мечется на заднем сиденье, плюхаясь при попытке сесть. Стяжки тугие, но не настолько, чтобы перекрыть тираж, поэтому я знаю, что все ее театральные выходки — всего лишь попытка завоевать мое сочувствие.