Улей Хеллстрома - Герберт Фрэнк Патрик - Страница 68

Джанверт прошел еще две двери с ручными колесами, прежде чем к нему вернулось прежнее спокойствие. Он с отвращением смотрел на каждую дверь, пытаясь представить себе, что же он обнаружит по ту сторону. Это был проклятый Богом людской улей! Он неожиданно остановился, замерев от полноты всего того, что несла эта мысль.

Улей.

Он посмотрел на смутно освещенные стены туннеля, ощущая слабое гудение машин, запахи, все признаки жизни, кишащей вокруг него.

УЛЕЙ!

Джанверт сделал три глубоких, нервных вздоха, прежде чем продолжил подъем. Они живут здесь по образу и подобию насекомых. Как же живут насекомые? Они делают то, что не захочет делать ни один человек – и что ни один человек не сможет сделать. У них есть трутни, рабочие – и матка – они едят, чтобы жить. Они едят то, что отторгнет человеческий желудок, если прежде человеческое сознание не сделает это. Для насекомых совокупление – это просто… совокупление. И чем больше он думал об этом, тем стройнее выстраивалась вся картина. Никакой это не секретный правительственный проект! Нет – это ужас, отвращение, нечто, что необходимо сжечь!

57

Джанверт остановился у следующей двери, прижался к ней ухом. Он слышал слабое, ритмическое постукивание с той стороны – какая-то машина, предположил он. Этот стук сопровождало странное шипение. Он повернул колесо, с щелчком открыл дверь и заглянул внутрь. Комната оказалась намного меньших размеров, чем предыдущие, однако все равно была огромной. Низкий потолок, и сразу за входной дверью следовала еще одна. При смутном алом свете, идущем от цилиндрических ламп на потолке, можно было разглядеть невысокие стеллажи, на каждом располагалось переплетенье в виде колонн прозрачных стеклянных трубочек, пульсировавших жидкостями ярких цветов, и это на секунду отвлекло его от того, что находилось между этими колоннами.

Он не мигая смотрел на эти предметы, не желая верить своим глазам. На каждой лавке лежало то, что выглядело как обрубок человеческого тела – от колен до талии. Одни обрубки принадлежали мужчинам, другие – женщинам. Среди последних было несколько с выпирающими животами, словно от беременности. Дальше колен и талии ничего не было – только эти трубочки с пульсирующими жидкостями. Неужели то, что он видит, не обман зрения?

Джанверт вошел в комнату, коснулся ближайшего мужского обрубка. Плоть была еще теплой! Он отдернул руку, чувствуя, как тошнота охватывает все внутри. Он отступил обратно к двери в туннель, не в силах отвести глаза от этой картины – пяти живых обрубков человеческих тел. Это действительно не было обманом зрения!

Его внимание привлекло какое-то шевеление в противоположном углу комнаты. Он увидел людей, прохаживающихся между стеллажами – наклоняющихся, рассматривающих эти обрубки, изучающих трубочки. Какая-то пародия на врачей, совершающих обход больных. Джанверт выскользнул обратно в туннель, прежде чем его успели заметить, закрыл дверь и постоял там, прижавшись лбом к ее гладкой холодной поверхности.

Это были воспроизводящие части человеческой плоти. В его воображении представлялся улей, поддерживающих жизнь в этих чудовищных обрубках для целей воспроизводства. По спине побежали мурашки от одной только мысли, что его тело подвергнется такому унижению. Спина, шея и плечи дрожали, колени отказывались держать его тело. Обрубки для воспроизводства!

Откуда-то снизу донесся какой-то глухой стук, и он почувствовал изменение давления воздуха в туннеле. Слышны были шлепанье босых ног по полу туннеля.

«Они преследуют меня!»

Подгоняемый страхом, он открыл дверь, прошел внутрь и закрыл дверь за собой. Теперь медицинская процессия заметила его, но едва только в глазах людей в белых халатах мелькнул проблеск удивления, как они начали падать, сраженные парализатором. Джанверт пронесся сквозь эту кошмарную комнату как пуля, стараясь не смотреть ни на один из обрубков. Из арочного прохода он попал в огромную галерею, где было множество людей. Страх все еще гнал его вперед, и Джанверт бросился влево и стал проталкиваться сквозь эту толпу людей, помогая себе плечами и нисколько не беспокоясь о смятении и любопытстве, которые, очевидно, пробуждали его действия. За собой он оставлял взбаламученный след, немые выкрики и один странный женский голос, обратившийся к нему:

– Эй, послушайте! Эй, послушайте!

У первого же лифта Джанверт оттолкнул плечом в сторону от проема какого-то мужчину, прыгнул в кабину и посмотрел вниз на охваченные некоторым недоумением и тревогой лица, пока они не скрылись из поля зрения.

Рядом с ним в кабине находились еще две женщины и мужчина. Одна из женщин очень походила на Фэнси, но выглядела чуть старше, тогда как более молодая, блондинка, относилась к типу, который он почти не встречал в глубинах Хелльстромовского улья. Мужчина, полностью лишенный волос, с узким лисьим лицом и настороженными яркими глазами, напоминал Джанверту Мерривейла. Все трое выказывали явное любопытство, и мужчина, наклонившись к нему, втянул носом воздух. То, что он учуял, похоже, удивило его, потому что он повторил свое действие.

Охваченный паникой Джанверт направил на него захваченное оружие и провел лучом по женщинам. Они с глухим стуком повалились на пол, как раз напротив следующего этажа. Одна женщина с полными грудями и круглым, ничего не выражающим лицом намеревалась войти, но Джанверт пнул ее ногой в живот, и она повалилась на стоявших за ней людей. Следующий этаж кабина прошла без происшествий, потом еще один… и еще. Он выпрыгнул на четвертом, в толпу людей, проскочил ее и ворвался в небольшой туннель, привлекший его внимание, потому что здесь никого не было. Двое мужчин, которых он сбил с ног, поднялись и пустились было за ним в погоню, однако Джанверт срезал их лучом, побежал и свернул за угол влево, потом был еще один поворот, и вот он снова в главной галерее, а лифт, из которого он выскочил, по меньшей мере в ста ярдах от него, и, как он видел, там сейчас царило настоящее столпотворение.

Джанверт свернул к правой стороне туннеля, держа оружие перед собой, чтобы его не было видно сзади. Он заставил себя перейти на спокойный шаг, пытаясь утихомирить дыхание и внимательно прислушиваясь, нет ли погони. Суматоха прекратилась, но Джанверт не слышал шагов преследователей и вскоре рискнул пересечь туннель и идти по левой стороне. При первой же возможности он свернул направо в другой туннель, поменьше, который круто поднимался вверх. Через сто шагов его пересекал еще один большой туннель с лифтом прямо посередине. Он без происшествий миновал идущих ему навстречу людей и шагнул в первую же поднимавшуюся кабину. Скорость ее, едва только он вошел, резко возросла. Джанверт огляделся, чтобы посмотреть, не мог ли он входя просмотреть оператора, но никого не увидел. Мимо проносились этажи, один за другим. После девятого у Джанверта мелькнула тревожная мысль, а не могли ли люди Хелльстрома на расстоянии управлять этим лифтом и, таким образом, поймать его в ловушку. Слишком рискованно выскакивать из него на такой скорости.

С нарастающей паникой Джанверт подошел к выходному отверстию в поисках кнопок управления, но ничего не было. В этот момент кабина оказалась как раз напротив проема нового этажа и замедлила скорость. Он выпрыгнул из нее и чуть было не столкнулся с двумя мужчинами, толкавших длинную тележку, нагруженную желтым материалом, похожим на ткань. Они улыбнулись и махнули рукой, произведя пальцами тот же самый сложный знак, что и седовласый мужчина у реки. Джанверт печально улыбнулся в ответ, пожал плечами, и эти двое, удовлетворившись этим, продолжили толкать тележку дальше вниз по туннелю.