Измена в подарок на свадьбу - Одинцова Влада - Страница 1

Влада Одинцова

Измена в подарок на свадьбу

Глава 1

– Почему ей достается все самое лучшее? – слышу голос сестры, и закатываю глаза.

Снова-здорова.

Лана все время на меня жалуется. Якобы из-за того, что я младше, она что-то там недополучала. Не понимаю, каким боком ко всему этому я, но такую линию избрала моя сестра.

– Успокойся, – слышу голос своего жениха и начинаю хмуриться.

– Даже ты, Паш! – истерично восклицает Лана. – Ты достался ей! А должен был мне!

– Лана, не нагнетай. Для нас с тобой ничего не изменится.

Сердце разгоняется, потому что это совсем не те слова, которые ожидает услышать невеста накануне свадьбы. По крайней мере, не в адрес другой девушки.

– Все изменится, Паш! – парирует Лана. – Ты будешь спать с ней в одной постели! Она будет рожать тебе детей! А я останусь в одиночестве поддерживать тепло в постели, даже не зная, когда ты надумаешь заявиться в нее.

– Ну что ты так разволновалась, малышка моя? – ласково спрашивает мой жених, и меня окатывает сначала волной жара, а потом мгновенно бросает в холод.

Малышка? Его?

Мой жених сейчас правда назвал мою старшую сестру своей малышкой?!

Что, черт побери, происходит?!

– Потому что я боюсь потерять тебя, – капризным тоном произносит Лана. – Сначала свадьба, потом медовый месяц, потом… что? Дети? И мы уже не сможем с тобой развлекаться как раньше.

– Я всегда найду место для моей крикливой девочки. И всегда готов удовлетворить все твои потребности, – мурлычет он, словно кот, а у меня к горлу подкатывает тошнота. – Любые. Особенно те, для которых ты будешь поддерживать тепло в своей постели. А теперь опустись на колени и сделай мне приятно.

– Обещаешь? – спрашивает моя сестра, и я слышу причмокивающие звуки поцелуев.

– Обещаю. Конечно, обещаю. Ты для меня всегда номер один.

– Тогда почему ты женишься на ней, а не на мне?

– Так решили наши отцы, малышка. Но ты не переживай, все будет так, как мы с тобой захотим. А хочешь я и тебе ляльку запилю? Будет ребенок, рожденный в любви.

Я уже практически ничего не слышу из-за грохота крови в ушах.

Меня всю колотит от того, что мой жених говорит моей сестре. От этих пошлых звуков поцелуев, от задыхающихся голосов. От… да от простого осознания предательства!

Меня скручивает от боли, и я сгибаюсь пополам. Упираюсь рукой в стену и стараюсь дышать, хоть это и дается мне с трудом. Такое простое действие, естественное для организма, но практически неосуществимое из-за того, что я услышала.

Что мне дальше делать? Как жить с осознанием, что Павел, который целый год так красиво ухаживал за мной, оказывается, идет под венец совсем не по своей воле?

Как смириться с тем, что он любит мою сестру и спит с ней?

И как давно?

Неужели все это продолжается все то время, что мы были вместе.

– Паш? – слышу голос Ланы.

– Что, малышка?

– У меня такое ощущение, что мы все два года отношений просто выбрасываем на мусорку.

– Два года? – шепчу одними губами. Мои глаза становятся просто огромными, и я выпрямляюсь, но продолжаю держаться за стену.

Два года!

Я даже не догадывалась. Никогда они не показывали особое отношение друг к другу. Никогда никак не проявляли свои чувства. Не выказывали друг другу знаки внимания. Или я просто была слепая.

В груди скручивает от боли.

Несмотря на то, что я четко слышу, как Павел с Ланой обсуждают свои отношения, все равно хочется притвориться и сделать вид, что этого не было. Что это всего лишь страшный сон.

Но звуки, которые доносятся из-за двери, напоминают о том, что все это отвратительная правда. Моя ужасающая реальность.

– Может, отменить вашу свадьбу? – опять спрашивает Лана.

– Лучше займись делом, – с придыханием отзывается мой жених. – Ты сегодня слишком болтлива. Вчера была гораздо покладистее.

Сердце пропускает удар.

Вчера? Когда вчера? До того, как он страстно ласкал меня в нашей постели? Или после? Не получил от меня всего, в чем нуждался, и пошел за добавкой к моей сестре?

Господи, как же это омерзительно!

– Ну зачем тебе этот брак? Ты не будешь в нем счастлив, а я могу дать тебе все и даже больше.

Не выдержав, хватаюсь за ручку двери, нажимаю и распахиваю ее.

Передо мной мерзкая картина. Моя сестра стоит на коленях перед моим женихом, а прямо перед ее лицом…

Кривлюсь от чувства брезгливости.

– Свадьбы не будет. Считай, я ее сама отменила, – выдаю эти слова так, будто плююсь ядом.

– Алиса, ты… – начинает мгновенно побледневший Павел.

– Что? Неправильно поняла? – кривлюсь.

– Все ты правильно понимаешь, – вставая, Лана стреляет в меня победным взглядом. – Мы с Пашей…

– Заткнись, Лана! – прерывает ее мой жених.

– Я же для нас стараюсь, – поскуливает моя сестра.

– Алиса, – опять начинает Павел, а я пресекаю его слова, разрезая ладонью воздух.

– Ты… ты предал меня, – цежу, стараясь игнорировать боль в груди. – Вы оба…

– Пф, – фыркает Лана. – Чтобы предать, мы должны быть преданными.

– Лана, закрой рот, – отрезает Павел, а она бросает на него хмурый взгляд.

– Наши отцы не позволят, чтобы ты отменила свадьбу, – рычит Павел, застегивая ширинку.

– Я никого не собираюсь спрашивать, – отвечаю дрожащим голосом.

– Алиса, не совершай ошибку. Завтра свадьба.

– Вот на ней и женишься! – тычу пальцем в сестру.

А потом разворачиваюсь и бегу прочь. Подальше от этих… От омерзительной картинки предательства. Но прогнать ее не получается. Я все еще вижу сестру, стоящую на коленях и его… моего жениха… мужчину, с которым я хотела связать жизнь.

Сколько же планов мы построили! Сколько перспектив обсуждали! Сколько фантазий обговорили!

Большой дом, наполненный детским смехом. Путешествия. Совместные выходные. Собаки, кот, даже решили завести чертовых попугаев!

И что теперь? А теперь пусть все это воплощает с Ланой!

Но как же больно! Как жжет в груди от этого предательства! Как разрывается хрупкое разбитое сердце. Оно превратилось в осколки, из которых обратно его уже не склеить.

Сбегаю по ступенькам на первый этаж. Хватаю с тумбочки первый попавшийся ключ от машины и мчусь в огромный гараж, в котором припаркованы все наши машины: родительские, Павла, сестры и моя.

Прямо как была в тонкой шелковой пижаме, с растрепанными волосами и босиком. Сейчас я не чувствую холода, потому что гараж хорошо отапливается. А о том, что на улице лежит снег, я даже не задумываюсь. Внутри меня клокочет истерика, которая не дает думать ни о чем другом, кроме как о желании убраться отсюда подальше.

Тычу в кнопку разблокировки на брелоке, пытаясь открыть свою машину, но ничего не происходит. Психуя, потрясаю руками, дергаю ручку дверцы, а потом замечаю, как слева мигают стопы, и мой взгляд падает на машину Павла.

Тороплюсь к его новенькой тачке, которую он только того что не целует в капот. А так сходит по ней с ума и при малейшей возможности хвалится ею. Все уши уже прожужжал и про ручную сборку, и про эксклюзивность этого корыта, и про ручные швы в кожаном салоне. Пылинки с нее сдувает. Лучше бы он так заботился о том, чтобы построить со своей невестой отношения, а не скакал по чужим койкам.

Мне хочется разогнаться на его безупречной машине, доехать до какого-то обрыва, выскочить из нее и столкнуть в пропасть. А потом со зловещим смехом наблюдать, как эта игрушка разобьется о скалы.

Но ни скал, ни пропасти в радиусе примерно ста километров нет, так что…

Запрыгиваю за руль и, нажав на кнопку, открываю ворота гаража. Втыкаю ключ в зажигание и завожу машину. Двигатель урчит, радио транслирует любимый блюз Павла.

Салон пахнет кожей и нишевым парфюмом моего жениха. Уже не жениха… Уже совершенно чужого мужчины. Хотя, судя по тому, что я сегодня услышала, моим он никогда и не был.