Фата-Моргана 1 (Фантастические рассказы и повести) - Франке Герберт В. - Страница 87

В следующее мгновение дверь камбуза распахнулась, и дюжина китобоев вывалила на палубу. Массивный деревянный полубак закрывал существо от их взглядов. Матросы разбились на небольшие группки. Низкое северное небо, висящее над вечно холодным морем, отражало их грубоватые шутки и смех. Как будто издалека слушал Уорделл смех и сквернословие.

«Они похожи на детей, — подумал он. — Ведь знают же, что невероятнейшее из созданий божьих сделало корабль недвижимым, а ведут себя так, словно это не доходит до их сознания. Похоже, они собираются вести себя, как безмозглые идиоты, до тех пор, пока…»

Уорделл прервал размышления, удивленный тем, что они смогли отвлечь его, пусть даже всего на несколько секунд. Резко вздохнув, он вытащил револьвер и прицелился в спину ящерицы, пока та возилась с прочным канатом, соединяющим гарпун с кораблем.

Любопытно, что после выстрела на какой-то момент наступила полная тишина. Ящерица медленно выпрямилась и обернулась с видимым раздражением. А потом…

Люди закричали. Пулемет на «вороньем гнезде» взревел короткими истеричными очередями. Пули не попали ни в рептилию, ни даже в палубу, лишь вспенили воду у носа корабля. Уорделл страшно разозлился на проклятого дурака наверху. В ярости он поднял голову и заорал на парня, чтобы поучился стрелять как следует, а когда опять взглянул на палубу, тварь уже исчезла.

Слабый всплеск воды пробился сквозь множество других шу_мов. И тут же вся толпа метнулась к поручням. Экипаж вперился глазами в воду. Через их головы Уорделлу показалось, что он заметил желто-зеленый отсвет в глубине, но это пятно быстро растворилось в бликах северного моря.

Уорделл стоял неподвижно, чувствуя холодок под сердцем. Сознание туманило ощущение нереальности происходящего.

Оружие не дрогнуло в его руке, пуля не могла пролететь мимо, но… никаких последствий.

Холодная лапа, стиснувшая сердце, немного отпустила, когда он увидел, как Арт Зоут, живой и здоровый, поднимается на нетвердые ноги.

Уорделл был на грани нервного потрясения. Добрый старый Арт. Такого человека не так-то просто убить какой-то подлой ящерице.

— Арт! — закричал Уорделл в радостном возбуждении. — Арт, нацеливай трехдюймовку на эту посудину! Топи ее к чертовой матери! Проучим сволочей…

Первый снаряд не долетел до цели, лишь поднял красивый фонтан в сотне ярдов от металлической туши. Второй улетел слишком далеко и взорвался, напрасно потревожив массу серых камней короткой яростной вспышкой.

Третий точно поразил цель… Как и следующие десять. Стрельба велась превосходно, но под конец Уорделл с трудом проговорил:

— Лучше прекратим это дело. Снаряды не берут их броню. Я не вижу там никаких повреждений. Прибережем снаряды на крайний случай, если он представится. Кроме того…

Он замолчал, не желая высказывать, что пришло ему на ум. Фактически, существа с этого таинственного судна не сделали им ничего плохого. Это «Альбатрос» и его экипаж при каждом случае применял оружие. Надо, конечно, признать факт порчи горючего и то, что тварь зачем-то изучала гарпунную пушку. И все же…

Весь туманный день до самого вечера они с Приди проговорили об этом и решили ночевать с запертыми люками под охраной часового на «вороньем гнезде».

Уорделла разбудил вопль. Солнце только что проклюнулось над горизонтом, когда он полуодетый выскочил на палубу и присоединился к кучке людей, толпящихся вокруг пушек..

Комендор Арт Зоут сердито показал на гарпунную пушку.

— Гляди, капитан, эти сволочи сняли гарпунный канат, а нам подсунули какую-то медную проволочку или черт знает что. Посмотри на эту дрянь.

Уорделл тупо взял протянутый ему провод. Во всем этом не было видно никакого смысла. На сознание продолжал давить голос комендора.

— И не только этот. Есть еще два комплекта, и оба сгодятся нам теперь как венки на топе мачты. Они продырявили палубу, пропустили через отверстия эту проволоку и привязали к шпангоуту. Ничего плохого в этом не, было бы, будь замена хороша. Но эта проволочка — черт их побери!

— Дайте мне кусачки, — процедил Уорделл. — Уберем его и…

К его удивлению, проволока не поддалась. Он нажал изо всех сил, но гибкая блестящая жилка оставалась целой.

— Кажется, нам предлагают сделку, — произнес кто-то позади тихим голосом. — Но на какого кита они нас готовят?

Уорделл замер, пораженный: «На какого кита нас готовят?»

Он собрал всю свою волю и принял решение.

— Друзья, — сказал он вдруг севшим голосом. — Пока всем надо позавтракать. Нам ничего не остается, кроме как идти напролом.

Уключины скрипели, вода мирно плескалась у борта шлюпки. С каждой минутой Уорделлу все меньше нравилось собственное предприятие. В том месте на металлической палубе подлодки, к которому двигалась шлюпка, уже можно было видеть очертания чего-то знакомого. Он приподнялся, поднес к глазам бинокль и сразу сел, слишком изумленный, чтобы вскрикнуть. Там стояло орудие — гарпунная пушка. Сомнений не было. Конструкция точно такая же, как и у них на шхуне.

«Минутку! А какой у них канат? — он увидел рядом с орудием совсем игрушечный барабан с медным отблеском. — Ясненько… Они подкинули нам канат, — подумал он. — Такого же качества, как их собственный. Такой, что сможет удержать… все, что угодно».

Его опять пробрал холод при мысли «на какого же кита нас готовят?»

— Ближе! — хрипло приказал он.

Уорделл хорошо понимал, что лезет на рожон. «Надо быть поосторожнее, — подумал он. — И так уже слишком много дураков жарится в аду. Безрассудная храбрость — это…»

— Ближе! — повторил он.

С расстояния в пятьдесят футов длинная темная громада корабля, и это только надводная его часть, стала различима в подробностях. На броне не было видно ни следа от прямых попаданий.

Уорделл собрался было отдать приказ, намереваясь под прикрытием пулеметов забраться на борт чужого корабля, но тут с моря донесся громовой раскат, словно целая батарея чудовищных орудий открыла пальбу. Грохот отразился от пустынных гор и стал перекатываться по естественной чаше залива вдоль и поперек.

Длинная черная торпеда рванулась с места. Все увеличивая скорость, корабль сделал большой полукруг по заливу: языки пламени вонзились в воду за его кормой. Затем, оставив позади шлюпку, он помчался к узкому проливу, выходящему в открытое море.

Внезапно возле него разорвался снаряд, затем другой и третий. Уорделл видел, как вырвалось пламя из ствола трехдюймовки на палубе далекого «Альбатроса». Несомненно, Арт Зоут и Приди подумали, что пробил решающий час. Но чужак, не обращая на это внимания, шел своим курсом к выходу из залива, рассекая волны между разрывами снарядов.

Таинственное судно удалилось от шхуны на добрых полмили, когда обстрел прекратился. Небо очистилось от грохота и эха. Корабль какое-то время двигался вдоль морского берега, затем остановился. И замер, вытянувшись среди беспокойных волн, молчаливый и безжизненный, как и прежде.

В наступившей тишине Уорделл слышал тяжелое дыхание своих гребцов. Шлюпка дергалась при каждом ударе весел, покачиваясь на отраженных от берега волнах.

Возвратясь на шхуну, Уорделл позвал Приди в свою каюту. Он налил виски в стаканы, одним большим глотком проглотил свою порцию и сказал:

— Вот что я решил: мы снарядим небольшую шлюпку и отправим трех человек вдоль побережья за помощью. Яснее ясного, что мы не сможем долго играть в кошки-мышки, не зная правил игры. Троим здоровым мужикам понадобится не более недели, а может, и меньше, чтобы добраться, скажем, до полицейского кордона на Мысе, Как ты думаешь?

Ответ Приди потерялся в топоте башмаков по коридору. Дверь распахнулась. Матрос, так бесцеремонно вошедший в каюту, протянул два незнакомых предмета и взволнованно доложил:

— Смотри, капитан, что одна из тварей зашвырнула на борт. Она исчезла прежде, чем мы успели вдоволь налюбоваться ею.

Внимание Уорделла привлекла пластина из странного металла. Казалось, что она не имеет какого-либо определенного назначения. Толщиной она была с полдюйма, около десяти дюймов длиной и восемь шириной. С одной стороны она была серебристого цвета, а с другой — черного. И все. В это время Приди взял у матроса нечто вроде пакета, раскрыл его и удивленно произнес: