Убийственно красиво - Джеймс Питер - Страница 79

Грейс включил свет.

72

По пергаментному цвету лица Альфонсо Дзаффероне Грейс догадался, что в ближайшее время ему не придется сбивать спесь с молоденького констебля. Он не мог припомнить, чтобы за всю свою карьеру бывал в таком тихом зале, полном народу.

Дэннис Пондс вперил в пространство рассеянный взгляд выпученных глаз, словно ему сейчас сообщили, что следующим бросят в ванну его.

Молчание в конце концов прервал Норман Поттинг. Кашлянул, прочистил горло.

— Мы считаем, что снято реальное убийство, Рой?

— Не для семейного альбома, будь я проклят, — бросил Гленн Брэнсон.

Не послышалось ни шепота, ни смеха. Ничего. Одна наборщица смотрела в стол, словно боялась поднять глаза — вдруг еще чего-нибудь покажут.

— Дэннис, — сказал Грейс, — я хочу загрузить в твой ноутбук копию, чтобы ты передал ее редактору «Аргуса». Всего ему не показывай, просто пусть знает, с чем мы тут дело имеем. Пусть поместит фотографии мистера и миссис Брайс на первой странице нынешнего дневного выпуска своей газеты. У нас есть полтора дня на поиски этих людей. Все поняли? Их собираются убить перед видеокамерой.

Брэнсон глубоко вдохнул, шумно выдохнул.

— Слушайте, кто смотрит это дерьмо?

— Множество самых обыкновенных людей со свихнутыми мозгами, — объяснил Грейс. — Это может быть любой из нас, сидящих в этом зале, наш сосед, врач, слесарь, викарий, ипотечный брокер. Те же самые люди, что притормаживают и выворачивают шею, разглядывая место автомобильной аварии. Наблюдатели. В каждом из нас чуть-чуть этого есть.

— Только не во мне, — заявил Брэнсон. — Не могу смотреть такой дикий бред.

— Вы утверждаете, что мы все потенциальные убийцы? — спросил Ник Николл.

Грейс вспомнил, как психолог-профилировщик, читавший в Штатах на конференции по убийствам лекцию о кино, сказал ему позже вечером в баре: «Мы все способны на убийство, но лишь малый процент способен жить, совершив убийство. Однако многие из нас любопытны, нам нравится переживать убийство через посредника. Жестокие фильмы позволяют это делать — испробовать, что значит убить человека. Подумайте об этом, — посоветовал он. — Нормальный человек просто не имеет возможности кого-нибудь убить».

— Я бы с радостью убил свою тещу, — вставил Поттинг.

— Спасибо, Норман, — перебил его Грейс, не давая развить эту мысль, и обратился к Гленну Брэнсону: — Том Брайс уехал из дома среди ночи в «рено-эспейс». На дороге большого движения не было. Мы не знаем, куда он направился. Не знаем, сколько было в машине горючего. Я хочу, чтобы вы отложили поиски головы Джейни Стреттон и отправили каждого офицера, все дополнительные силы для просмотра всех камер наблюдения — полицейских, городских, на заправочных станциях, на стоянках — в радиусе тридцати миль от города. Прямо сейчас. — Потом он повернулся к сержанту Баркеру: — Дон, пусть кто-нибудь просмотрит все личные бумаги Реджи д'Эта — банковские счета, кредитные карты…

— Этим уже занимаются.

— Хорошо.

Грейс взглянул на часы. В 9.30 он должен быть у Элисон Воспер и каким-то образом успеть на встречу, назначенную на десять на другом конце города.

— Встретимся с вами здесь в 18.30. Все знают, кто что должен делать? Еще есть вопросы?

Зазвонил телефон. Ответил секретарь и через несколько секунд протянул трубку Гленну Брэнсону. Все смотрели на него, словно чувствуя, что пришли важные новости.

Брэнсон попросил звонившего минутку обождать, прикрыл рукой микрофон и сообщил:

— «Рено-эстейт» Брайсов найден на деревенской дороге рядом с шоссе А-23 возле Болни.

— Пустой? — спросил Грейс, зная ответ.

— Сгоревший.

73

Элисон Воспер, как всегда, была в начальственном наряде, когда он вошел к ней в кабинет ровно в 9.30. В животе у него, как всегда, запорхали бабочки. Она пугает его, он с этим ничего не может поделать. На него действуют язвительные манеры проклятой бабы, власть, которую она над ним проявляет. Не помогает и то, что он знает — она собирается достать его с помощью своего нового секретного оружия, суперинтендента Кэссиана Пью.

Элисон сидела за необъятным письменным столом, источая пикантный, но не сексуальный аромат духов, в черном пиджаке, отчего плечи казались массивными, в блузе цвета слоновой кости, с кружевным воротником. Ожидая грома и молнии, Грейс удивился — заместитель начальника полиции приветствовала его почти милой улыбкой и, открутив крышку бутылки с минеральной водой, сделала довольно жеманный глоток.

— Доброе утро, Рой, — проговорила она еще более сердечным тоном, чем улыбка и указала на красивое резное георгианское кресло перед столом: — Садись.

Столь добрый знак, недоумевал он. Ему редко предлагалось сесть на таких встречах. Или это, наоборот, очень дурной знак?

По-прежнему улыбаясь — определенно сладко, не кисло, — Элисон Воспер заключила:

— Итак, операция «Соловей» пока терпит фиаско?

— Я бы не сказал…

Она махнула рукой, прерывая возражения:

— У вас по-прежнему нет подозреваемого. Голова жертвы не найдена. Один потенциальный свидетель убит, а два других исчезли. Вчера вечером ваша бригада вновь ввязалась в погоню с превышением скорости, что привело к серьезной аварии.

Каким-то чудом Элисон все улыбалась, только тепло исчезло, сменившись откровенным удивлением. Грейс кивнул:

— Все идет не так, как нам хотелось бы. Нужен удачный прорыв.

Элисон закрутила крышечкой бутылку. На дворе стояло прекрасное утро, а в кабинете было сумрачно, тягостно.

— Вы отвлекаете огромные ресурсы. Если бы дали мне результат — одно дело, а пока я вижу лишь осложнения. Что мы имеем?

Грейс просветил ее на большой скорости. Закончив, ждал, заранее зная, что будет: в лучшем случае она поручит дело Кэссиану Пью вместе с ним, в худшем — уберет его, поставив вместо него Пью. К его изумлению, начальница не сделала ни того, ни другого.

Вытащила из аммонитовой подставки на столе тонкую черную ручку, задумчиво постучала по блокноту.

— Реально вам не управиться до четверти десятого завтрашнего вечера, правда? Если эти люди задумали убить мистера и миссис Брайс, а потом продемонстрировать это своим клиентам, кем бы те ни были, они вполне могут отснять убийство заранее. Может быть, Брайсы уже мертвы.

— Знаю.

Последовало недолгое молчание. Грейс смотрел в пол, чувствуя на себе взгляд Воспер. Подняв глаза, увидел в нем понимание. Несмотря на ее к нему антипатию, она хотя бы обладает достаточным профессионализмом, чтоб понять и признать: далеко не все проблемы, с которыми он сталкивается в этом деле, возникли по его вине. Но странно, что еще не упомянуто имя Кэссиана Пью. Чего она медлит?

И он спросил весьма нерешительно:

— Э-э-э… Наша встреча с Кэссианом состоится? Ты хотела, чтоб я повидался с ним нынче утром…

— Нет. Фактически не состоится, — объявила Воспер, сильней и быстрее постукивая по бумаге авторучкой, сама того не сознавая.

— Хорошо, — кивнул он, чувствуя облегчение и одновременно гадая, что заставило ее передумать.

И тут все прояснилось.

— Суперинтендент Пью прошлым вечером попал в аварию. Лежит в больнице со сломанной ногой.

Грейс не только с трудом верил собственным ушам, но и не мог поверить собственным глазам. Элисон вновь улыбалась. По правде сказать, почти незаметной улыбкой, но все же улыбкой. Улыбалась, словно сообщала, что ее пострадавший при столкновении протеже находится не в самом лучшем расположении духа.

— Мне очень жаль, — пробормотал Грейс. — Как это случилось?

— Вчера поздно вечером он сел в такси в центре Брайтона. Такси столкнулось с белым фургоном, который преследовала полиция.

Грейс тоже улыбнулся, не сумев сдержаться. Юмор висельника. Со временем он заражает всех работающих в полиции.

Отъезжая от офиса Элисон Воспер, он позвонил в Королевскую больницу графства Суссекс, узнать, пришел ли в себя доставленный вчера водитель фургона. В данный момент это сулило надежду добраться до похитителей Брайсов.