Убийственно красиво - Джеймс Питер - Страница 36

— Могу я поговорить с Клэр?

— Она на другой линии… кто ее спрашивает?

Грейс быстро прикинул: по дороге сюда они заехали в управление, чтобы запустить фотографии Джейни в работу, а заодно прихватить сумку Гленна. Прежде чем фото станет достоянием прессы, пройдет добрых пара часов, так что о ее смерти не знает никто, кроме полиции и близких родственников.

— Я звоню по поводу Джейни Стреттон, — наконец сказал он.

— О'кей, секунду. Сейчас она подойдет.

Несколько секунд Грейс слушал записанную на пленку «Весну» Вивальди, а затем уже знакомый голос Клэр произнес:

— Алло?

— Алло. Я отвечаю на ваше сообщение Джейни Стреттон, оставленное на ее автоответчике днем в среду.

— Будьте любезны, кто вы такой?

— Детектив-суперинтендент Грейс из уголовной полиции Суссекса.

В трубке запищали короткие гудки.

Грейс немедленно нажал на кнопку повторного вызова. Телефон на другом конце провода прозвонил несколько раз, а затем включился автоответчик.

— Простите, — скороговоркой прощебетал женский голос, — но в настоящее время никто не может ответить на ваш звонок…

— Черт подери! — прорычал Грейс, швыряя трубку.

Вызвав по рации Беллу, он продиктовал ей номер телефона Клэр и попросил срочно выяснить, по какому адресу он установлен, а затем позвонил своей помощнице Элинор и попросил перенести пресс-конференцию на более позднее время.

Дожидаясь ответа, он проверил электронную почту в карманном компьютере, особенно все, что касалось новостей о судебном процессе над Сурешем Хоссейном, и выяснил, что благодаря очередным проискам адвоката слушание его дела в который раз отложено.

Через пять минут Белла, как всегда исполнительная, связалась с ним по рации и продиктовала адрес рядом в вокзалом Хоува, добавив, что это всего в десяти минутах езды от Брайтона (если водитель трезв) и девяносто секунд — на патрульной машине с сиреной и мигалкой. Телефон был установлен в некой фирме под названием «БКЭ-247 лтд.», ничего Грейсу не говорившим.

Он повернулся к Брэнсону.

— Сунь ее компьютер себе в сумку — нам пора прокатиться. Мне неприятны люди, которые во время разговора со мной бросают трубку.

28

Тщательно пристегнувшись, Грейс попросил Брэнсона сделать то же самое, а затем, вдавив в пол педаль акселератора «альфа-ромео», погнал со всей скоростью, на какую только мог решиться: виляя в транспортном потоке, гудя клаксоном, мигая фарами и отчаянно жалея, что он не в патрульной машине.

Пока «альфа» по-черепашьи ползла в очереди перед третьим подряд красным светофором, все, о чем Грейс мог подумать, было: «Если я сейчас столкнусь с кем-нибудь — с кем бы то ни было, — то придется подыскивать себе квартирку где-нибудь в Ньюкасле».

Дом, расположенный по адресу, названному Беллой, оказался среди магазинов на улочке, тянувшейся на юг от станции Хоув. Обогнав какого-то неторопливого водителя на машине с левым рулем, Грейс промчался мимо забитой автомобилями мойки справа, затем чуть не столкнулся с еще одним тихоходом и, чудом проскользнув перед самым бампером такси, вырулил на привокзальную стоянку.

Он сразу увидел женщину лет тридцати в брючном костюме, торопливо выходящую из двери между облицованным кафелем магазином и газетным киоском. У нее была хорошая фигура, торчащие во все стороны рыжие волосы и обычное, ничем не примечательное лицом с обилием яркого грима. Она несла большой кожаный кейс для портфолио.

Еще до того, как колеса «альфы» перестали вращаться, Грейс выскочил из машины и, перебежав через дорогу, окликнул ее:

— Клэр!

Женщина обернулась, слишком напуганная, чтобы отрицать, кто она такая.

Грейс взмахнул у нее перед лицом удостоверением.

— В такое время заканчивать работу рановато, вам не кажется?

Ее отчаянный взгляд метнулся налево, потом — направо, словно в поисках пути к бегству.

— Я… я всего лишь… вышла за сандвичем.

Говорила она с резким акцентом, характерным для обитателей Восточного Лондона.

— Несколько минут назад мы разговаривали с вами по телефону… кажется, нас разъединили.

— Неужели? — уклончиво произнесла она. — Мы с вами?

— Да-да. И я решил, что будет проще вас навестить — сами знаете, какая сейчас телефонная связь.

Женщина, и не подумав улыбнуться шутке, мрачно уставилась на детектива.

— Не возражаете, если мы заглянем к вам в офис и побеседуем? — продолжал Грейс, краем глаза наблюдая за Брэнсоном, вышедшим из машины и неторопливо направлявшимся к ним.

У нее в глазах мелькнуло паническое выражение.

— Э-э-э… я… думаю, сначала мне стоит посоветоваться с моим деловым партнером.

— Предлагаю вам выбор, — угрюмо буркнул Грейс. — Либо мы договариваемся по-хорошему, либо — по-плохому. «По-хорошему» означает, что мы сейчас заходим к вам в офис и за чашечкой чая ведем нормальный разговор. «По-плохому»: я остаюсь здесь с вами, пока мой партнер съездит за ордером на обыск и вернется с шестью патрульными, которые разнесут вашу контору, мать ее так, до последней паркетины!

Грейс увидел, что испуг в ее глазах постепенно перерастает в страх.

— Все-таки, офицер, скажите хотя бы, в чем дело?

— Вы имеете в виду — помимо того, что я не люблю, когда, разговаривая со мной, бросают трубку?

Женщина покраснела, не зная, что ответить. Мимо, урча мотором, прополз автобус.

— Я вам точно скажу, в чем дело, — выждав минуту, проворчал Грейс. — Джейни Стреттон мертва.

Рука потрясенной женщины взлетела ко рту.

— Джейни?!

Грейс почувствовал, что сейчас самое подходящее время нажать на нее покрепче.

— Во вторник вечером какой-то маньяк исполосовал ее ножом, а потом прикончил и разделал, как мясник — коровью тушу. Вы видели репортаж об обезглавленном трупе, найденном в среду в Писхейвене?

Кровь отхлынула от лица женщины, отчего еще макияж стал ее более заметным. Она кивнула, теребя пальцами губы.

— То, что это — Джейни Стреттон, мы узнали только сегодня. Так теперь, может быть, вы все-таки не против побеседовать?

Офис фирмы «БКЭ-247 лтд.» занимал всего одну комнату с маленькой кухонькой на втором этаже. Окно выходило на улицу. Оглядев покрытые толстым слоем пурпурной краски самого омерзительного оттенка стены и цвета горохового супа ковер, Грейс подумал, что привести этот кошмар в порядок невозможно никакими усилиями.

Обстановка состояла из трех обыкновенных старых деревянных столов и такого же количества ободранных вращающихся кресел, а также четырех высоких серых шкафчиков для папок. Все это выглядело так, словно было куплено в одном из магазинов самого низкого пошиба, снабжающих такие конторки подобной дребеденью. Плюс к тому здесь был видавший виды дешевенький компакт-диск-плеер и под стать ему телевизор. Словно по контрасту, на каждом столе стояло по компьютеру последнего поколения и самые современные навороченные телефоны. Один из них звонил, однако Клэр не обращала на это внимания, — похоже, она и в самом деле была в шоке.

Детективы с кружками чая сидели в обтянутых искусственной кожей креслах перед ее столом. Хотя на коленях у Грейса лежал блокнот, главным образом он следил за выражением глаз собеседницы.

— Как ваше полное имя?

Рой заметил, как зрачки женщины на мгновение метнулись влево. Половина, отвечающая за работу мозга[16].

— Клэр Портер.

Грейс записал.

— Эта компания принадлежит вам?

— Да, мне и моему партнеру.

— А его как зовут?

Зрачки вновь дернулись влево, следовательно, Клэр не собиралась лгать насчет обоих имен, поскольку движение зрачка в эту сторону свидетельствует о том, что человек говорит правду. Если же они скользнут вправо…

— Барри Мэйсон.

Грейс на секунду задумался.

— «БКЭ-247 лимитед», — пробормотал он. — «Барри энд Клэр энтерпрайзис»?

Клэр покачала головой.