Убийственно красиво - Джеймс Питер - Страница 70

Он смотрел на панель домофона, чуя порхающих в желудке бабочек. Держись, старик! Торчать на ступеньках, как жалкий подросток!.. Воскресным вечером в половине двенадцатого, черт побери!..

Внезапно навалилась усталость. Силы напрочь иссякли. В душе на мгновение вспыхнула злость — злость на Клио и на самого себя, явившегося сюда по слабости, — возникло искушение вернуться к автомобилю, уехать домой. Он повернулся, нащупывая в кармане ключи от машины, но, когда вытаскивал их, в домофоне послышался ее непривычно искаженный голос:

— Да?

И этот голос на него подействовал. Полностью активизировал.

— Доставка пиццы! — объявил он с плохим итальянским акцентом. — Пиццу заказывали?

Она рассмеялась.

— Входите во дворик, сверните направо. Шестая квартира в левом конце. Надеюсь, не забыли добавить анчоусов?

Замок с резким щелчком открылся. Он толкнул тяжелые ворота, порылся в кармане, вдруг вспомнив о жвачке, сунул в рот пластинку, шагая по безукоризненно чистому булыжнику, освещенному круглыми стеклянными фонарями. Подходя к ее двери, выплюнул жевательную резинку в фольгу, завернул, сунул обратно в карман.

Не успел прикоснуться к звонку, как дверь открылась. На пороге стояла Клио, босая, в обтягивающих джинсах, широкой синей блузе, с частично забранными под заколку, частично распущенными волосами. Лицо бледное, почти без косметики, но она выглядела красивей прежнего.

Приветствовала его робкой улыбкой и удивленным взглядом округлившихся глаз, как слегка нашаливший ребенок.

— Привет, — только и сказала, чуть-чуть передернув плечами.

Грейс тоже в ответ передернулся.

— Привет.

Последовало неловкое молчание, словно каждый от другого ждал поцелуя. Ничего подобного не последовало. Клио посторонилась, впустив его в дом и закрыв за ним дверь.

Он вошел в просторную открытую гостиную, залитую мягким светом десятка маленьких белых свечек и ультрасовременных потолочных светильников, где стоял сильный запах, чуть сладковатый, мускусный, женский, такой соблазнительный.

В комнате была хорошая атмосфера — Грейс сразу расслабился, чувствуя отпечаток Клио на каждом дюйме. Кремовые стены, пушистые ковры на полированном дубовом полу, два красных дивана, покрытая черным лаком мебель, броские абстрактные картины, дорогой телевизор, латиноамериканская песня, тихо, но настойчиво звучавшая из четырех мощных солидных динамиков.

Были там и пышные зеленые растения, в квадратном аквариуме на журнальном столике одинокая золотая рыбка плавала вокруг руин миниатюрного затонувшего греческого храма.

— По-прежнему предпочитаешь виски? — спросила Клио.

— Пожалуй, чуть выпью.

— Со льдом?

— И побольше.

— Водой разбавить?

— Немного.

Грейс подошел к аквариуму.

— Это рыбка, — сказала Клио. — Рыбка, это старший суперинтендент Рой Грейс.

— Привет, рыбка, — сказал Грейс и, повернувшись к Клио, добавил: — У меня тоже есть золотая рыбка.

— Я помню, ты рассказывал. Марлон, да?

— Хорошая память.

— Угу. Лучше, чем у золотых рыбок. Я читала, будто они помнят лишь то, что случилось в последние двадцать секунд. Я порой целый день могу припомнить.

Грейс рассмеялся — натужным вымученным смехом. Между ними возникла напряженность, как между боксерами на ринге в ожидании гонга перед первым раундом.

Клио вышла из комнаты, и он воспользовался возможностью как следует оглядеться. Подошел к фотографии в рамке, стоявшей на небольшом боковом столике вместе с каким-то каучуконосным растением. Снимок запечатлел симпатичного мужчину во фраке и в цилиндре, недавно перешагнувшего пятидесятилетний рубеж, рядом с прекрасно выглядевшей женщиной под пятьдесят, в широкополой шляпе и ошеломляюще элегантном наряде. Женщина отличалась поразительным сходством с Клио. На заднем фоне было множество людей, одетых в таком же стиле. Грейс прикинул, не сделан ли снимок на королевской трибуне в Аскоте[30], где сам он никогда не бывал.

Потом он побрел к битком набитым книжным полкам, тянувшимся от пола до потолка. Увидел выстроившиеся в ряд романы Грэма Грина, дневники Сэмюела Пеписа[31], несколько детективных романов Вэла Макдермида, Саймона Бретта, Йена Рэнкина, Марка Тимлина; книги Жаннет Уинтерсон, два романа Джеймса Герберта, произведения Элис Сиболд, Джонатана Францена, собрание сочинений Тома Вулфа, биографии Мэгги Тэтчер и Клинтона; эклектичную смесь элитарной литературы, а также старинное издание «Анатомии» Грея и, к своему удивлению, «Сокровенное» Колина Уилсона.

Клио вернулась с двумя стаканами, где позвякивали кубики льда.

— Много читаешь? — спросил он.

— Не очень, но жадно покупаю книги. А ты?

Грейс любил книги, помногу покупал каждый раз, как случалось заглядывать в книжные лавки, хотя редко дочитывал до конца.

— Хотелось бы иметь время на чтение, но приходится главным образом читать рапорты и донесения.

Клио протянула красивый высокий стакан — виски со льдом, — они одновременно сели на диван, держась друг от друга поодаль. Клио подняла свой бокал с белым вином.

— Спасибо, что пришел.

Он пожал плечами, гадая, что за бомбу она намерена взорвать.

Вместо этого Клио сказала:

— Не будь глухо, большое ухо.

— Что?

— Задавай вопрос, задранный нос!

Грейс нахмурился.

— Никогда не слышал?

— Нет.

— Не будь глухо, большое ухо, — повторила Клио. — Задавай вопрос, задранный нос. Не зевай, полицай, пошевеливай задницей! — И поднесла к губам бокал, сделала долгий глоток.

Рой, ошеломленно вертя головой, хлебнул виски — чертовски и опасно приятно.

— Что это значит?…

— Задавай вопрос, задранный нос… Не зевай, полицай, пошевеливай задницей…

Ничего не понимая, Грейс тряхнул головой.

— Просто поговорка, мне хотелось, чтоб ты ее знал.

Мельком покосившись на Клио, Грейс снова уткнулся в стакан, вновь хлебнул, сменил тему:

— Что ж, не расскажешь ли про… э-э-э… своего жениха?

Клио еще глотнула вина. Ему нравилось, как она пьет — полноценными, а не жеманными маленькими глотками.

— Про Ричарда?

— Вот как его зовут?

— Разве я не говорила, как его зовут? — удивленно переспросила она.

— Фактически нет. Наверно, позабыла о нем вчера вечером. И в наше прошлое свидание.

Клио пристально разглядывала бокал с вином, как древние руины.

— Но ведь о нем все — все — знают. То есть я думала, что и ты знаешь.

— Видимо, я не такой, как все.

— Он уже несколько месяцев насмерть сводит с ума всю бригаду патологоанатомов в морге.

Грейс со звоном поболтал в стакане кубики льда.

— Не уверен, что мы с тобой едем в одном автобусе.

— В сорок втором, — уточнила она. — Ищешь смысл? Тебе требуется «Галактический справочник для голосующих на дороге»?

— Да, — подтвердил он. На миг показалось, что Клио пьяна, хоть она и не походила на пьяную, даже на слегка наклюкавшуюся. — Прости. Ничего не пойму. Твой жених всех с ума сводит?

— Я думала, ты знаешь, — вдруг смутилась она. — Черт возьми, неужели ничего не слышал?

— Ничего.

Клио осушила бокал.

— О господи! — Она наклонила стакан, как бы собирая еще несколько капель драгоценного спиртного, и опять пожала плечами. — Собственно, тут совсем нечего поминать Господа.

— Не хочешь меня просветить?

— Загрузить все сведения о Ричарде?

— Может быть, для начала неплохо.

— Он барристер[32], мы с ним познакомились года три назад. Защищал убийцу, явился в морг осмотреть тело жертвы. — Клио с надеждой подняла бокал, разочарованно осознав, что там пусто. — Понравился мне, и мы стали встречаться; родителям тоже понравился, мои брат с сестрой признали его очень милым; где-то через полтора года мы обручились. Приблизительно в то же самое время я обнаружила, что у меня есть серьезный соперник — Бог.