Участь динозавров (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 1

Участь динозавров

Глава 1

В то время, когда Леха только выходил из тридцать седьмого троллейбуса и готовился пересечь небольшой сквер, отделяющий здание Конторы от шумной улицы, Бунге решил взяться за проблему, которую он обдумывал уже несколько дней.

Для начала следовало освободить место на столе.

Собрав несколько лежащих прямо перед ним папок, Бунге соорудил из них стопку в дальнем углу стола. Поскольку там и до этого уже что-то лежало, основание получилось неровным и стопка сразу же угрожающе накренилась, но Бунге решил считать эту конструкцию достаточно устойчивой.

Разобравшись с верхним культурным слоем, Бунге принялся за следующий, благо, он был не таким богатым на бумаги и состоял из нескольких десятков разрозненных листочков. Бунге сгреб их в кучу и, не читая, отправил в мусорную корзину.

Вряд ли там было что-то важное.

Под листочками обнаружилась покрытая толстым слоем пыли клавиатура от служебного компьютера, и Бунге стал обдумывать варианты. Водрузить ее на стопку из папок нельзя, это сместит центр тяжести и позволит гравитации сделать свое черное дело, отправив конструкцию на пол. Выбрасывать в корзину вслед за бумагами тоже не стоило — клавиатура была казенная и на ней стоял инвентарный номер, а значит, ее исчезновение не пройдет незамеченным.

Бунге вздохнул и открыл верхний ящик стола. Тот оказался забит кучей хлама неизвестного происхождения, а сверху все это великолепие придавливала початая бутылка армянского коньяка, о которой Бунге успел позабыть. Поборов искушение и издав легкий вздох сожаления, Бунге задвинул верхний ящик и выдвинул средний.

Ситуация с хламом там наблюдалась абсолютно такая же, только вишенкой на мусорном торте служила не бутылка коньяка, а один из пистолетов Бунге.

Третий ящик выглядел перспективнее прочих. Немного примяв его содержимое ладонью, Бунге пристроил клавиатуру туда.

Бунге не любил компьютеры и не доверял им, за что не слишком хорошо знакомые с ним люди называли его ретроградом.

Выключи электричество, говорил он, и посмотри, что случится со всеми твоими гигабайтами.

Впрочем, бумагу он тоже не любил и не доверял ей.

Закидай помещение зажигательными гранатами, говорил он, и посмотри, что случится со всеми твоими томами.

Поэтому хорошо знакомые с ним люди называли его сумасшедшим.

Бунге вздохнул, оценил полученный результат и признал его неплохим. Но это была только прелюдия.

Поболтав в воздухе левой ногой, Бунге скинул с нее кроссовок, а затем наклонился, чтобы подобрать его с пола. Сие действо сопровождалось множественными звуковыми эффектами: Бунге кряхтел, изношенное кресло скрипело, но Бунге справился и в конце концов водрузил кроссовок на стол.

Проблема была налицо.

Точнее, проблема была в районе большого пальца. Там в усиленной, если верить рекламе, ткани кроссовка образовалась дыра примерно в сантиметр диаметром, и с этим явно надо было что-то делать. Сапожник, к которому Бунге попытался обратиться на прошлой неделе, поднял его на смех и посоветовал оставить сию многострадальную пару обуви для огорода, и пойти купить себе новую, но Бунге этот вариант не устроил.

Во-первых, он еще не был готов возделывать свой сад. А, во-вторых, он ненавидел ходить по магазинам. Особенно по обувным.

Несколько часов мучительного хождения между прилавками, попытка отыскать в груде коробок пару нужного тебе размера, примерки, шнуровки, уверения продавцов в надежности и долговечности приглянувшихся тебе кроссовок, очередь в кассу, пять минут попыток отказаться от очередной бонусной программы, дорога домой, еще одна примерка в более спокойных условиях, и все это для того, чтобы выяснить, что правый, например, кроссовок тебе жмет, натирает мизинец и вообще у этой модели некомфортный лично для тебя подъем, а в магазине ты этого понять не успел.

Поэтому Бунге собирался применить другое решение и достал из портфеля купленный два дня назад армированный строительный скотч и положил его рядом с кроссовком.

Дабы вознаградить себя за уже приложенные усилия, Бунге нашел на столе пепельницу, дешевую одноразовую зажигалку и мятую пачку «Столичных». Выщелкнул сигарету из пачки, прикурил, с наслаждением затянулся и откинулся на спинку кресла. Одним из плюсов его пребывания на нынешнем посту был отдельный кабинет, в который никто из подчиненных не рисковал входить без стука.

Бунге щелкнул кнопкой пульта и включил телевизор, настроенный, как обычно, на новостной канал. Новости, как обычно, были благостными. Хлеборобы то, животноводы се, краснознаменные рабочие приняли на себя повышенные обязательства и уверенно смотрят в будущее, а в столице скоро начнется очередной ежегодный фестиваль «Шире круг», и все флаги будут в гости к нам, и представители республик уже начали приезжать, и значит у тех, кто за это ответственен, уже прибавилось работы, и скоро ее станет еще больше, ибо для того, чтобы краснознаменные рабочие продолжали уверенно глядеть в будущее, нужно, чтобы кто-то им это будущее обеспечил.

Под выпуск новостей Бунге докурил уже вторую сигарету и собирался приступить к решению задачи с кроссовком, когда в дверь постучали.

Стук был незнакомый. Подчиненные стучали более небрежно, редко заглядывающие в его кабинет смежники — более уверенно. А так обычно стучат люди, которые точно знают, куда им надо, но не уверены в том, что может ждать их за дверью.

— Войдите, — сказал Бунге, и Леха вошел.

Выглядел Леха отменно. Метр восемьдесят пять, фигура спортивная, спина прямая, нос орлиный, глаза голубые, подбородок квадратный и достаточно волевой. Леха был гладко выбрит, коротко подстрижен, в первый рабочий день нацепил на себя свой лучший темно-серый костюм, в котором ему уже было жарко. Но ему страстно хотелось произвести на начальство и будущих коллег хорошее впечатление, так что он даже узел галстука не попытался ослабить.

— Товарищ полковник, разрешите доложить…

— Кто-то умер? — перебил его Бунге.

— Никак нет, товарищ полковник. То есть, не могу знать, товарищ полковник.

— То есть, ты не с похорон?

— Никак нет, товарищ полковник.

— И не собираешься на похороны?

— Никак нет, товарищ полковник, — Леха потерял нить разговора, поэтому старался отвечать односложно и недвусмысленно.

— Тогда какого черта ты напялил костюм? — поинтересовался Бунге.

Леха уже понял, что промахнулся. Конечно, люди в костюмах ему в здании встречались, но большинство ходили в чем попало, согласуясь больше с царящей на улице погодой, а не с установленным дресс-кодом, и сам Бунге носил коричневые походные штаны со множеством карманов и выцветшую синюю футболку, украшенную гербом республики, после огромного количества стирок уже совершенной непонятно, какой.

А водруженный на письменном столе перед его новым начальником старый драный кроссовок и вовсе сбивал Леху с толку.

— Чтобы соответствовать…

— И как, по-твоему, ты соответствуешь?

Леха не нашелся, что ответить. В уме он множество раз прокручивал этот разговор, планируя произвести на начальника наиболее благоприятное впечатление, но такой вариант ему в голову не приходил.

Зато сейчас туда забрались подозрения о собственной профнепригодности. Нужно было узнать хоть что-то о руководителе Седьмого отдела, в который его распределили после окончания высшей школы КГБ.

Но Бунге не был похож ни на одного из его преподавателей. И ни на одного из тех серьезных взрослых мужчин, что появлялись в его доме, когда сам Леха был совсем маленьким.

Грузный, небритый, с испещренной несколькими шрамами лысиной, Бунге показался Лехе воплощением неопрятности, которое весьма уместно смотрелось в этом заваленном разнообразным мусором кабинете, но они оба — и Бунге, и кабинет — совершенно не вписывались в образ Конторы, который нарисовали в голове Лехи преподаватели из высшей школы. У Лехи оставалась только слабая надежда, что произошла какая-то ошибка, и вот этот тип перед ним — это совсем не Бунге, а какой-то случайный человек, оказавшийся в его кабинете, ну, скажем, специалист из техподдержки, который пришел настроить компьютер (технарям позволялись определенные вольности), но всерьез на такое рассчитывать не стоило.