Ее дикие звери (ЛП) - Бали Э. П. - Страница 1

Э.П. Бали

Ее Дикие Звери

Книга 1

Издательство «Восход Голубой луны»

Ее «Дикие звери» — художественное произведение. Имена, персонажи, места, происшествия и локации являются продуктом воображения автора или используются вымышленно. Любое сходство с реальными событиями, местами или людьми, живыми или умершими, является полностью случайным.

Авторское право © 2023, Э. П. Бали

Все права защищены.

Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в любой форме или любыми электронными или механическими средствами, включая системы хранения и поиска информации, без письменного разрешения автора, за исключением использования кратких цитат в рецензии на книгу.

Примечание

по содержанию

Я забочусь о психическом

здоровье моих читателей. Эта книга содержит некоторые темы, о которых вам, возможно, захочется узнать перед

прочтением.

●Убийства

●Ненормативная лексика

●Насилие

●Откровенное описание сексуальных сцен

●Горе/потеря родителя

●Физическое насилие со стороны родителей

●Мизогинные установки / женоненавистничество

●Похищение

●Пытки

ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ КАНАЛА — ЗАПРЕЩЕНО!

Большая просьба НЕ использовать русифицированную обложку в таких социальных сетях как: Инстаграм, Тик-Ток, Фейсбук, Твиттер, Пинтерест.

Перевод — Злая ведьма

Вычитка — Luna, Ольга

+публичная бета

Данная книга не несет в себе никакой материальной выгоды и предназначена только для предварительного ознакомления! Просьба удалить файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Эта книга для тех, кому

нужно напоминание о том, какими могущественными они могут быть.

Пролог

Аурелия

7 лет назад

В день, когда у меня впервые начались месячные, я выбегаю из ванной с криком «Няня Розалина!».

Это крик радости, пронзительный, восторженный и полный ожидания. Потому что для самки-анималия сегодня тот самый день, когда мой дух откроется миру.

Розалина, пожилая питонша моего Двора, вздыхает и раскрывает объятия, сидя в своём любимом кресле. Мне тринадцать, но я всё равно бросаюсь к ней на колени, плачу, смеюсь и болтаю о своих будущих способностях.

— Могущественный зверь скрывается под твоей кожей, — шепчет она, нежно касаясь моей черной косы. — Сегодня вечером мы все будем гордиться тем, какую сильную змеиную форму она примет.

Когда наступают сумерки и небо окрашивается в глубокий фиолетовый цвет, я с радостным трепетом выбегаю в сад за домом, чтобы увидеть яркий полумесяц. Отец ждет меня, гордый и сильный, как неизменная константа, — король Змеиного Двора в дизайнерском костюме и всегда начищенных до блеска туфлях. Он наклоняется и целует меня в обе щеки, его темные глаза светятся любовью, и я никогда в жизни не чувствовала себя такой желанной.

Тупая боль внизу моего живота перерастает в ревущее пламя, которое вырывается наружу со страшной, древней силой.

Когда мое тело меняется, а одежда падает вокруг меня на ухоженную траву, и я обретаю новое тело, это не какая-нибудь свернувшаяся в траве змея. Мир выглядит по-другому, но не так, как я ожидала. Не так, как в рассказах, в которых змеи могут видеть и ощущать мельчайшие вибрации мира. Полые кости и покрытая перьями кожа обжигают, как кислота, и я снова меняюсь. Кости хрустят, связки растягиваются. Затем в третий раз. Затем в четвертый.

К тому времени, когда я возвращаюсь в свое человеческое тело, по моему лицу текут слёзы от острой боли в костях и ужасного холода. Отец уже врывается обратно в наш особняк, не утруждая себя сдерживанием своей ярости, щупальца темной магии обвиваются вокруг его тела.

Одинокая и обнаженная, я вбегаю обратно в дом. Розалина укрывает меня халатом, но ее голова опущена, и она избегает встречаться со мной взглядом. Оставшись одна, я иду в ванную и смотрю на себя в зеркало, поворачивая лицо так, чтобы видеть свою шею, где моя новая брачная метка горит в свете звезд и луны. Череп с пятью лучами света. Священная связь между мной и моими связанными судьбой.

Для меня солнце больше никогда не взойдет по-настоящему.

На следующий день я встаю с опухшими глазами и вижу простое черное платье и балетки, которые Розалина приготовила для меня.

— Это мое траурное платье, — шепчу я голосом, похожим на хруст сухих листьев под ботинками.

Когда я вопросительно смотрю на нее, она по-прежнему избегает встречаться со мной взглядом. Уголки моих глаз снова жжёт, и я молча надеваю траурные одежды.

Я встречаю отца на идеально чистой кольцевой подъездной дорожке и с удивлением обнаруживаю, что он и водитель уже в нашем черном внедорожнике. Впервые в жизни я сама открываю дверцу и сажусь на холодное черное кожаное сиденье.

Когда мы трогаемся с места, какое-то движение на периферии моего зрения заставляет меня обернуться. Все десять человек прислуги нашего дома, включая Розалину, стоят у окон второго этажа и смотрят на меня сверху вниз с серьезными лицами. Розалина поднимает руку к стеклу, на ее лице написано беспокойство.

— Отец? — тихо спрашиваю я, хотя мое сердце колотится от волнения.

Вернувшаяся холодная тишина заставляет все волоски на моем теле встать дыбом. Мне знакомо это чувство. Я знаю, что змеи Двора, которыми недоволен мой отец, иногда не возвращаются в свои семьи.

Я начинаю дрожать.

Согласно древнейшим законам нашего народа, в тот день, когда ты становишься мужчиной или женщиной, твои родители отводят тебя к оракулу. Предполагалось, что это будет день празднования, день откровения, и в мою честь должна была состояться грандиозная вечеринка. Мы с Розалиной планировали это несколько месяцев.

Когда мы подъезжаем к городскому отделению Совета зверей, отец открывает дверь и выходит, его черный плащ вздыбливается на резком ветру.

Я бросаюсь следом, прежде чем голос нашего водителя останавливает меня.

— Мисс Аурелия? — его голос едва слышен, когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Он прикасается к шляпе и тихо говорит: — Удачи.

Не его слова пробирают меня до костей, а страх в его прищуренных глазах. Страх за меня.

Я поджимаю губы, прежде чем сказать:

— Спасибо, мистер Чандлер.

Когда я вхожу в жаркий и чопорный атриум Совета, мой отец не смотрит на меня. Он не обращается ко мне напрямую, и я предстаю перед оракулом в одиночестве. Как призрак девушки, полупрозрачный и безмолвный.

Считается, что встреча с оракулом — самый счастливый день в жизни анималия, уступающий только встрече со своей избранной судьбой парой. Этот оракул — загадочная женщина из великого и всевидящего Дома Феникса. Но в данный момент она — женщина в ярко-оранжевом строгом костюме, сидящая за большим письменным столом в угловом кабинете с панорамным видом на город за спиной. Ее волосы представляют собой копну ярких локонов цвета клубники, а помада — идеального оттенка красного цвета пожарной машины. Когда она ласково улыбается мне, у меня не хватает духу ответить ей взаимностью.

Женщина берет мою руку в свои пальцы с красными ногтями и хмурит изящные брови.

— Какая у тебя анима, моя дорогая?

Мой голос хриплый после ночи, проведенной за попытками подавить рыдания.

— Мне запрещено говорить.

Ее взгляд скользит к двери, за которой ждет отец. Затем феникс закрывает глаза, и все в ней меняется.

Галогенные лампы мерцают, обжигающий ветер проносится по комнате, и мое зрение сужается до единственной женщины, которая держит мою судьбу в своих руках с красными ногтями.

Ее хрипловатый голос шепчет нараспев, как будто это псалом для самой Дикой Матери, и я ловлю себя на том, что слегка покачиваюсь, очарованная его мрачным ритмом: