Ореховый посох - Скотт Роберт - Страница 68

— Это корень фенны, — сказал Гилмор и протянул ему корешок. — Некоторые его сушат, толкут и добавляют в табак.

Марк удивленно поднял бровь:

— Ага, значит, даже и здесь время от времени раскуривают трубку мира!

Он понюхал корень и вернул его Гилмору.

— Ну, об этом я ничего не знаю, — пожал тот плечами. — Мне просто нравится порой жевать этот корень. Отлично бодрит и прибавляет сил.

— Ты мог бы наладить торговлю этими корешками и получать неплохую прибыль.

— Да, наверное, но материальная выгода меня никогда особенно не привлекала, — сказал Гилмор и тут же сменил тему: — Как твоя лошадь?

— Я ей имя придумал, — гордо заявил Марк.

— Вот как? И какое же? — Гилмору это, похоже, действительно было интересно.

— Злыдень.

В дом родителей Гарека они поехали не сразу; Гилмор настоял на том, чтобы они разбили лагерь в самом дальнем конце их земельных владений — на тот случай, если малакасийские шпионы уже засланы сюда и могут мгновенно сообщить о прибытии партизан. На обширных полях, которые Стивен с Марком заметили неподалеку, людей действительно было довольно много. Шла уборка урожая; возница объезжал на тележке поле, а сборщики отламывали початки кукурузы с высоких стеблей и бросали их в тележку. Но издали люди в зарослях кукурузы были почти не видны, и Стивен даже улыбнулся, глядя, как сотни початков как бы сами собой летят в повозку, похожие на выпрыгивающих из воды лососей, когда их косяки идут вверх по течению на нерест.

— Вам обоим прежде всего надо выспаться, — сказал им Гарек, спешиваясь и привязывая Ренну к тощему кусту кизила. — Сегодня мы переночуем здесь, а завтра еще до рассвета продолжим путь.

— Он прав, — согласился Стивен. — Ты ложись первым. А я пока покараулю.

— Почему ты?

— Я-то поспал, пока мы торчали в замке, привязанные к стене, а вот ты бодрствуешь уже почти двое суток.

Он посмотрел вслед Гареку, шедшему через поле к дому. Стебли кукурузы смыкались у него над головой, точно деревья, и вскоре он совсем скрылся из виду.

Бринн поспешно бросилась за ним вдогонку.

— Гарек! — крикнула она куда-то в заросли. — Принеси мне, пожалуйста, какие-нибудь шерстяные чулки или рейтузы. И башмаки у своей сестры попроси!

— Ладно, — донеслось из кукурузы.

— Ложитесь-ка вы оба спать, — сказал Марку и Стивену Гилмор. — Ничего с вами здесь не случится. Спите себе, сколько угодно. А на завтра у нас очень большие планы.

Марк не был уверен, что и с коня-то слезть сумеет, не говоря уж о том, чтобы защитить себя или Стивена, если на них нападут, пока они будут спать. Несмотря на преподанные ему Гилмором уроки верховой езды, сейчас он бы скорее предпочел бежать рядом с конем, держась за стремя, но только не садиться опять в седло. Чувствуя, что зад и поясницу у него буквально сводит от боли, Марк сдался.

— Ну и ладно, — сказал он Стивену, — давай тогда действительно ляжем спать. Если бы нас хотели убить, то давно бы уже убили.

— Пожалуй, — согласился Стивен, легко спрыгивая с коня. — И все же я на всякий случай немного покараулю. Хотелось бы успеть разбудить тебя, если снова этот алмор появится.

Марк без лишних слов расстелил себе одеяло под раскидистым деревом, очень похожим на бук, и через несколько секунд уже крепко спал. Стивен уселся под деревом, прислонившись к стволу, и твердо решил бодрствовать. Он сонно наблюдал за тем, как его спутники бродят по лагерю, готовят пищу, собирают топливо для костра, обихаживают лошадей, и спокойный, умиротворяющий ритм этой работы в сочетании с невероятной усталостью вскоре окончательно его убаюкал. Стивен сполз по стволу на землю и растянулся рядом с Марком под зеленым пологом густых ветвей.

Было уже темно, когда он, внезапно проснувшись, открыл глаза. И тут же обнаружил, что все тело у него болит после спанья на неровной земле да еще и в неудобной позе. Больно было даже пошевелиться, и Стивен, вместо того чтобы встать, лег поудобнее и стал смотреть, чем занимаются его новые друзья. От небольшого костра на темный полог леса ложились огромные темные тени, которые все время двигались, порой вырастая до небес, и некоторое время Стивен просто наблюдал за их фантастической игрой. Бринн аккуратно складывала у костра принесенный хворост; Гарек чинил прореху в своем кожаном заплечном мешке. Эти простые знакомые движения чудесным образом десятикратно увеличивались, проецируясь на темную стену леса; мирная деятельность людей, занятых самыми обычными делами, казалась грозной в исполнении черных, как обсидиан, сорокафутовых призраков.

Страх перед неизвестностью и тревога по поводу того, сумеют ли они когда-нибудь вернуться домой, вновь охватили Стивена; он даже глаза закрыл, чтобы не видеть того сюрреалистического представления, что разворачивалось в пляшущих языках костра на темной лесной опушке. Поерзав и отыскав более удобное положение, он вскоре вновь погрузился в благодатную дремоту.

Проснулся он, потому что Марк настойчиво тряс его за плечо. Протирая заспанные глаза, Стивен поспешно встал и присоединился к Марку. Весь их маленький лагерь гудел от возбуждения; Версен, Гарек и Бринн окружили какого-то, видимо только что прибывшего, человека. Стивену его лицо показалось знакомым — они явно встречались в Речном дворце. Гилмор сидел у костра и преспокойно курил трубку. Саллакса нигде видно не было.

— Что происходит? — тихо спросил Стивен у Марка.

— Это, по всей видимости, Мика, еще один из этих бан... хм... из здешних борцов за свободу. А второй — его зовут Джеронд — тоже должен был сюда явиться, но так до сих пор и не прибыл. — Марк опустился на колени возле своей постели и принялся тщательно скатывать одеяла. — Бринн, похоже, очень встревожена. Да и все они тоже. По-моему, они уверены, что с этим Джерондом случилось что-то совсем уж гнусное.

— А Саллакс где?

— Где-то в лесу — на страже стоит. — Марк помолчал, явно что-то обдумывая. — Странно, что Саллакс даже не потрудился никого предупредить, когда этот Мика шел через лес, так что его появление в лагере оказалось для всех полной неожиданностью.

— Может, он там уснул? — предположил Стивен.

— Не похоже на него. — Марк был явно заинтригован, и Стивен уже начал опасаться, как бы подозрительность друга не создала новых трений в его взаимоотношениях с Саллаксом, и без того натянутых до предела.

Когда же Саллакс наконец появился в лагере, то так радостно обнял Мику, словно испытал огромное облегчение. А узнав, что Джеронд так и не пришел и запаздывает по неизвестной причине, он предложил немедленно собираться и поскорее отправляться на север.

— О господи! Опять придется ехать на этом проклятом животном! — простонал Марк и тут же принялся усердно разминать ноги и спину.

Даже и теперь, устав до полусмерти и не успев как следует отдохнуть, он двигался с экономичностью и четкостью истинного атлета.

— По-моему, у тебя отличный конь, — сказал Стивен. — Чем он тебе так не нравится?

— Тем, что у него на уме одни гадости! — сердито буркнул Марк. — И поступь у него какая-то неровная; такое ощущение, будто одна нога у него дюймов на пятнадцать короче остальных.

Он принялся засовывать в скатку их со Стивеном немногочисленные пожитки.

— Пора, друзья мои, — подходя к ним, сказал Гилмор. — До рассвета уже меньше авена, а нам нужно поскорее убраться отсюда, и как можно дальше.

Марк заметил, что Бринн смотрит на него поверх горящего костра, и, поскольку отвернулась она не сразу, он попытался прочесть, что именно написано у нее на лице. Но для этого, наверное, было еще слишком темно. В одном Марк был совершенно уверен: все это время она наблюдала за ним и видела, как он засовывает свои вещички в скатку из одеяла, пока остальные торопливо собирались и уничтожали следы своей стоянки перед тем, как покинуть ферму Гарека.