Подделки (ЛП) - Чэпмен Клэй Маклауд - Страница 1

Клей Маклауд Чэпмен

Подделки

Уже заметили волдыри? Розовые язвочки на ногах? Следы обычно сбиваются в тесные ряды. Это они, точно… Их кормовой путь. Чешется, как сволочь, да?

Не хочу вас пугать, но… если вы просыпаетесь среди ночи с колющей болью на коже, будто что-то только что проползло по вашей голени, скорее всего, вы уже заражены.

Толстопузики Вжики [1] .

Страшненькие твари. Будто носочная обезьянка спарилась с миногой. Их длинные конечности вдвое больше их тубообразного тела, эти тонкие щупальца болтаются по бокам. Бывают они самых разных расцветок. Посмотрим, есть синие, красные, даже в технике тай-дай. Я видел парочку в рождественских цветах, и с шапочкой Санта-Клауса в придачу.

Они продвигаются по нашему кварталу, перепрыгивая из дома в дом.

У Хендриков они точно есть.

И у Ланкастеров тоже.

Пока об этом вслух не говорят — пока — потому что никто не хочет признавать, что осажден этими плюшевыми вредителями. Чтоб никого, блять, не коснулось. Все так боятся стать изгоями района, так что на улице царит молчание… но я вам говорю, уже слишком поздно. Мы все имеем дело с этими надоедливыми сукиными детьми — весь, блять, пригород — и кто говорит, что нет, тот либо врет вам прямо в лицо, либо еще не понял этого. Но поймут, поверьте. Скогда все узнают.

Толстопузики Вжики здесь, чтобы остаться.

Вызвать дезинфектора, говорите. Конечно. Мы так и сделали. Скажите ему, что это термиты. Вам бы повезло, будь это клопы. Держу пари на десять баксов, что дезинфектор скажет вам то же самое, что и нам на прошлой неделе:

Сжечь дом дотла — ваш лучший вариант.

Что я и сделал.

Я включил газ на плите, не поджигая его, накачал весь дом газом на несколько часов, дал ему просочиться в каждую последнюю комнату, прежде чем чиркнул ту самую, блять, спичку и…

Пока-пока, Толстопузики Вжики. Надеюсь, вы все горите в аду.

Это единственный способ от них избавиться. Единственный.

Если только вы не голодны.

Все это началось с Кендры. Мы с женой не можем быть единственными родителями, которые постепенно теряли свою дочь из-за YouTube, видео за видео. Шесть лет, а она уже загипнотизирована своим планшетом. Мы с Дженн устанавливали строгие лимиты по времени, но девочка просто не слушается. Она одержима. Если мы отнимаем у нее iPad, начинается взрыв. Просто бесконечная истерика. Пинки. Визги.

Кендра всегда бывает раздражительной, когда выходит из своих K-ходов у экрана, но оторвать ее посреди видео — все равно что отрезать шестилетнего наркомана от дозы. Этого вам не надо.

Не судите. Мы с Дженн — были — работающими на дому родителями, так что любая передышка была необходимой манной небесной. В большинстве дней я, честно говоря, понятия не имею, что она смотрит. Насколько я мог судить, безобидный контент. Дети распаковывают вещи. Мы включили родительский контроль, так что я не волновался.

Но стало ясно, что нам нужно вернуть нашу дочь с алгоритмической пропасти.

Обратно в страну живых.

Кендра никогда раньше не была в Нью-Йорке, так что мы с Дженн решили сделать ей сюрприз на день рождения — поездку в Большое Яблоко. Три ночи, никаких экранов. Наша семейка впихнула в себя столько достопримечательностей, сколько вообще было возможно, отметив все туристические spots. Мы прошлись по Бруклинскому мосту. Сходили на бродвейский мюзикл. Побродили по Таймс-сквер. Черт, мы даже посетили Чайна-таун.

Именно тогда я впервые их увидел.

Я заметил одного на Мотт-Стрит среди прочих поддельных безделушек, этот кудзу плюшевых игрушек, спутанных с желтыми такси. Миниатюрные Статуи Свободы. Кинг-Конги, вцепившиеся в крошечные Эмпайр-Стейт-Билдинги. Но этого — что бы это ни было — я раньше не видел.

Что, черт возьми, это такое? — помню, подумал я. Пиранья что ли трахнула Фёрби?

Хуже всего была улыбка. У него была зубастая ухмылка, занимавшая половину головы. Больше половины. Тонкие зубы размером с рисовые зерна вываливались из его губ. Глаза-блюдца, широко раскрытые, молочно-белые, с крошечными зрачками. Просто черная капля чернил.

Должно быть, это из какого-то мультфильма, да? В наши дни это происхождение почти каждого раскрученного куска интеллектуальной собственности. Контенту же откуда-то надо было взяться. Многогранное корпоративное творение, порожденное в мозговом тресте, основанном на потребительстве, раскинувшее свои коварные щупальца во все quadrant'ы — стриминг, мерчендайзинг, полнометражное кино. Вездесущий брендинг. Но я, хоть убей, не мог понять, какая же детская программа могла породить нечто столь злобное, как это. Определенно не то, что я когда-либо видел. Ни за что я не позволил бы Кендре смотреть шоу, где одна из этих тварей была бы постоянным персонажем, что бы это, черт возьми, ни было.

На его ладонях была пришита липучка — стигматы крючочков и петелек — так что он мог зацепиться за что угодно и просто висеть там. Мой взгляд упал на синего, но эти твари были всех цветов. Розовые. Фиолетовые. Зеленые. Черные. В тай-дай, как у Grateful Dead. Микки-Маусные помеси.

Какой же родитель в своем уме купил бы одну из этих отвратительных штук своим детям?

Кто вообще захотел бы принести такое домой?

— Толстопузик Вжик! — закричала Кендра. — Можно мне такого, папа, пожаааалуйста?

Она знала его имя. До меня это не сразу дошло — а должно было, черт побери, — но моя малышка была так хорошо осведомлена о лоре Толстопузиков Вжиков, что уже знала, как именно он называется. У меня не было контекста, чтобы понять, из какого он мультфильма, какое анимированное кошмарное видение могло породить это чудовище… Но она знала его имя. Откуда Кендра могла знать его имя?

— Разве ты не хочешь снежный шар? — спросил я. — Тут есть со Статуей Свободы…

— Я очень, оооочень хочу Толстопузика Вжика.

— Что насчет Эмпайр-Стейт…

— Пожаааалуйста, папа, пожааааалуйста?

— Ладно, ладно, мы купим тебе Толстопузика Какегото…

Десять баксов. Сделка была быстрой. Чисто бизнес, без сантиментов. Парень, стоявший за раскладным карточным столиком, поминутно оглядывался через плечо, будто в любую минуту мог подойти полицейский и всю эту тротуарную предприятие прикрыли бы. Я заметил мокрую картонную коробку, заткнутую под его столом, доверху набитую этими плюшевыми игрушками. Сама коробка выглядела так, будто вот-вот развалится, структурная целостность картона готова была рассыпаться после слишком многих дней под дождем. Я видел водяные пятна. Наверное, упала с грузовика в Джерси, а этот парень сбывает их туристам. Абсолютно легальный бизнес.

Я не удержался: — Что за черт это вообще такое?

— Я сам не знаю, чувак… Мультик, наверное?

— Вы не знаете?

— Я просто продаю их.

— Похоже, у вас их несколько. — Я кивнул на коробку. Вид множества их, спутанных вместе, заставлял их выглядеть как какая-то радужная порода детских шубок. Стили техниколоровых горжеток, с головами, все еще прикрепленными, чтобы ты знал, что это за зверь был до того, как с него содрали шкуру. Меня передернуло, просто глядя на все эти обвислые тела, переплетенные друг с другом, словно выводок бескостных щенков, вид их широко раскрытых глаз, взирающих на меня из-под створок той картонной коробки. Все с одинаковыми оскаленными ухмылками, полными клыков-рисинок.

— Вы точно не хотите еще одного? — Этот тип наклонился совсем близко, пока я не почувствовал вонь его дыхания. — Я вам скидку сделаю. Три по цене двух. Давайте, заберите их с собой.

— Одного более чем достаточно, спасибо.

Теперь, когда я увидел одного, клянусь, я видел Толстопузиков Вжиков повсюду, куда бы мы ни пошли. Не только в Чайна-тауне. Они усеивали всю Таймс-сквер. На Бруклинском мосту. У каждого уличного торговца была своя гнезда на продажу. Они свисали с витринных стоек почти в каждом магазине, мимо которого я проходил.