Фата-Моргана 4 (Фантастические рассказы и повести) - Гамов Джордж - Страница 86

— Ни один из них не знает, как я выгляжу. Мое лицо изменили, прежде чем поручить мне это задание, чтобы меня никто, даже случайно, не мог выдать.

— У тебя на все есть ответ, да? — фыркнула она. — Тогда мы отведем тебя в подвал и вытряхнем из тебя правду. И ты не умрешь, пока мы этого не сделаем.

— Подожди минутку, — попросил Йбор. — Есть человек, который может узнать меня. Но он, может быть, еще не прибыл. Солрак.

— Он прибыл еще вчера, — ответила она. — Хорошо. Если он тебя узнает, этого мне будет достаточно. Слейг, — повернулась она к гиганту, — привези Солрака.

Глубоко в горле Слейга что-то заклокотало, и девушка сделала нетерпеливое движение рукой.

— Я могу сама проследить за ним. Иди! — она полезла за пазуху, вытащила пистолет из кобуры и направила его через стол на Йбора. — Сиди тихо!

Слейг вышел. Йбор услышал, как он завел мотор машины. Звук этот быстро удалился.

— Можно мне закурить? — спросил он.

— Конечно, — свободной рукой она бросила через стол пачку сигарет. Он взял одну, следя, чтобы руки его оставались в поле ее зрения; она поднесла огонь к кончику сигареты.

— Итак, ты Илас, — заметил он.

Она ничего ему не ответила.

— Ты проделала хорошую работу, — продолжил он. — Прямо у них под носом. Тебе пару раз удалось надуть их.

Она терпимо улыбнулась.

— Только не пытайся лукавить, болельщик. На всякий случай, если тебе все же удастся бежать, я не дам тебе никакой информации, которую ты потом смог бы использовать.

— Не будет никакого потом, если я не уйду отсюда. Ни для тебя, ни для кого-нибудь еще.

— Теперь ты мелодраматичен. Пока есть время, будет и потом.

— Время существует только в сознании, — ответил он. Времени больше нет, потому что пыль и камни не осознают себя.

— Ты рисуешь картину полного разрушения.

— Это и есть полное разрушение. И ты приближаешь его с каждой минутой. Ты уменьшаешь срок, который у нас еще остается.

Она усмехнулась.

— Что же я должна делать?

— Даже если ты отпустишь меня в это мгновение… — начал он.

— Я этого не сделаю.

— …катастрофы, может быть, уже не избежать. Наши умы не могут охватить те непредставимые силы, которые, весьма вероятно, уничтожат всю высшую жизнь. Это невозможно себе представить, — произнес он. — Представь себе, космические путешественники будущего увидят эту планету лишенной всякой высшей жизни., покрытой джунглями. У нее даже не будет названия. Все следы цивилизации будут полностью уничтожены. Космонавты будут рыться в осыпающихся руинах и находить там кусочки истории, а потом вернутся на свою родную планету, унося с собой тайну Катора. Почему на Каторе исчезла жизнь? Они найдут достаточно скелетов, чтобы представить себе наши размеры и внешний вид, расшифруют некоторые из наших записей. Но они нигде не найдут доказательств, почему же погибла наша цивилизация. Они нигде не найдут имени Илас, причины этого.

Она только усмехнулась.

— Это будет очень скверно, — в заключение сказал Йбор. Ни птицы в небе, ни свиньи в загоне. Может быть, даже никаких насекомых. Хотел бы я знать, — задумчиво произнес он, не было ли когда-нибудь таких взрывов на других планетах нашей системы. Например, на Ларе. Там когда-то была жизнь. Достигла ли там цивилизация своей высшей точки, а потом погибла в войне, в которой каждый человек сражался на той или иной стороне? Не изобрели ли обе стороны в отчаянии взрывчатое вещество, которого было более чем достаточно, и не утратили ли они над ним контроль, в результате чего вся жизнь там погибла?

— Тише! — приказала она, к чему-то напряженно прислушиваясь.

Теперь он тоже услышал это, шаги тяжелых ног. Он бросил взгляд через окно на лес.

— Инамрцы, — сказал он.

Фельдфебель вел восьмерых солдат по полю к дому. Йбор повернулся к девушке.

— Ты должна меня спрятать! Быстрее!

— Здесь нет никакого убежища.

— Оно должно быть! Ты же прячешь беглецов! Верно?

— Ты можешь взять меня в плен, — с яростью заявила она, но ты ничего не узнаешь. Лучше оставим укрытие в покое.

— Ты, маленькая дурочка! Я же на вашей стороне.

— Это говоришь ты. У меня нет никаких доказательств.

Йбор больше не стал терять времени. Отряд был почти у дверей. Одним прыжком он оказался у стены и присел там. Он полузакутался в свое пальто, сбросил на глаза черные волосы и так расслабил мускулы лица, что на нем появилось пустое выражение идиота. Он играл своими пальцами и бормотал.

В дверь застучали приклады ружей. Девушка пошла, Йбор не поднял взгляда. Он вертел свои пальцы и булькал.

— Вы ничего не слышали сегодня ночью? — спросил фельдфебель.

— Что слышала? — спросила в ответ Илас. — Самолеты выстрелы.

— Вы вставали? Выглядывали наружу?

— Я испугалась, — виновато ответила она.

Он презрительно сплюнул. Последовало короткое молчание, прерываемое только бульканьем Йбора.

— Что это? — вздрогнул фельдфебель. Он протопал через кухню и поднял за волосы голову Йбора. Йбор наградил его слюнявой улыбкой слабоумного. Фельдфебель с отвращением посмотрел на него. — Идиот! — фыркнул он и убрал руку. — Почему ты его не убьешь? — спросил он девушку. — Почему ты его так кормишь? Ты выглядишь… — казалось, он видит ее в первый раз, — …неплохо, совсем неплохо. Я как-нибудь посещу тебя в другой раз, милашка.

Йбор не двигался, пока солдаты не вышли из зоны слышимости. Потом он встал и мрачно посмотрел на Илас.

— Я мог бы уже быть в Нилреке. Ты должна была отвести меня туда. Они нашли убитых у орудийной установки и теперь будут начеку.

Держа пистолет в руке, она указала ему на кресло.

— Не лучше ли нам сесть?

— После всего случившегося? Ты все еще не доверяешь мне? Ты же дура.

— Да? Я так не думаю. Это может быть частью трюка, чтобы усыпить мою бдительность. Садись!

Он сел. Ему больше нечего было сказать. Он подумал о приходе солдат. Этот фельдфебель, вероятно, не узнает его, если они встретятся где-нибудь еще. Но, несмотря на это, было очень важно, что он сохранил его в памяти. Лицо, которое он запомнил и которого должен будет избегать.

Если бы только эта огромная обезьяна вернулась с Солраком! Словно в ответ на это до ушей Йбора донесся звук мотора приближающейся машины. Он с удовольствием обнаружил, что услышал его на целую секунду раньше, чем Илас. Таким образом, ее рефлексы были хуже, чем его.

Это был Слейг, один лишь Слейг. Он бесшумно, как кошка, проскользнул в дом.

— Солрак мертв, — сообщил он. — Его убили накануне ночью.

Илас бросила на Йбора убийственный взгляд.

— Как это полезно для тебя! Не кажется ли вам странным, господин шпион Сиксы, что среди всех агентов Сейлы вы выбрали именно того, который уже мертв? Я нахожу, что это уже слишком. В подвал его, Слейг! На этот раз мы вытащим из него правду. Даже, — добавила она в адрес Йбора, — если нам придется убить тебя.

Кресло было вроде электрического, с многочисленными захватами и ремнями, которые делали Йбора совершенно неподвижным. Он мог только вращать глазами.

Илас осмотрела его, потом удовлетворенно кивнула.

— Иди и разогрей свое железо, — сказала она Слейгу. Сначала, — объявила она Йбору, — мы сожжем тебе уши. Кусочек за кусочком. Если тебе это не поможет, мы перейдем к более серьезным вещам.

— Теперь я скажу тебе настоящую правду, — произнес Йбор.

Она высокомерно ответила ему:

— Ничего странного, что враг стучится в ваши двери. Вас изгоняют на юге из Айссу и на севере из Итала. Теперь вы убираетесь к себе домой, потому что вы трусы.

— Я убежден, что ты Илас, — спокойно сказал Йбор. — И хотя мне приказали, чтобы никто не узнал о моей миссии, я думаю, что тебе можно рассказать о ней. Я должен это сделать. У меня нет выбора. Итак, слушай! Меня послали в Инамр, чтобы…

Она диким жестом оборвала его.

— Правду!

— Ты будешь слушать или нет?

— Я не хочу больше слышать твоих сказок.

— Ты будешь меня слушать, нравится тебе это или нет. И ты сдержишь свои замечания, пока я не кончу. Или вина за гибель всей расы падет на твою голову.