Другая история войн. От палок до бомбард - Калюжный Дмитрий Витальевич - Страница 127

Итак, историк говорит: очевидцы древних событий описывали не то, что было в действительности, а выводы исследователей этих текстов — наших современников, и вовсе недостоверны. Короче, все было совсем не так, как на самом деле. При этом Дельбрюк остается в уверенности, что античные писатели жили до нашей эры. Мы же в дополнение к его сомнениям в верности понимания текстов историками утверждаем, что жизнь писателей и описанных ими войн неправильно хронологизирована, а войны зачастую и неправильно локализованы.

Теперь обратимся к книге С. Лучицкой «Образ другого». Книга имеет подзаголовок «Мусульмане в хрониках крестовых походов».

Читаем:

В целом задача поставлена правильно, однако мы видим здесь, что, по мнению С. Лучицкой, историкам известна «реальность» прошлого. На самом-то деле известна лишь, — и об этом можно говорить уверенно, — только некая СХЕМА исторического развития, разработанная разрозненными мыслителями XVI–XX веков. И взявшись «разделять» реальность и вымысел в текстах европейских хронистов XII–XIII веков, С. Лучицкая просто проверяет их на соответствие схеме. А в схеме есть античность (до н. э.), населенная греками и варварами, и средневековый мир, населенный христианами и мусульманами.

Никем не доказано, что если хронист XII века пишет «варвар», то он имеет в виду непременно мусульманина. Однако читаем у С. Лучицкой:

Такой «точный смысл» совершенно точно ведет к признанию варварами даже христиан: например, греков и армян, которые отличаются от латинян по своему языку и своим обычаям.

Далее анализ средневековых хроник приводит историка к выводу, что из всех варваров своим числом и исключительной ролью выделяются турки, арабы и сарацины. Что это за нация такая, сарацины? По мнению европейских теологов, это искусственный термин для обозначения врагов христиан, произошедших от Агари, египетской наложницы Авраама. В таком случае, сарацины — не отдельный народ, к их числу относятся и турки, и арабы, а называться они должны агарянами (как предлагал Матвей Парижский). Но вот, воины Христа в своих записках называют кого-то, помимо турок и арабов, сарацинами, от имени законной жены патриарха — Сары, от которой, по мнению тех же теологов, произошли… христиане. Может, в некоторых случаях под именем сарацинов скрываются греки, — тогда хотя бы понятно, почему они находятся в одной компании с турками и арабами, противостоящими «не варварам» — латинянам.

Итак, терминологический и теологический анализ не позволяют определиться с этнической картой ближневосточного региона времён крестовых войн. Однако хронисты не всегда ограничивались обзываниями своих врагов «неверными» или «вероломными», — как видим, они записывали и названия народов! Что же это за названия, помимо турок, арабов и сарацинов? Вот они в той последовательности, как изложено в книге «Образ другого»: ливийцы, ассирийцы, индийцы, финикийцы и даже эламиты. В хрониках встречаются также персы, мидяне, халдеи.

Разумеется, упоминание «древних» народов наряду с «реально», по мнению С. Лучицкой, существовавшими есть факт если не прямой фантазии, то заблуждений хрониста. «Рисуемая хронистами этническая карта Ближнего Востока основана на произвольных сведениях античных историков, например Помпея Трога», — пишет она. Так и должно быть, если оставаться в рамках заранее заданной схемы.

Однако предположим, что кто-то из хронистов и в самом деле нашел древнюю рукопись Помпея Трога и прочел в ней о жившем когда-то народе, — например, «финикийцах», то есть жителях страны Финикии, которая уже в VI веке до н. э. была ликвидирована, будучи завоеванной персами. А позже ее добил Александр Македонский. Где эта страна находилась, и кто из «варваров», отличающихся от хрониста по своему языку и своим обычаям, наследник тех финикийцев, не может знать ни хронист, ни сами варвары. Ведь согласно традиционной истории, с тех пор прошло ПОЛТОРЫ ТЫСЯЧИ ЛЕТ![57] И вдруг этот хронист пишет в своей средневековой летописи, что вот, бродят здесь финикийцы… эламиты… другие всякие народы. А ведь он хочет, чтобы читатель его понимал, иначе и читать-то никто не станет!

Он так жаждет понимания, что зачастую пытается пояснить, что имеет в виду. Вот что получилось у Гвиберта Ножанского:

Парфяне, как утверждают историки, до II века проживали в Иране, Персии «по-старому». Так случайно ли, что, по сообщению Фульхерия Шартрского, папа Римский в своей речи на Клермонском соборе говорил: «Турки, народ персидский»?

С. Лучицкая вынуждена писать:

И дальше:

И еще дальше:

А теперь вспомним: несколько страниц назад выяснилось, что средневековые хронисты, описывая систему верований тех же «мусульман», на самом деле излагали систему верований античных греков… Разве не так?

Рауль Канский и другие сообщают о колоссальной статуе Мухаммеда; искусствовед К. Муратова отмечает совпадение этих описаний с античным «идолом» — изображением Юпитера Капитолийского. В героических песнях нередко говорится, что в городе Кадисе вплоть до середины XII века стояла огромная статуя Геркулеса. Песня «Фьерабрас» повествует, как французские рыцари Ролан, Ожье и Оливье обнаружили роскошные, покрытые золотом статуи богов Тервагана, Аполлена и Марго. И так далее, и так далее, и так далее.

На этой же линии веков № 3–4, но на 2-м траке, в «домусульманский» период, в Царьграде тоже были античные статуи: