Гонки на выживание - Норман Хилари - Страница 49

На следующий день после того, как издательство разослало по экземпляру книги по сорока заведениям, упомянутым в «Путеводителе Стоуна для людей с тонким вкусом», Кэт позвонила по внутренней связи в кабинет Даниэля.

– Андреас Алессандро на линии.

Даниэль выждал паузу.

– Примите сообщение, пожалуйста.

Через минуту она перезвонила:

– Господин Алессандро просил передать, что понимает, насколько вы заняты, но он и миссис Алессандро будут рады с вами встретиться за ленчем или обедом на этой неделе в любое удобное для вас время.

Даниэль ответил после минутного раздумья:

– Перезвоните ему, Кэт, и скажите, что меня устраивает завтрашний вечер.

Даниэль взглянул на свой ежедневник, раскрытый на столе. Завтра наступит четвертое сентября 1963 года. Он не помнил точной даты в том далеком сентябре двадцать лет назад, когда Андреас Алессандро спас не только его будущее, но и его веру в человечество, но разница в несколько дней все равно ничего не меняла. Ему хотелось знать, вспомнит ли Алессандро.

В четверть десятого вечера швейцар распахнул перед Даниэлем двери ресторана.

– Мистер Стоун, – приветствовал гостя возникший как из-под земли метрдотель. – Мистер и миссис Алессандро ждут вас.

Он провел почетного гостя к столику в самом дальнем углу небольшого помещения: в любом приличном ресторане имеется столик, расположенный в укромном уголке, за которым может без помех пообедать хозяин заведения.

– Добро пожаловать, мистер Стоун. – Андреас Алессандро поднялся из-за стола и крепко пожал руку Даниэлю. Их взгляды встретились. В глазах Андреаса не было ни искры узнавания. – Позвольте представить вам мою жену Александру.

Али Алессандро сидела в полутени, поэтому ее переменчивых серо-зеленых глаз, отмеченных светскими хроникерами, невозможно было оценить по достоинству, но он сразу обратил внимание на красоту тонких черт и безупречной кожи, подчеркнутую модной стрижкой «под пажа».

– Здравствуйте, – Даниэль отвесил легкий поклон и пожал ей руку.

– Я так рада нашей встрече, – сказала Александра, не сводя с него глаз. – Прошу вас, садитесь. Мы накрыли на четыре прибора, думали, может, вы захотите прийти не один.

Метрдотель убрал лишний прибор, и мужчины одновременно заняли свои места за столом. Даниэль ощупал обитый тканью подлокотник своего стула.

– Хочу сразу сказать мистеру Стоуну, что скорее всего именно три красных сердечка в его путеводителе спасли «Алессандро» от крушения. Мы вам бесконечно благодарны. – Александра с облегчением перевела дух и улыбнулась. – Ну, слава богу, с этим покончено. Теперь мы можем просто отдохнуть и получить удовольствие от встречи.

– Али, – упрекнул жену Андреас, – ты смутила мистера Стоуна. Такие вещи говорить вслух не полагается.

– Чушь! – ничуть не смутившись, откликнулась она. – Он прекрасно знает, что именно поэтому мы так настойчиво приглашали его на обед, хотя, конечно, это не единственная причина.

– Что привело вас в Нью-Йорк, Дэн? – спросил Андреас два часа спустя. – В моем случае это была американская жена. А у вас какая причина?

– Мне кажется, Дэн уже жил здесь когда-то. Так хорошо говорить по-английски… этому невозможно научиться в школе. А может, вы жили в Англии? – спросила Александра, поворачиваясь к Даниэлю.

– Скажем так: я по натуре цыган, – уклонился от прямого ответа Даниэль, улыбаясь ей.

Вначале Али Алессандро показалась ему царственной холодной красавицей, но он вскоре понял, что ошибся. Она была живая, обворожительная, подвижная. Не суетилась – если ее руки не были заняты ножом, вилкой или бокалом, она спокойно держала их на коленях. Но ее лицо, эти глаза, поминутно обращавшиеся то к нему, то к мужу по ходу разговора, эти волосы, падающие вперед и нетерпеливо заправляемые за ухо, украшенное бриллиантовой сережкой…

– Мы задаем слишком много вопросов, – вдруг заметила она. – Простите, Дэн, но вы должны нас понять: вы очень интересный человек.

– Причем весьма преуспевающий, – с любопытством добавил Андреас, – и, по всей видимости, почти без прошлого.

Даниэль пожал плечами, отметая вопрос.

– Поверьте, мое прошлое, в отличие от вашего, не сравнить с настоящим.

Андреас слегка нахмурился, и Даниэль понял, что раны, нанесенные ему аварией, все еще свежи, и касаться их нужно с осторожностью.

– Могу я переменить тему, Али, – предложил Даниэль, – и спросить о вашей карьере? До меня дошли слухи о потрясающих новых заказах. Это правда – насчет Вашингтона? Александра кивнула. Прошло уже две недели с тех пор, как ей позвонили из Белого дома, а она все никак не могла оправиться от потрясения. Предложение было не только лестным и весьма обязывающим, оно открывало головокружительные перспективы. Бремя ответственности за «Алессандро» соскользнуло с ее плеч и перешло к Андреасу, как только ресторан открылся, хотя она по-прежнему принимала живейшее участие во всех дискуссиях мужа с Рудесхаймом о дальнейшей судьбе заведения. Начиная с весны она вернулась к своим картинам. Произошедшее с мужем несчастье заставило ее пересмотреть многое в своей жизни и научило ценить то, что она раньше принимала как должное. Она еще больше сосредоточилась на работе, рука ее стала тверже, а манера письма увереннее. В заказах у Али Алессандро, современной героини Манхэттена, недостатка не было.

– Еще ничего не решено, – скромно ответила она.

– И вы не хотите говорить, кто будет позировать? – осведомился Даниэль. – Президент? Первая леди?

– Прошу вас, не надо спрашивать, – попросила Александра. – Я все равно не скажу.

Даниэль усмехнулся и перевел взгляд на Андреаса.

– Как насчет вас? Где откроется следующее отделение «Алессандро»?

– Разве одного мало? – удивился Андреас.

– Конечно, мало… для энергичного человека. – Он чуть было не сказал «для человека больших скоростей», но вовремя удержался, хотя намек все равно прозвучал. – Мы с Фанни… кстати, я очень надеюсь, что вы скоро с ней познакомитесь, прикидываем, где лучше: здесь, в центре города, или в Вашингтоне. А вы как думаете?

– Разве не разумнее сперва закрепить успех, а уж потом расширять дело?

– Не хочу прослыть хвастуном, но мне кажется, что трех сердечек вполне хватит для закрепления любого успеха. Неужели мы будем довольствоваться только одним «Алессандро»?

– Может быть, – пожал плечами Андреас. – А может быть, и нет.

– Нас троих объединяют две вещи: здоровое любопытство и чрезмерная скрытность, – улыбнулась Александра.

– Вероятно, нам всем нравится таинственность, – предположил Даниэль.

– Нет, это звучит слишком уклончиво. Как будто нам есть что скрывать.

– Возможно, у Дэна действительно есть свои секреты.

Александра бросила на мужа предостерегающий взгляд.

– Нет ничего плохого в том, что человек не любит распространяться о себе. Это традиционная европейская сдержанность. Уж тебе ли не знать – ты сам замыкаешься в себе, когда считаешь, что тебе так удобнее. – Ее глаза блеснули. – Мне кажется, Дэн прав. Чтобы занять твое воображение, одного ресторана мало.

Даниэль взглянул на часы.

– Мне пора прощаться. Уже поздно, а у меня на утро назначена встреча.

– Нет времени даже на рюмку коньяку?

– Спасибо, но – нет, – вежливо отказался Даниэль. – Все и так было прекрасно. Королевская лилия не нуждается в позолоте.

Он встал, наклонился, взял руку Александры и поднес ее к губам.

– Надеюсь, мы вскоре снова увидимся.

– Непременно, – улыбнулась она.

Андреас тоже поднялся.

– Я провожу вас.

На улице пахло свежестью после сильного дождя. Свободные такси, еще час назад редкие, как золотые самородки, теперь медленно катили в обе стороны по Парк-авеню, высматривая пассажиров.

Андреас крепко пожал руку Даниэлю.

– Рад, что вы приняли приглашение, Дэн, это было очень любезно с вашей стороны. Я прекрасно понимаю, такие встречи иногда вызывают неловкость, но…