Мой летний эротический роман (СИ) - Лето Лена - Страница 1

Мой летний эротический роман

Глава 1

Минск — самая спокойная столица на земле. Даже сейчас, в час пик, кажется, я единственный человек, который куда-то спешит.

Влетаю в желтый автобус за мгновение до того, как за моей спиной закрывается дверь. Ловлю улыбку незнакомого парня, который стоит в середине салона. Наверное, офисная девушка, догоняющая автобус, — то еще зрелище. Сдуваю с лица прядь, которая выбилась из пучка, расстегиваю верхнюю пуговицу блузки — душно от бега, да и температура за бортом градусов двадцать, не меньше. Зато успела!

Вообще-то я тоже обычно не спешу, но сегодня все пошло наперекосяк из-за бессонной ночи. Так бывает, когда на голову сваливается идея, и ты пишешь, пишешь… а потом все удаляешь. Потому что запал угас, а вопрос остался: «Ника, зачем ты взялась за эротическую прозу?!» Если хоть кто-то в семье узнает об этом, меня сожгут как ведьму.

Впрочем, ответ понятен. Послушная дочка, подающая надежды писательница, исполнительная сотрудница. И что в итоге? Мне двадцать четыре, я до сих пор живу с мамой, дверь моей детской комнаты не запирается, а на аренду квартиры зарплаты ведущего редактора не хватает. Эротический роман — отчаянная попытка заработать на жизнь, ведь мои умные душевные рассказы никому не нужны.

Первая остановка по маршруту, людей немного, и я, как обычно, занимаю любимое место в конце салона, у окна. Все утреннее солнце сейчас мое.

Смартфон кладу на колени. Большинство пассажиров используют мобильные телефоны для того, чтобы переписываться в мессенджерах или серфить в соцсетях, а я творю. Для меня самое важное приложение — «Заметки». Никогда не знаешь, с каким необычным пассажиром столкнешься, какую интересную фразу услышишь или трогательную сцену увидишь, пока доедешь до работы.

Город вдохновляет меня на писательство. Все мои рассказы появились благодаря ему. Иногда кажется, я не сама сочиняю, а подглядываю, и город открывается мне, рассказывает истории, доверяет тайны… Когда самый популярный литературный портал объявил конкурс «Эротика и город», я подумала: это знак.

«Знак, что нужно выбросить из головы эту дурацкую затею», — решила я сегодня после бессонной ночи. Семь часов работы — два абзаца. Где город, а где интим? На улице такие идеи не подсмотришь — точно не в Минске.

Вот, например, парень в автобусе, который мне улыбнулся — ищу его глазами, пассажиров уже много, — ничего такой, милый. На нем серая футболка, джинсовые шорты, рюкзак через плечо. Но он совсем, совсем не герой моего эротического романа. Бледный, худощавый, легкая щетина — уверена, это не часть образа, а просто банальная лень. Кроссовки заношенные — значит, не при деньгах. А какая эротика может быть без денег? В книге, я имею в виду.

Мой герой не такой. Воображение без труда рисует загорелые, подкачанные руки, широкую грудную клетку, пресс, конечно, с кубиками, но не очень заметными, не как у бодибилдера. Герой моего романа должен заниматься какой-то умственной работой, а не только зависать в тренажерном зале — качки не кажутся мне сексуальными. А вот лицо не могу представить, совсем, но оно точно не с ленивой щетиной.

Ой! Моя остановка!

Проталкиваясь локтями, извиняясь на каждом шагу, вываливаюсь из двери автобуса.

Осмоловка. Мой любимый район. Два квартала двухэтажных домов послевоенной постройки с галереями и эркерами, с заборчиками, украшенными лепниной, и уютными внутренними двориками. Когда я впервые здесь оказалась, села на лавочку под цветущей липой и за пару часов набросала черновик рассказала о том, как бабушка тайно растила в квартире козу. Рассказ получил престижную молодежную премию.

Когда оказалось, что в этом районе находится мое первое в жизни место работы — издательство «Белый берег», я подумала: «Это знак». Я до сих пор так думаю, несмотря ни на что.

От остановки до издательства всего пара минут неспешным шагом. Дорога идет сначала по бульвару, потом через сквер. Здесь прохладно, журчит фонтан, поют птицы. Символично, ведь для меня издательство — любимое гнездышко. У меня добрый понимающий директор, ему уже за семьдесят. Коллеги, пусть и старше меня в два раза, почти как родные. Здесь я чувствую себя на своем месте: работаю с рукописями, помогаю появляться книгам на свет. Первая дышу их запахом — свежей типографской краской, перелистываю склеенные, кажется, еще теплые, страницы.

Издательство разместилось в мансарде трехэтажного кирпичного здания. На первом этаже — кафе и тренажерный зал.

Возле тренажерки стоит Тесла небесно-синего цвета, сияющая в солнечном свете. Ммм! Как же мне нравится… когда водители заботятся об экологии! Номер не наш — российский, что ожидаемо. Интересно, какие люди ездят на таких машинах? Успешный врач центра эстетической хирургии? Восходящая рок-звезда?

Оглядываюсь — рядом никого. Распускаю волосы, вынимаю из сумки мобильный телефон и делаю селфи на фоне машины. Заброшу Илонке в чат, пусть фантазирует.

Селфи «я присела на капот» — ерзаю и так и этак, выбирая наилучший ракурс. Селфи «я будто бы открываю дверь машины» — выгибаю спину, встряхиваю волосами.

И вдруг раздается пикающий звук — сработал электронный ключ.

Я дергаюсь, отскакиваю от Теслы. Водителя не вижу — солнце слепит глаза, да и стыдно на него смотреть, но он точно видит меня.

— Хотите тест-драйв? — с холодным любопытством спрашивает он.

— Не-нет…

— Это сарказм. Отойдите от моей машины.

На ходу завязывая волосы в хвост, я семеню к подъезду издательства и кляну себя на чем свет стоит. Наверное, я, ерзающая попой по капоту чужой машины, выглядела полной дурой… Хорошо, что мы с водителем не знакомы.

Поднимаюсь по лестнице. Все уже в сборе — до планерки пять минут.

Офис оpen space, только кабинет директора и переговорная отделены стеклянными стенами, и там можно опустить жалюзи. Сейчас все жалюзи открыты. Директора нет, значит, можно выпить еще чашку кофе.

Нажимаю на кнопку кофемашины, через плечо поглядывая на дверь. Из лифта выходит мужчина лет под тридцать. Светлые волосы, чуть вьются, светло-серые брюки свободного кроя, модная белая тенниска обтягивает натренированный торс. Чем-то напоминает Мэттью Макконахи.

Но не только его внешность притягивает взгляд. Что-то еще, что-то неосязаемое, неуловимое. Если бы он остановился, дал себя рассмотреть… Может, из него получился бы персонаж моей истории?

Мэттью, коротко Мэтт, заходит в зал переговоров и закрывает за собой дверь.

— Всем доброе утро! — слышу его голос. — Меня зовут Матвей Игнатович Павловский, и я ваш новый директор.

Ой-ёй-ёй!

Я дергаюсь, проливаю обжигающий кофе на руку, кое-как промакиваю ее салфеткой. Несусь в переговорную, на ходу понимая, что с чашки капает. Оставляю ее на своем столе. У переговорной замираю и тихо-о-онечко приоткрываю дверь. А вот незаметно притаиться у входа не получается: все места, что подальше от директора, заняты, мне приходится протискиваться между стенкой и спинками отодвинутых кресел, постоянно шепотом извиняясь. Хотя можно было бы и не понижать голос — новый директор замолчал и, думаю, внимательно за мной наблюдает, а мне страшно взгляд поднять.

— Зачем создано это издательство? — спрашивает директор, когда я, наконец, усаживаюсь за стол и замираю на ближайшем к нему кресле. По тону не понять, это вопрос с подвохом или из интереса. — Что, никто не знает? — уточняет он с холодным любопытством.

Такой тон… Будто я его где-то слышала. Он одновременно вызывает чувство опасности и притягивает внимание, будоражит.

Не поднимая головы, кошусь на директора. Он чуть подался вперед, руки на столе, пальцы переплетены. Такие руки запросто можно присоединить к моему персонажу в ванной: загорелые, мышцы заметны даже под рукавами тенниски. Красивые руки с чувственными, как у музыканта, пальцами. Я легко могу представить, как они терзают жесткие струны электрогитары…