Пропавший жених Эмилии Вуд (СИ) - Даниярова Рута - Страница 1

Рута Даниярова

Пропавший жених Эмилии Вуд

1

Коринна Льюис

Мы с тетей Хизер не всегда жили в столице в собственном уютном доме на Речной улице. Несколько лет назад мы переехали сюда из маленького городка Колберри, что на западном побережье нашего королевства.

Я до сих пор вспоминаю, как в детстве бегала иногда смотреть на высокие морские волны, с шипением и грохотом разбивающиеся о суровые скалы. Тетя Хизер каждый раз ругала меня, а когда на море начинался осенний шторм, она запирала двери, затворяла окна прочными ставнями, и мы слушали рев ветра. В один из таких сильных штормов когда-то погибли мои родители.

Тетя Хизер показывала мне пожелтевшую вырезку из старой газеты, хранившуюся в большой деревянной шкатулке. Я наизусть выучила эту статью. «Несколько жителей погибли во время морской прогулки, не успев спастись от налетевшей бури». Среди списка фамилий были аптекарь Джонатан Льюис с супругой Элли. Мои родители, которых я совсем не помнила.

После этого меня забрала к себе тетя Хизер и увезла в Колберри. Она была старшей сестрой мамы, а других родственников у нас не имелось.

В детстве мне очень хотелось узнать, какими были мама и папа. Одно время я донимала тетю расспросами, надеясь, что ее слова вызовут хоть какое-то смутное теплое воспоминание о родителях.

Но она всегда отвечала скупо и односложно:

— Коринна, они поженились совсем молодыми и очень любили друг друга. Я не успела познакомиться толком с Джонатаном, но Элли говорила, что он хороший человек. Ты была слишком маленькой, чтобы успеть их запомнить…

И я смирилась с тем, что моя семья — это тетя Хизер.

Иногда я фантазировала, что моя мама Элли была сказочной красавицей, но, подойдя к зеркалу и глядя на свои вечные веснушки, не исчезавшие даже зимой, только вздыхала. Я самая обычная девочка с непослушной копной каштановых волос, которые с трудом заплетала в тугую косу.

Тетя никогда не была замужем, она вязала теплые вещи на продажу и мало общалась с соседями. Как-то я услышала, что наша глуховатая соседка ворчала, что мисс Хизер Кирк вечно задирает нос.

Но однажды тетя заявила, что устала от этого унылого города и мы уезжаем жить в Эрбенну, столицу нашего королевства. Оказывается, она получила там в наследство дом от какой-то дальней родственницы.

И вот спустя неделю мы уже подъезжали в экипаже к двухэтажному небольшому зданию на Речной улице.

Кучер помог выгрузить наши баулы и уехал, а тетя Хизер вертела в руках большой железный ключ. Замок заржавел, и дверь калитки никак не хотела открываться.

— Добрый день, стало быть, вы и есть наши новые соседи? — рядом с нами остановилась полная пожилая дама в синем шерстяном платье с забавной шляпкой на голове. Сбоку ее головного убора красовалась яркая желтая птичка. Она выглядела совсем как живая!

Я с удивлением уставилась на нее. У нас на побережье женщины носили платки или строгие чепцы, но ведь здесь столица! В руках дама держала пушистого серого кота.

— Да, мы будем жить здесь, миссис, — ответила тетя Хизер. — Только вот дверь, похоже, не желает нас пускать.

— Я сейчас позову своего слугу, и он вам поможет, — приветливо улыбнулась дама. — Меня зовут миссис Флора Армс, мой муж нотариус. Хорошо, что вы заселяетесь, а то много лет этот дом стоял пустым. Позвольте пока предложить чая вам и вашей дочери.

— Это моя племянница, Коринна, или Кори. А я мисс Хизер Кирк. За приглашение спасибо, миссис Армс.

Вскоре мы сидели в соседнем доме и пили вкусный чай с маленькими сладкими булочками с изюмом, а миссис Армс рассказывала:

— Прежний хозяин умер, потом дом продали, но я не знаю, кому. Хоть у нас и приличный район, но все же лучше, когда рядом живут хорошие соседи. Мисс Кирк, рада знакомству, могу кстати вам порекомендовать хорошую служанку, сейчас в столице трудно найти подходящую прислугу…

Вечером мы с тетей осматривали наше новое жилище. Четыре комнаты, гостиная, кухня, чуланы, ванная и чердак наверху.

Пока две служанки, присланные в помощь от миссис Армс, засучив рукава, занималась уборкой, я выбрала для себя комнату. Голубые обои, кружевные занавески и мягкая кровать с настоящим балдахином. На мраморной каминной полке выстроились фарфоровые безделушки: танцовщицы, скрипачи во фраках, королевские гвардейцы в алых мундирах.

В вазе на окне стоял букет засохших роз. Я дотронулась пальцем до стебелька, и посыпалась серая пыль.

Наверно, здесь когда-то жила девушка. Интересно, какой она была? Надо будет потом расспросить у словоохотливой соседки, решила я.

Но миссис Армс ничего не знала, она сама недавно переехала сюда.

В столице тетя Хизер словно преобразилась: она наняла служанку, купила себе несколько бархатных серых и коричневых платьев, завела знакомство с соседями и стала посещать дамский кружок шитья. По четвергам тетя ходила играть в лото к одной из своих новых приятельниц или устраивала для дам чаепитие с пирожными в нашем доме.

Как я поняла, вместе с домом тетя Хизер получила в наследство весьма приличную сумму, и теперь она просто наслаждалась жизнью, стараясь выглядеть респектабельно.

Наша улица называлась Речной, здесь жили зажиточные люди: торговцы. нотариусы, аптекари, лавочники.

Неподалеку действительно протекала река с мутной серой водой, и когда ветер дул с той стороны, то до нас доносился запах горьковатый тины.

Моя жизнь в Эрбенне изменилась к лучшему. У меня теперь была красивая комната и новая одежда, но самое главное — тетя записала меня в частную школу для девочек.

— Это лучшая школа в нашем округе, Кори, в «Кленовом листе» учатся девочки из очень приличных семей и состоятельных семей, — гордо говорила она, когда мы подъезжали в нанятой коляске к светло-зеленому зданию, окруженному высокими кленами.

Мое сердце билось, а ладошки вспотели от волнения, когда я переступила порог. Я мечтала, что найду здесь подруг, и мне не будет так одиноко.

Но в школе меня ожидало потрясение. Оказалось, я говорю не совсем так, как остальные девочки. Они выговаривали слова медленно, словно никуда не торопились, а моя речь звучала иначе: быстрее, резче. Так разговаривали все у нас на побережье, но в школе я сразу же столкнулась с насмешками.

«У Льюис деревенский акцент, как у нашей молочницы», — заявила Памела Шелти, самая популярная и красивая из одноклассниц. Яркая брюнетка, она была дочерью торговца, поставлявшего продукту к королевскому столу. На занятия ее привозил извозчик в изящном лаковом экипаже, напоминавшем маленькую карету. Памела и держалась, как настоящая принцесса, окруженная своей свитой. Даже учителя снисходительно относились к ней и не ставили плохие отметки.

«Льюис — деревенщина», — хихикали одноклассницы. Это прозвище намертво прилипло ко мне. Девочки не принимали меня в свою компанию, а иногда фыркали, если я проходила мимо. Мне боязно было рассказывать тете про их насмешки, ведь она так гордилась, что я учусь в престижном заведении.

Замкнувшись в себе, я изо всех сил налегла на учебу.

За первый год учебы мне так и не удалось сблизиться с девочками, несмотря на то, что я училась лучше всех и много работала над речью, читая вслух учебники и книги. Через два месяца я говорила также плавно, как и остальные девочки, выросшие в Эрбенне, но отношение ко мне не поменялось.

Сумела я подружиться только с одной из одноклассниц — полноватой добродушной Мелли Томсон, дочерью владельца известного в столице ресторана.

— Не обращай на девчонок внимания, Кори, — посоветовала она мне. — По-настоящему их интересуют только сплетни высшего общества, мода и глупые стишки про любовь. Хотя ведь у нас в школе учатся не аристократки, а просто дочки богатых родителей. Все они мечтают через несколько лет удачно выйти замуж.

— А ты о чем мечтаешь, Мелли? — с любопытством спросила я.

— Мне нравится заниматься с животными. Но пока я не знаю, кем буду. А тебе чего бы хотелось в будущем, Коринна?