Опороченная невеста в наследство (СИ) - Астахова Анастасия - Страница 1

Опороченная невеста в наследство

Анастасия Астахова

1

- Аларисса из рода Тагириусов, готова ли ты пройти проверку на невинность перед тем, как сочетаться узами брака с его величеством Фейерданом Сиятельным, правителем Лизерии?

Служитель храма богини Мебирис, покровительницы любви и семьи, смотрел на меня, чуть приподняв левую бровь. Ждал ответа, который был лишь формальностью. Перед вступлением в брак невест всегда проверяли на невинность – таков был порядок, и его никогда еще не нарушали.

Но я подготовилась. Улыбнувшись в предвкушении, ответила:

- Да. Я готова пройти проверку на невинность.

Жених напротив меня тоже улыбнулся. Наверное, порадовался моей готовности доказать, что я достанусь ему девственной.

Жених...

Глубокий старик, у которого на лице морщин столько, что у меня даже волосинок на голове меньше. А моя густая копна всегда была предметом гордости моей маменьки. Такие густые волосы еще поискать! Но у него же не лицо, а сплошные морщины, морщины, морщины!

А бородавки? Он же весь в бородавках! Больших таких, седые волоски из них торчат... Бр-р-р-р...

И зубы гнилые, черные! Улыбается – страшно смотреть!

До слез просто...

А волосы? Длинные седые волосы короля такие реденькие, что видно его покрытый старческими пигментными пятнами череп!

А тело? Ссохшееся, вялое, с сухой кожей на искореженных старческих руках...

Как?! Как мои родные отец и мать могут выдавать меня за него замуж?! В постель к нему подкладывать!

Ни для кого не секрет, что, несмотря на свой возраст, король Фейердан охоч до девичьих прелестей. Слухи ходят, что к королю регулярно приводят молоденьких девушек из крестьянок, и он с ними творит всякие непотребства.

А теперь вот ему наследницу рода Тагириусов из Белых магов захотелось в жены. Глаз на меня положил. Он и сейчас стоит и облизывается, языком по сухим морщинистым губам елозит...

Фу, гадость!

- Леди Аларисса, положите правую руку на ладони богини.

Меня подвели к каменной статуе Мебирис. Величественная богиня стояла, сложив ладони вместе перед собой. Такая поза означала, что она приветствует тех, кто пришел в ее храм.

Сделав глубокий вдох, я послушалась.

Мой взгляд скользнул по присутствующим в храме.

Вот стоят, лопаясь от собственной важности, лорд Аграссиус и леди Бериссия из рода Тагириусов – мои отец и мать.

«Предатели!» - с упреком сказала я им мысленно.

Но родителей было не смутить моими обиженными взглядами. Они видели выгоду от этого брака – и до моих чувств им дела не было.

Сделать меня королевой – означало получить влияние для клана Белых магов. Они уже предвкушали, как заставят заткнуться все остальные кланы с моей помощью. Как поставят на должности министров представителей нашего клана. А старика-короля, чтобы он соответствующие указы подписывал, должна буду ублажать в постели я.

Хорошо устроились папенька с маменькой! За мой счет!

С другой стороны стоял хмурый принц Эвердан, скрестив руки на груди. Женитьба его венценосного папеньки на мне очевидно его не радовала, скорее, наоборот – путала все планы. И на родителей моих он косился так, будто взглядом убить хотел.

Понимал прекрасно, что лорд и леди Тагириус живенько власть в свои руки приберут, как только свою дочь, меня то есть, под его отца положат. А у принца Эвердана наверняка свои виды были на власть в Лизерии.

Поговаривали, что он уже верных ему людей на важные посты в государстве внедряет. Ждет, когда папочка концы отбросит, и хочет быть готовым, чтобы не упустить момента и сразу показать всем кланам, кто в доме новый хозяин.

А тут я.

Если король мне еще и ребеночка успеет заделать, то для принца Эвердана это грозит обернуться в будущем борьбой за власть между наследниками. Особенно если мальчик будет.

И чего зыркает на меня так мрачно? Можно подумать, я горю желанием идти замуж за его папашу, древнего, как старые кости в гробнице.

Тем временем служители храма Мебирис, преклонив колени перед статуей богини, положили ладони в специальные углубления-пятерни. Под ладонями в тот же миг возникло сияние, которое отозвалось сгустком света во лбу богини.

Свет этот несколько мгновений пульсировал, а потом сорвался со лба статуи и устремился вниз. Порхал, порхал, и сел сияющей бабочкой на тыльную сторону моей ладони.

Я наблюдала, как трепещут прозрачные крылышки бабочки, когда один из служителей храма встал и, подойдя ко мне, сделал прокол на одном из пальцев.

Я охнула. На коже моей проступила капля крови. Развернув хоботок, бабочка принялась сосать ее.

Единственное, что было мне известно – доказательством невинности невесты должен стать белый цвет. И я знала, что мои отец и мать ждут, когда прозрачные крылья бабочки окрасятся в белый.

Когда крылышки побелели, я услышала удовлетворенное оживление со стороны лорда и леди Тагириусов, и нахмурилась.

Конечно, они были уверены в моей невинности! Меня же воспитывали послушной дочерью. Вышколенной почти до раболепия.

«Как же бессовестно, маменька и папенька, с вашей стороны так радоваться тому, что вы продаете невинность своей дочки, как товар на рынке».

Однако уже в следующий момент в храме воцарилась тишина.

Сначала белоснежные крылья бабочки подернулись бледно-розовым. Кто-то охнул, а я лишь улыбнулась краем рта.

Продать мою невинность?

Не слишком ли вы самонадеянны, мама, папа, чтобы считать, что она принадлежит вам?

- Что это значит, Аларисса?!

Голос моей матери, леди Бериссии, зазвенел нотками подступающей истерики.

«О, маменька, неужели вы что-то потеряли? – мысленно издевалась над ней я. – Что-что? Мою девственность? Да не может быть!»

И сама себе мысленно ответила:

«Может-может».

В храме уже не стесняясь перешептывались, обсуждали и осуждали. Но как оказалось, всеобщий шок был еще неполным.

Когда по крыльям бабочки прошла сначала волна малинового цвета, следом – алого, а после самые яркие и порочные цвета, пульсируя, принялись сменять друг друга, храм взорвало.

- Позор!

- Скандал!

- Кто она?! Блудница?! Вы только посмотрите на эти вульгарные цвета!

Маменька не нашла ничего лучше, чем закатить глаза и хлопнуться в обморок, а папенька бросился перед ней на колени с криками «Бериссия! Бериссия! Не умирай! Позор нашей дочери – не твоя вина!»

Я стояла с прямой спиной, готовая снести все оскорбления, которые на меня обрушатся. Всё лучше, чем замуж за дряхлого старика.

- Отец, - подошел принц Эвердан, - этот брак не может быть заключен, невеста не невинна.

С одной стороны, он, вроде как, радовался, что брак короля не состоится, а с другой – косился на меня таким мрачным убийственным взглядом, что мне даже не по себе стало.

Я хмыкнула, мысленно к нему обращаясь:

«Чего зыркаешь? Я тебя от проблем в своем лице избавила, благодарен должен быть! Ну, ничего. Скоро его величество себе новую невесту найдет. Ему на старости лет приспичило на молодой жениться. Только это буду уже не я – на другую так зыркать будешь».

- Отчего же? – прокряхтел старческий голос Фейердана Сиятельного.

Гомон в храме немедля смолк. Эвердан, нахмурившись, подозрительно посмотрел на отца. Моя матушка забыла, что пребывает в обмороке – голову подняла, не мигает, ловит каждое движение короля.

А я большими от ужаса глазами смотрю на его величество, и надеюсь, что неправильно его поняла.

Зря надеюсь.

- Не волнует меня, невинна ли моя невеста, - заявил вдруг своим дребезжащим голосом Фейердан. – Напротив, опыта поднабралась, значит, хорошо мужа своего, меня то есть, в постели ублажать будет. Беру ее в жены как есть. Служители храма, заключайте брак по всем правилам.

- Отец! – Эвердан пытался негодовать, но его уже отталкивала моя мать, секунду назад находящаяся в беспамятстве.