Приговор (ЛП) - Маккензи Джо - Страница 1

Приговор

Стая воронов. Книга 2

Дж. Си. МакКензи

Глава 1

Это не отрицание. Я просто избирательно отношусь к реальности, которую принимаю.

— Билл Уоттерсон.

Из всех закусочных, во всех городах, во всех царствах, ему пришлось зайти к ней, чтобы потратить её время впустую. Рейвен переступила с ноги на ногу, чтобы унять боль, пронзившую её ноги. Она глубоко вздохнула и поморщилась. Затхлый запах исходил от потёртого ковра, частично скрытый запахом жареного мяса с кухни и перегаром, исходящим от большинства посетителей.

Ах, «Закусочная Дэна» во всей красе.

— Мне жаль. — Клиент за восьмым столиком уставился на неё большими карими глазами, изборождёнными морщинками от смеха. — У меня недостаточно денег на чаевые.

— Всё в порядке.

Она откинула с лица длинную прядь чёрных волос. О, вот мы и пришли. Вставьте слезливую историю. Не то чтобы Рейвен были несимпатичны те, у кого не было средств. Совсем наоборот. Если кто и понимал, что такое долги и бедность, так это Рейвен. Но если она не могла позволить себе сидячую трапезу плюс чаевые, она не ела вне дома. Рейвен заставила себя натянуто улыбнуться и надеялась, что это прозвучит обнадёживающе для клиента, несмотря на то, что у неё сжался живот.

В Канаде официанты получали минимальную заработную плату, предполагая, что они компенсируют разницу чаевыми, полученными за то, что они двигали свои задницы. Но на самом деле проблема была не в этом. Если бы это была просто потерянная подсказка, Рейвен не чувствовала бы себя так горько. В большинстве заведений, включая «Закусочную Дэна», официантам требовалось выплачивать определённый процент от общего объёма продаж, называемый чаевыми, не обслуживающему персоналу. Технически, если столик давал ей чаевые, Рэйвен теряла деньги, потому что ей приходилось отдавать деньги, несмотря ни на что. Это означало, что она зарабатывала меньше минимальной заработной платы. Вот что злило её.

Она знала свои пределы и играла в них, почему же все остальные не могли?

— У меня есть кое-что получше, — мужчина улыбнулся.

О нет. Телефонный номер от лысеющего мужчины средних лет, щеголяющего в отцовском свитере, не был достаточной компенсацией. Эта субботняя вечерняя смена становилась всё лучше и лучше.

Он сунул руку в свои узкие хипстерские джинсы — такие, которые указывали на то, что у него было больше денег, чем чувства моды в дополнение к заблуждениям его возраста, — и вытащил шкатулку с драгоценностями.

Брови Рейвен взлетели вверх. Это было что-то новенькое.

— Ты можешь выбрать любой драгоценный камень в шкатулке.

Рейвен застонала. Внутри, конечно. Не нужно быть грубым или полностью отказываться от чаевых. Может, она и не была блестящей официанткой, но она не была неспровоцированной задницей.

— Некоторые из них довольно дорого стоят, — сказал он.

— Я уверена, что так оно и есть.

Единственное, в чём Рейвен была уверена, так это в том, что этот парень, вероятно, купил безделушки в долларовом магазине. Уголок её правого глаза дёрнулся. Она снова переступила с ноги на ногу. Ей нужно было придумать вежливый предлог, чтобы сбежать, прежде чем с её губ сорвётся что-нибудь язвительное.

Мужчина открыл шкатулку с драгоценностями.

Оооо. Блестящие. Её Тёмная Иная энергия пульсировала внутри неё. Птицы хотели летать.

Будучи частично фейри-оборотнем-вороном, она любила блестящие вещи, и все намерения сбежать улетучились в тот момент, когда Папаша Свитер поднял крышку.

При ярком освещении закусочной драгоценные камни, лежащие в бархатной внутренней части шкатулки для драгоценностей, переливались различными оттенками синего, золотого и розового. Один менее блестящий камень лежал в стороне. Вместо света, танцующего на его чёрной поверхности, он, казалось, притягивал сомнительное освещение закусочной, поглощая его и в то же время излучая завораживающий блеск.

Она вытерла липкие руки о свои чёрные брюки из полиэстера и прикусила губу. Чем больше она смотрела на драгоценный камень, тем больше ей его хотелось.

«Возьми», прошептали ей вороны.

Должна ли она прикоснуться к чёрному камню?

Нет.

Она покачала головой. Нет, она не должна.

Она наклонилась и протянула руку, чтобы коснуться странного драгоценного камня грушевидной формы. Она остановилась.

— Ах… — Мужчина кивнул. — Чёрная шпинель. Отличный выбор. — Он вынул драгоценный камень из шкатулки.

Рейвен затаила дыхание, следя взглядом за драгоценным камнем, каждая птица внутри неё была настороже и готова вырваться вперёд.

Он перекатил чёрную шпинель так, чтобы она легла на его обветренную ладонь, и протянул руку.

— Он ваш.

Рейвен осторожно взяла драгоценный камень из его руки, зажав его между указательным и большим пальцами. Это был драгоценный камень более крупный, грушевидной формы, со множеством граней.

Однажды, в свои бредовые дни, когда она встречалась с навязчивым лжецом, но ещё не разобралась в недостатках его характера, она исследовала бриллианты, огранку и кольца, мечтая стать миссис Роберт Флеминг. Тьфу. Она не стала миссис Придурок, но самое страшное было то, что отношения закончились на его условиях, а не на её.

Роберт оказал ей услугу, но ей все равно хотелось разбить ему сердце, а не наоборот.

— У него сто сорок пять граней, — сказал мужчина.

Рейвен стряхнула с себя испуг.

— Простите, что?

— Обычно драгоценный камень грушевидной огранки имеет около пятидесяти восьми. У этого красавца больше в два раза.

Рейвен поднесла камень к свету. Чёрные грани завораживали её. Она схватила красивый камень и прижала его к груди. Хотя её белая блузка создавала тонкий синтетический барьер между ней и драгоценным камнем, камень ощущался прямо на её теле, как будто он содержал собственную энергию и идеально сочетался с ней.

— Я никогда не слышала о чёрной шпинели.

Мужчина захлопнул шкатулку с драгоценностями и оттолкнулся от стола, чтобы встать.

— Это редкий, единственный преломляющий свет камень, но он набирает популярность. Он тоже мой любимый. Хороший выбор.

Был ли он полон дерьма? Рейвен снова посмотрела на камень в своей руке. Несмотря на тепло её рук, драгоценный камень оставался холодным. Насколько она знала, это мог быть какой-нибудь дешёвый пластик для украшения задних карманов джинсов для подростков.

— Вы уверены, что хотите с ним расстаться?

— Безусловно. Это твоё, мо бханрих. — Зрачки его глаз расширились, закрыв радужки, прежде чем вернуться к скучному коричневому цвету.

Рейвен моргнула. Что, во имя Преисподней, это было? Неужели она вообразила себе глаза Иного? Другие её органы чувств ничего не обнаружили. Её кожу головы не покалывало, и волосы оставались прямыми. Обычно они сворачивалась в присутствии энергии Тёмного мира.

— Мо что? — спросила она. Должно быть, она представила, как у него вылезают глаза. В конце концов, в последнее время она плохо спала.

Он снова улыбнулся и повернулся, чтобы выйти за дверь.

— Подождите минутку! — Рейвен последовала за мужчиной. Странные глаза или нет, слишком много сумасшедшего дерьма ворвалось в её жизнь, чтобы позволить таинственному мужчине с драгоценными камнями, извергающему слова, подозрительно напоминающие Тёмный мир, уйти без объяснения причин.

— Официантка. — Мужчина зарычал, когда она проходила мимо.

Она проигнорировала его.

— Официантка! — Его жена протянула руку и схватила её фартук.

Треск! Дешевый материал порвался, и монеты полетели в воздух, со звоном ударяясь о столы и пол. Клиенты с соседних столиков набросились на мелочь, как стервятники. Стоя на четвереньках, они крали у неё с трудом заработанные чаевые.

— Эй! Это моё. — Рейвен зарычала на посетителей.