Шторм (ЛП) - Дэвенпорт Фиона - Страница 1

Перевод: София — t.me/ddd77ss

Редактирование: Дина — t.me/Dindindinych

Оформление обложки: t.me/msesnz

Вычитка и оформление: Ангелина — t.me/looox_xx

ШТОРМ

Когда отца Блэйкли Эванс отправили в тюрьму за убийство её похитителей, он попросил Гидеона «Шторма» Айерса присмотреть за дочерью. Два года назад, дорожный капитан «Железных Изгоев» понял, что Блэйкли — та самая, предназначенная ему судьбой женщина. Но она была слишком молода, и потому он защищал её на расстоянии, терпеливо ожидая того дня, когда сможет сделать своей.

Но прежде чем Шторм смог прийти за Блэйкли, её выгнали из приемной семьи, которая поклялась заботиться о ней. Думая, что Шторм её бросил, Блэйкли была вынуждена бежать за помощью в клуб её отца.

Теперь Шторм готов отомстить тем, кто предал её. Но его главным испытанием станет возвращение доверия Блэйкли.

ПРОЛОГ

ШТОРМ

— Ты хотел меня видеть, президент?

Я вошел в кабинет Кокса и опустился на один из стульев перед его столом. Кокс — президент мотоклуба «Железные Изгои» и отец одного из моих лучших друзей.

Я познакомился с Каем на… сомнительно легальном… драг-рейсинге, когда учился в старшей школе. Он учился в колледже Принстонского университета, но приехал в мой родной штат Флорида на гонки во время весенних каникул. Я практически вырос в этом мире — нахуй моих родителей, поскольку они были практически бесполезны и все равно сделали своей жизненной миссией не одобрять все, что я делал.

Мы с Фоксом поладили и поддерживали связь. «Железные Изгои» в значительной степени управляли миром подпольных гонок в Теннесси, Кентукки, Джорджии, Алабаме и Южной Каролине. Когда Фокс заинтересовался в расширении дальше на юг, я поспособствовал налаживанию партнерства между «Железными Изгоями» и человеком, который финансировал большинство гонок в Майами и близлежащих городах. За эти годы они захватили контроль над гоночной сценой во всем штате и пробирались на Луизиану и Миссисипи.

К восемнадцати годам, я был готов практически на все, лишь бы убраться к чертовой матери из своего города и подальше от родителей, поэтому я пошел в армию. Но каждый отпуск я проводил с Каем — теперь уже с Фоксом, так как недавно он стал членом клуба — и его семьей, означало, что большую часть времени я проводил в MК.

Несмотря на то, что я часто отсутствовал, Кокс позволял мне быть проспектом в любое время, когда бы я ни был дома. Когда я решил уйти со службы, я стал полноправным членом клуба.

— Нужна услуга.

Я удивленно приподнял бровь при мысли о том, какого рода услуга может понадобиться от меня этому крутому байкеру, который управляет целым клубом.

— Фокс сказал мне, что ты занимался переговорами о заложниках.

Я кивнул. Когда я стал хэнгэраундом1, я прошел обязательный двухчасовой курс Альтернативного Решения Споров — необычное название для переговоров — и преуспел в нем. Так что они заставили меня пройти оба недельных курса. Когда я поступил в Дельта Форс2, это стало моей специальностью. Я не делился этим со многими людьми, поэтому знал, что если Фокс рассказал это президенту, то на это были очень веские причины.

— Ненавижу отнимать у тебя время отпуска, парень, но одному моему другу нужна твоя помощь — его двенадцатилетнюю дочь похитили.

— Блять, — нахмурился я, наклонившись вперед и поставив локти на колени.

— Сэйбер — президент мотоклуба «Всадники Уэстленда».

Мои брови поползли вверх.

— В моем родном городе?

— Чертово совпадение, — пробормотал Кокс, покачав головой.

У «Уэстлендских Всадников» была схожая репутация с Железными Изгоями, но они, как известно, переходили некоторые границы, за которые мы бы не зашли.

— Сэйбер разозлил кого-то настолько, что они похитили его ребенка?

— Они хотят выкуп. Всадники чрезвычайно успешны в…. том, что они делают. А Сэйбер уже был при деньгах, когда стал членом клуба. Он вложил огромную часть своего наследства в казну мотоклуба.

— Они уже получили сообщение о требовании выкупа? — даже если бы я ехал изо всех сил, я все равно был бы в десяти часах езды от того места, где вырос.

Кокс кивнул.

— В ее рюкзаке, найденном в квартале от клуба, была оставлена записка с просьбой: «Ждать звонка в ближайшие двадцать четыре часа».

— У тебя есть для меня досье? — я предположил, что он предоставит мне как можно больше информации, чтобы я мог ознакомиться с ситуацией и игроками.

Кокс взял со своего стола желтую папку и протянул ее мне.

— Я отправляю с тобой Фокса. Он сядет за руль, чтобы ты мог осмотреть это дерьмо повнимательнее. Это также освободит тебя, если тебе нужно будет связаться по телефону до приезда.

Я приподнял подбородок в знак признательности, мое внимание было сосредоточено на бумагах, которые он мне дал.

— Пусть Сэйбер пришлет мне все по электронной почте.

— Будет сделано.

Двадцать минут спустя мы с Фоксом были уже в пути. Мне была ненавистна мысль о том, что маленькая девочка может находиться в руках этих придурков дольше, чем необходимо, но попытка выступить посредником из грузовика была бы гребанным кошмаром. Поэтому я был рад, что они не получили звонка до моего приезда.

Мы приехали на территорию мотоклуба около четырех утра, но времени на сон не было. Я сразу же принялся за работу.

Звонок поступил несколько часов спустя: двадцать миллионов долларов, они ожидали, пока Сэйбер доставит деньги, и тогда они освободят Блэйкли в течение двух часов.

Мои инстинкты взревели, подсказывая мне, что они не собирались отпускать ее. Я уговорил их прислать видеодоказательство, и когда мы его получили, я выругался про себя.

— У нее не были завязаны глаза.

Сэйбер пристально смотрел на экран, по-видимому, не в силах отвести взгляд от испуганного лица своей дочери.

— Что это значит?

Я провел рукой по лицу и разочарованно пробормотал:

— Вероятно, она их видела.

— Ублюдки, — пробормотал Фокс, отходя в сторону и бросая взгляд в окно на другом конце офиса.

Да, эти ублюдки не собирались отпускать Блэйкли.

Когда они перезвонили, мне удалось уговорить их согласиться на место и время передачи денег по нашему выбору. Они также согласились показать нам прямую трансляцию с Блэйкли во время передачи денег. Они оставили нам сотовый телефон для подтверждения, после приказали нам оставить деньги и уходить.

Во время разговора я использовал тактику, которой овладел во время обучения, и заставил их признаться в нескольких вещах, которые помогли бы нам выяснить, кто они такие. Повесив трубку, я рассказал всем, что узнал и почему эта информация нам поможет.

Затем мы разработали план.

Я ударил ногой по выходной двери в задней части склада и тут же пустил пулю в затылок охраннику. Несколько братьев из Уэстлендских Всадников ворвались следом за мной, в то время как несколько других ворвались через главный вход.

Доверяя им прикрывать мою спину, я сосредоточился на поиске двери — вот она.

Держась вдоль периметра большого открытого пространства, я поспешил к двери, которая соответствовала той, что была на видео за спиной Блэйкли. Эти ублюдки были настолько глупы, что позволили нам уйти с телефоном, подключенным к прямой трансляции их заложницы. И их шифрование сигнала было дерьмовым. Мой друг-хакер взломал его менее чем за минуту, указав нам место, где они ее держали.

Люди, которые забрали деньги, были в бегах, но единственное, что нас по-настоящему волновало — это маленькая девочка Сэйбера.

Дверь, к которой я направлялся, открыл мужчина, дико озираясь по сторонам, очевидно, услышав шум снаружи. Я поднял руку, и секунду спустя он упал на землю, благодаря небольшой дыры в виске, из которой сочилась кровь. Войдя в комнату, я убрал пистолет в кобуру: возможно, эта девушка выросла в окружении мотоклуба, но я не знал, каково ее психическое состояние, и хотел казаться как можно более безобидным.