Месть моя, или сбежавший жених (СИ) - Чернякова Наталья - Страница 1

Месть моя, или сбежавший жених

Наталья Чернякова

Глава 1

Мстить или нет — этот вопрос оставим за скобками, ибо каждый решает сам: как он будет восставать из пепла после предательства близкого человека. Наша героиня пришла к мнению — мстить. Что из этого вышло, вы узнаете, если прочтёте книгу.

Основные действующие лица:

Ксюха — то есть я: девушка 25 лет, умная, красивая, милая, добрая, душевная, скромная, упорная (и все остальные положительные качества тоже мои), дипломированный юрист.

Вадюша Доброкотов — хитрый, беспринципный, подлый изменщик, нравственный урод и сбежавший жених.

Женёк — моя подруга. Все перечисленные качества, относящиеся ко мне, её тоже (см. выше), дипломированный журналист. Всегда в поиске.

Юрченко Дмитрий Петрович(ЮДП) — умный и хороший человек, преданный друг — просто красавчик и по совместительству Женькин старший брат!

Ирка — красивая и тупая. Жена Димы.

Марина — подлая разлучница, бизнес-леди и жена Вадюши.

Виктор — обаятельный парень невысокого роста и не красавчик. Женькин коллега — журналист.

И пусть мысли о мести останутся только здесь!

С любовью к чтению и читателям,

Н. Чернякова

* * *

Вчера вечером я приехала в родной город, не была здесь с того злосчастного дня несостоявшейся свадьбы, когда жених Вадюша сделал резкий кульбит в сторону и не явился на собственную регистрацию брака. Со мной.

Я и сейчас бы не приехала домой, но мама, узнав, что дорогой ИП Черных дал мне двухнедельный отпуск, запричитала:

— Приезжай домой, детка, страсти все давно улеглись, никто ничего не помнит, думаю, ты тоже забыла эту историю.

«Ага, щаззз. Забыла…Как же», — пробурчала я себе под нос.

— Скоро у Женечки юбилейный день рождения, двадцать пять, она очень обрадуется твоему визиту, — мама продолжала уговаривать.

Тут надо пояснить: Женечка — моя верная школьная подруга Женёк. И это железный аргумент в пользу мамы. Если ответить ей отказом, то переживать начнёт так, будто я на фронт ушла и не вернулась, а ведь была у меня в гостях всего-то две недели назад и видела, с моей жизнью всё в относительном порядке: снимаю хорошую квартиру в краевом центре, где училась, неплохо зарабатываю.

Мимо окон прошла целующуюся парочка. Я глубоко вздохнула. Конечно, со временем страсти в душе подувяли, однако совсем не исчезли.

«Интересно, а если дома встречу предателя Вадюшу, как отреагирую?» — вдруг подумалось мне. И тут же перед глазами загорелось воображаемое табло с ответами, как на известной игре:

А) Пройду мимо с гордо поднятой головой и не поздороваюсь.

Б) Подойду и врежу оплеуху по его бесстыжей физиономии.

В) Докажу жене Доброкотова, что он — тот ещё ходок и ей наверняка изменяет.

Г) Другое.

Что подразумевалось под этим «другое», я ещё точно не решила, однако в кое-то веки всё же согласилась приехать домой.

И правда: сколько можно бегать от проблемы, не рвать же на себе волосы всю жизнь и ходить с вечно опущенной головой.

Надо решить этот вопрос конструктивно и окончательно, чтобы самооценка вернулась на прежний высокий пьедестал.

Приехав в родной город и от души откушав маминых блинов, специально для меня приготовленных, я потопала к Женьке на работу в редакцию радиостанции «Местная волна 104. FM».

Подруге дали задание сделать передачу «О новых принятых законах», и Женёк, зная, что я приезжаю, пригласила меня — дипломированного юриста — разъяснить радиослушателям все, как она сказала, «непонятки».

Юрченко стояла на улице возле цветника с незнакомым пареньком, по виду студентом, и отчаянно жестикулировала, а находившийся рядом мужчина держал микрофон. Подойдя ближе, я услышала:

— Колян, начинай. Да опусти ты шланг. Опусти, сказала. — Молодой человек, худой и длинный, как фонарный столб, по-прежнему молчал, только хлопал длиннющими ресницами.

«Растерялся, наверное, первое интервью», — подумала я.

И вдруг парень направляет шланг на мою Женьку, сильная струя воды срывается и тут же моментально накрывает подругу, едва не сбивает её с места.

— О-о-о, а-а-а, у-у-у, ёклмн, бли-ин, да хватит, холодно же, — завопила Юрченко и закружилась вокруг своей оси. — Хватит, Колька! Хватит, говорю.

Остановившиеся прохожие во все глаза смотрели на странные пляски аборигенов племени, которые съели Кука, и не понимали, что происходит: то ли больные сбежали из соседнего здания — психдиспансера, то ли это не больные, а счастливчики, запутавшиеся в календаре.

Только сегодня не седьмое июля, а тридцать первое августа. Куда же ты бежишь, лето?

Всё выяснилось позже.

Оказалось, Женька у начальства нарасхват, она параллельно делала ещё одну передачу о пользе закаливания.

Задание было такое: взять интервью у простых смертных моржей по вопросу, как надо правильно закаляться.

Почему именно сейчас возник этот вопрос, а не весной, когда ведущие специалисты рекомендуют начать закаливание, было непонятно.

Среди Женькиных знакомых моржей случайно оказался студент-практикант Николай, он же при необходимости менеджер по благоустройству. Вот к парню и обратилась подруга.

Николай только приготовил шланг к поливу, а тут какой-то шутник перекрыл воду на пару минут, а потом резко включил, это случилось в тот момент, когда подруга подошла со своими вопросами. Парень, не справившись с сильным напором, невзначай окатил подругу.

Когда я, сочувствуя Женьке, по дороге в редакцию произносила дежурные фразы поддержки, чей-то негромкий голос окликнул меня.

Это только говорится: чей-то. На самом деле я сразу поняла: сзади меня он — любовь всей прежней жизни — Вадюша Добро кот ов. Который сбежавший жених.

Глава 2

— Ксюха, едва узнал тебя. Неужели это ты⁈ — Доброкотов высунул голову из машины, восхищённо окинул бывшую подружку плотоядным взглядом и широко улыбнулся, будто я та, кого он искал всю свою жизнь и наконец-то нашёл.

Блондинистые волосы Вадика были живописно растрёпаны, а глаза блестели так, словно он вот-вот заплачет от избытка чувств.

Сначала я разозлилась на него: зачем он так некстати встретился на моём пути, не такой представлялась наша встреча, потом разозлилась на себя за то, что чувства ещё до конца не зачахли — сердце-то, как прежде, при виде Доброкотова ёкнуло.

А ведь мечталось о другом: иду я такая гордая и красивая, не обращаю на него никакого внимания, а он и другие парни немеют от моей неземной красоты — ну как обычно, в общем.

— Сколько времени займёт запись? — Я взяла себя в руки и продолжила разговор с подругой, чтобы на воображаемом табло выполнить пункт «А», где говорится «Пройду мимо с гордо поднятой головой и не поздороваюсь».

Женёк не успела ответить, потому что к нам уже вальяжной походкой подходил Вадюша

— О, какая ты стала, Ксюха! Ты что, не узнала меня? Привет, Женька.

Подруга, насупившись, промолчала. Молодец, мой верный Женёк.

— Доброкотов, иди к чёрту, пока не получил фейсом о тейбол, — бросила я в сердцах, замахиваясь на него ладонью. Он перехватил руку и захохотал:

— О, какая ты стала…

— Ну и какая? — не выдержала я, прохрипев, ибо, как в известной басне, в зобу от ожидания хороших слов дыхание спёрло.

— Такая боевая. — И, отойдя от меня на шаг, продолжил: — Само совершенство. Похорошела. Такая загорелая — красотка просто. На море ездила?

Какой-то чёртик заставил повести плечиком, поправить пальчиками кипельно-белый топик с глубоким вырезом и надписью чуть ниже груди «I’m happy».

Вот змей-искуситель этот Вадик, умеет сказать нужные слова девушке. Взяв себя в руки и зло взглянув на него, я ответила с вызовом:

— Ездила. В Огородные Эмираты. И Кухню-стан тоже посетила.

Доброкотов рассмеялся:

— Всегда ценил в тебе чувство юмора. А мы с супругой побывали на Красном море, собирались ещё на Средиземное, но супруга вынуждена была уехать в столицу. — И, помолчав несколько секунд, добавил: — Края. Представь себе, и там с супругой открываем свой фирменный магазин.