Ореховый посох - Скотт Роберт - Страница 131

— Пойдемте со мной в Прагу! Прямо сейчас! Прошу вас! Я должен, должен спасти Ханну!

— Нет, — ответил за всех Гарек. — Наша цель ясна: нам нужно отвоевать у Нерака этот ключ. Если же нам это не удастся, твоя Ханна станет всего лишь одной из миллионов его жертв — как в нашем мире, так и в твоем.

Стивен еще больше побледнел; казалось, он вот-вот упадет замертво. Он провел ладонью по лицу, стирая со щек слезы, и повернулся к Марку.

— Ты хорошо знаешь, куда нужно идти.

— Стивен, нет...

— Ты знаешь, куда нужно идти. Все время на север. Если на пути тебе попадется река, текущая по направлению к Ориндейлу, следуй вдоль этой реки. — Он посмотрел на Гилмора. — Подождите меня в Ориндейле. Я отыщу ее и вернусь.

— Ты должен остаться с нами! — Гарек начинал терять терпение. — Только ты знаешь, где лежит ключ Лессека.

— Марк тоже это знает.

— А если Марк погибнет в пути еще до того, как мы доберемся до дворца Велстар? — Гарек шагнул к Стивену. — Останься с нами! Вот победим Нерака, тогда и Ханне нечего будет бояться.

Стивен смутился; он чувствовал, что Гарек загоняет его в угол, и сердито набросился на него:

— Оставь меня! Отойди!

Он поднял свой посох, словно собираясь ударить Гарека, и тут же увидел острие стрелы, нацеленной прямо ему в грудь.

— Не стоит совершать подобных ошибок, Стивен, — ровным голосом промолвил Гарек. — Не скрою, на меня сильное впечатление производит твоя магия, и все же я заставлю тебя ткнуться носом в землю, прежде чем ты успеешь хотя бы подумать о том, чтобы направить против нас силу, заключенную в посохе.

Белое пламя вспыхнуло у Стивена между пальцами, и он, громко вскрикнув от боли, выронил посох.

Решив, что Стивен все же произнес заклятие, Гарек поморщился и выпустил стрелу. Но стрела так и осталась в луке с туго натянутой тетивой. Гарек, не веря собственным глазам, долго смотрел на нее, потом повернулся и увидел, что Гилмор стоит с закрытыми глазами, вытянув перед собой руки и повернув их ладонями вверх.

Не открывая глаз, старый маг промолвил:

— Мы не должны воевать друг с другом.

И лук Гарека сам собой медленно опустился, а стрела упала на землю.

— Гарек прав: без тебя, Стивен, нам Нерака не победить. И как только мы отыщем подходящее убежище, я попробую связаться с Канту, который сейчас в Праге. Но для этого мне потребуется целый день. К тому же мне придется отдать все силы, чтобы выполнить эту задачу, а я не могу так рисковать собой здесь, в лесу. Я постараюсь сказать Канту, что Ханна ищет его, и попрошу доставить ее во дворец Велстар. — Гилмор говорил уверенно, твердо, с явным сочувствием: так встревоженный отец пытается договориться с рассерженным подростком. — Не беспокойся, Канту непременно доставит ее на север в целости и сохранности, и она встретится с вами, а потом вы все вместе вернетесь домой.

Стивен чувствовал, что Гилмор прав. Несмотря на всю свою, почти нечеловеческую, потребность отыскать Ханну, он понимал, что действовать лучше всего именно так: завладеть ключом Лессека и тем самым обеспечить Гилмору необходимое для победы средство. И все же чувства бурлили в его душе, глуша разум настолько, что одна лишь мысль о том, чтобы остановиться и провести ночь в этой долине, приводила его в ярость. Разрываясь между желанием отыскать Ханну и необходимостью помочь друзьям, он совсем потерял голову. Ему вдруг стало очень холодно; пот, выступивший у него на лице и на шее, превратился, казалось, в ледяную корку; в глазах потемнело. Стивен, с трудом сохраняя сознание, поднял валявшийся в снегу посох и из последних сил ударил им по росшей рядом кривоватой сосне, выкрикнув нечто нечленораздельное.

Он продолжал что-то кричать, стоя лицом к лесу и, похоже, не замечая, что посох перерубил ствол дерева. Сосна рухнула на землю, подняв целое облако снежной пыли, и только тут Стивен умолк, глядя на посох и дивясь тому, что на этот раз он даже не треснул. Постояв так еще несколько мгновений, Стивен вдруг резко повернулся и побежал к вздымавшемуся неподалеку горному склону.

Непроизвольно нырнув в снег, когда упала подрубленная Стивеном сосна, Марк вдруг увидел перед собой — он мог бы в этом поклясться! — яркую вспышку неонового света и надпись «ХОЛОДНОЕ ПИВО». Почти сразу отринув мысль о том, что это просто галлюцинация, Марк приподнялся, опираясь о локоть и смахивая снег с лица, и заорал вслед уходящему Стивену:

— Постой! Погоди! Послушай!

— Ничего, — попытался успокоить его Гарек, — он скоро опомнится. Ведь невозможно долго по такому снегу бежать, да еще в гору.

Марк сердито набросился на него:

— Где была твоя голова? Ты что, его застрелить собирался?

— И не думал даже! — оправдывался Гарек. — Я просто не хотел, чтобы он против нас эту свою чертову дубинку использовал.

Саллакс с тупым видом смотрел на них. Бринн, заметив взгляд брата, еще сильнее встревожилась и умоляющим тоном воскликнула:

— Давайте остановимся прямо здесь! Может, Стивен еще вернется? Устанет и вернется. А Саллаксу отдохнуть нужно, пусть хоть немного в себя придет.

Стивен, с трудом переводя дыхание, как безумный мчался вниз по склону горы. Лес вокруг казался ему смешением зеленых и коричневых пятен, как попало разбросанных по призрачно-белому покрывалу. В голове буквально роились какие-то ошеломляющие идеи и образы, сменявшие друг друга, как в калейдоскопе, и он два раза сильно ушибся, когда, споткнувшись, упал и покатился по склону.

Но, едва поднявшись, каждый раз снова бросался бежать, высоко поднимая колени и с каждым шагом все больше уставая от этого бега по влажному глубокому снегу. Наконец бешеный прилив адреналина стал иссякать. Стивен почувствовал, что понемногу успокаивается, и в его душе проснулся спортсмен.

«Найди нужный ритм, — как заклятие повторял он себе. — Используй силу ног, а не легких».

Остановившись на минутку, он протер лицо пригоршней снега, вытер краешком плаща и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Сердце сразу стало биться ровнее, в голове прояснилось. Он решительно снял с себя плащ, аккуратно свернул его и с помощью тонкой кожаной тесемки приторочил к заплечному мешку. Вскинув мешок на плечо и придерживая его локтем, точно раздувшийся футбольный мяч, он взял в свободную руку ореховый посох и двинулся дальше.

Стивена сильно огорчило, когда больше никто за ним не последовал. И сейчас, едва ступив на расстилавшийся перед ним белой простыней нетронутый снег, он ощутил острую вину перед оставленными друзьями. Но тут же заставил себя выбросить из головы эти мысли и рысцой побежал к видневшемуся вдалеке горному перевалу. Ничего, с ними и без него все будет хорошо. Гилмор обеспечит им безопасность, а он, Стивен, непременно встретится с ними, как только отыщет Ханну.

Он, правда, толком не знал ни как попасть в Ориндейл, ни где этот Ориндейл находится, и уж совсем не представлял себе, как ему удастся переплыть Равенское море, но решил пока не думать об этом и просто бежал умеренной рысцой, пока не выровнялись дыхание и биение сердца. Он мог бы так бежать часами, оставляя в снегу глубокие следы, похожие на маленькие воздуховоды, ведущие в неведомые подземные покои, и вскоре действительно добрался до конца очередной лощины и начал подъем, стремясь поскорее добраться до зоны лесов. Он был уверен, что отыщет Ханну!

Помогли долгие годы занятий бегом; Стивен знал, что, пока он не перетрудил легкие, он сможет бежать легко и ровно в течение довольно длительного времени. Он слегка подкорректировал свой аллюр, стараясь, чтобы в ножные мышцы поступало достаточно богатой кислородом крови, но скорость все же постарался не снижать: если нарушить взятый темп, то возобновить его практически невозможно. Стивен принимал участие в десятках соревнований и чувствовал себя сильным, как лев, даже пробежав десять, а то и двадцать миль по шоссе, но стоило ему пересечь финишную прямую и остановиться, как он едва не терял сознание. На ходу хватая пригоршней снег и рассасывая его во рту, чтобы избежать обезвоживания организма, он слушал лишь собственное дыхание и ритм собственных шагов, и это успокаивало его, убаюкивало до состояния некоего полубодрствования.