Надежда для князя: переписать судьбу (СИ) - Нежданова Наталья - Страница 1

Надежда для князя: переписать судьбу

Пролог

— Ты меня не уважаешь! — возмущённо рявкает Игорь.

— За что тебя уважать-то? — недоумеваю я. — Особенно после того, что ты только что устроил! Совести у тебя нет! Ты — просто животное!

Ещё полчаса назад я радостно бежала домой. Последняя клиентка отменила свой маникюр, но я была этому только рада. Хотела сделать сюрприз Игорьку. Увы, вышло наоборот…

Я открыла дверь и вошла в квартиру. Из комнаты доносились какие-то странные звуки.

Надо же, Игорь уже дома! — удивилась я. Сняла куртку, сполоснула руки и тихонько приоткрыла дверь.

На разобранном диване — Игорь с Машей! Той самой Машей, на пару с которой я снимаю крошечный косметологический кабинет. Она делает брови и ресницы, я занимаюсь ногтями.

А ещё мы учимся на заочном в одной группе. На психологов.

— Она сама пришла! — оправдывается окончательно потерявший пыл Игорёк.

После того, как я буквально вышвыриваю из нашей съёмной однушки бывшую теперь подругу.

— Сказала, ей надо распечатки какие-то забрать! Ну, а потом, слово за слово, в общем… Я правда не хотел!

Врёт ведь. Он в это время вообще-то на работе должен был быть. О чём я ему тут же и сообщаю.

— Ах да, я ведь так и не успел тебе сказать, — потупившись, объясняет он. — Меня опять уволили! Так что ты должна простить! Это всё от стресса!

Чувствую, как меня начинает трясти. От ярости. Я ведь знаю, почему его увольняют! У него всегда были большие проблемы с пунктуальностью!

— Знаешь что, Игорь? — решительно говорю я. — Собирай вещи и уходи! Твоя мама по тебе, наверное, очень соскучилась!

— Надя, ты — моя единственная настоящая любовь! Ну, пожалуйста! Я же всё объяснил!

— Всё, Игорь! На этот раз с меня хватит! В кои-то веки ты оказался прав: я правда тебя не уважаю!

Через неделю Новый год. Мы планировали встретить его за городом в компании общих друзей. Теперь же…

В итоге я праздную у своих родителей. Вместе со старшим братом, его женой и дочерью, которые приехали на праздники из Москвы.

— Ну вот, вся семья в сборе! — радуется мама.

Увы, вскоре она вновь садится на своего любимого конька. Принимается объяснять, как я неправильно живу. И брат ещё поддакивает.

Впрочем, сейчас мне почти не больно от их слов. Это мелочь по сравнению с Игорем.

Сижу в уголке под самой ёлкой. И чувствую себя брошенной Снегурочкой. Дура. Такие, как Игорь — не перевоспитываются. Надо было сразу его гнать!

Нет, не могу больше! Дожидаюсь времени открытия метро и ухожу. Не хочу я здесь ночевать!

Возвращаюсь в свою однушку. Теперь мне придётся экономить на всём. Ещё и с работой надо что-то решать. Постоянно видеть Машину рожу — выше моих сил.

Ну, почему мне так не везёт-то? Что я делаю не так?

Вот и сочельник. От старинного названия этого дня накануне Рождества веет теплом и уютом. Только это мало помогает. Нет у меня в этом году ни новогоднего, ни рождественского настроения.

А что, если погадать на суженого? — осеняет вдруг меня. Вообще-то я — не суеверная. Даже в знаки Зодиака не верю. Но ведь это просто народная традиция! Тянется из глубины веков.

Глядишь, послужит мне своего рода терапией. Поможет расслабиться и отвлечься. Может, даже посмеяться. Смех — лечит, да.

Немедленно лезу в интернет, чтобы узнать, как это сделать. Ага, зеркало у меня есть. И ещё какое! Огромное и явно старинное. Висит в прихожей и кажется совершенно чужеродным для панельной многоэтажки.

Игорь всё время порывался его выкинуть или хотя бы снять и вынести на балкон. Я останавливала его, ведь это имущество арендодателя. К тому же я в него всегда смотрюсь перед выходом из дома. Другого-то нет.

Вот сейчас оно мне и пригодится. Зажечь две свечи? Не проблема! В ящике кухонного стола валяется упаковка из десяти штук на случай отключения света.

Зажигаю тонкие фитильки. Щёлкаю выключателем и прихожая погружается во тьму. Встаю перед зеркалом и напряжённо вглядываюсь в бездонную серебряную глубину.

Ах да, там же ещё что-то сказать надо! Только идти за телефоном мне лень. И вообще, какая разница? Понятно же, что это просто забавная игра!

Внезапно по поверхности зеркала пробегает рябь. Это ещё что такое? Ну да, пламя свечей колеблется. Самый обычный сквозняк.

Я заставляю себя улыбнуться. И тут вдруг вспоминаю, как в детстве мы с подружкой вызывали духов. Тоже со свечами. Ещё и мелом на полу какую-то фигню рисовали.

Меня накрывает леденящий страх. Потому что тогда это закончилось не очень хорошо. Неизвестно откуда возникший в комнате ветер задул и перевернул свечи. А за стеной сорвалась и упала кухонная полка с посудой. Здорово нам тогда влетело…

Я тянусь к выключателю. Но вдруг вижу, как моё собственное отражение в зеркале расплывается и начинает меняться. Ноги становятся ватными. Вот только я почему-то не могу оторвать взгляд от бездонной глубины, заключённой в потрескавшуюся от старости резную раму.

— Нет-нет-нет! — отчаянно шепчу я.

В зеркале отражается мужчина. Светло-русый, голубоглазый и очень привлекательный. Вот только одежда на нём… Никто сейчас не носит такую!

Этого просто не может быть! Неужели я схожу с ума? Это же самая настоящая галлюцинация!

Откуда здесь ветер? Свечи гаснут. Но вместо кромешной тьмы меня окутывает призрачный свет, струящийся из серебристой глубины. Где я только что видела то, что никак не должна была. Потому что это однозначно противоречит всем известным законам природы!

До ушей доносится испуганный крик. Кажется, мой собственный.

Правда, это нисколько не помогает. Неведомая сила хватает меня и затягивает туда, в проклятое стекло. Которое почему-то вдруг превращается в гигантскую воронку. Клубящуюся туманом и переливающуюся всеми цветами радуги.

Глава 1

— Кризис миновал! Она будет жить! — доносится до меня приятный мужской голос с лёгкой хрипотцой.

Ему отвечает надтреснутый женский:

— Слава Богу! Вы — настоящий чудотворец! Ах, мне по гроб жизни с вами не расплатиться!

— Ну что вы, Елизавета Петровна! Считайте это просто возвратом долга! Ваш достопочтенный супруг в своё время мне очень помог. Если бы не он…

Повисает молчание. Меня охватывает странное чувство. Как будто в воздухе разливается вдруг какое-то напряжение.

Что происходит? Кто эти люди? И где я вообще?

Открываю глаза и вижу белый потолок. С облупившейся лепниной! А на стене — не обои, а выцветшая ткань с разбросанными по ней идиотскими цветочками.

И тут до меня доносится тихий всхлип:

— Дай вам Боже… Алексей Семёнович… — сбивчиво продолжает всё тот же женский голос.

Мама! — сама собой приходит в голову мысль.

Стоп! Мою маму вообще-то зовут Ниной! Да и голос у неё… Я даже представить не могу, чтобы она так лепетала! Да что там, от голоса учительницы физики, закалённой многими поколениями нерадивых школяров — стены дрожат!

Меня накрывает паника. Неужели я сошла с ума и попала в дурку? У нас там скоро практика будет, кстати… Плакала теперь, похоже. Да и учёба.

Хорошо хоть имя своё помню. Надя. Всё правильно. Надя. Сорокина. Да нет, Баратынская же!

Ну всё… Точно крыша поехала! Собственную фамилию забыла. Так Сорокина или Баратынская?

Но ведь Баратынский — это такой поэт! Жил в XIX веке и, кажется, был другом Пушкина.

Мой двоюродный дедушка! — услужливо подсказывает память. Я точно брежу!

Словно в чудовищном калейдоскопе, передо мной мелькают картинки. Пышное платье с бантом на талии. Розовые туфельки из плотной блестящей ткани. Я бегу куда-то по траве.

— Смотрите, Наденька, какую я для вас бабочку поймал! — произносит голубоглазый мальчик с белокурыми локонами, спускающимися до самых плеч.

Он одет в короткие штанишки, а ноги обтянуты… чулками! И башмаки… Как в исторических фильмах!