Сегодня и всегда - Уилсон Кэрил - Страница 34

Кортни поднялась.

– Я ни одной минуты больше не собираюсь выслушивать вашу бессовестную ложь.

Кортни покинула гостиную, и Кэтлин последовала за ней.

– Что все это значит? – спросила Кэтлин по дороге в спальню, – это правда?

– А что ты сама думаешь?

– Мне многое кажется странным в вашей женитьбе. Ведь первую свадебную ночь вы с Брэндэном провели раздельно. Брэндэн спал в своем городском доме.

Кортни открыла рот от удивления. Откуда она все знает?

– Не смотри на меня так, – продолжала тем временем Кэтлин, – я не шпионю, но слуги… Они же все видят и сплетничают.

Кортни давно решила не посвящать Кэтлин в свою тайну. Во-первых, Кэтлин очень слаба, и ее нельзя волновать. Во-вторых, Кортни дала торжественное обещание Брэндэну и не намеревалась нарушать его из-за этой ведьмы.

– Ты любишь его?

Кортни давно ожидала этого вопроса.

– Да, – спокойно солгала она, – очень.

– Он думал, что ты беременна?

– Это злобная ложь…

В дверях появилась Мэрили. Такая же рассвирепевшая, как на балу в Эшланде по случаю ее помолвки, когда с ней случилась истерика.

– Это ты лгунья, – выкрикнула она, подходя ближе.

– Да как вы смеете? – возмутилась Кортни.

– Остановитесь, – встала между ними Кэтлин. – Мэрили, вам здесь не рады. Уходите. Я не намерена проводить канун Рождества в спорах с… – произнесла она хриплым слабеющим голосом, и вдруг, схватившись за грудь, упала.

Кортни в оцепенении смотрела на скорчившееся тело Кэтлин. У нее перехватило дыхание. Она не могла вымолвить ни слова. Ноги ее как будто приросли к полу.

– Смотри, что ты наделала, – завизжала Мэрили, – ты убила ее!

Кэтлин перенесли в ее спальню, а Клара послала за доктором Фарадеем. До приезда доктора Кортни сидела возле ее постели.

Жизнь Кэтлин висела на волоске. Кортни видела, что, несмотря на все старания доктора Фарадея, Кэтлин с каждым часом становилась все слабее и слабее.

Среди ночи Кэтлин очнулась. Слезы катились по ее щекам, и она тщетно пыталась стереть их слабеющей рукой. Кортни поднесла к своим губам ледяные пальцы Кэтлин.

– Хочу, чтобы ты знала, – начала Кэтлин хриплым голосом. – В эти последние несколько месяцев я была счастливее, чем когда-либо в жизни. Благодаря тебе. Судьба свела вас с Брэндэном. Если вы любите друг друга, вы преодолеете все напасти. Но даже если вы не любите друг друга, во что я отказываюсь верить, доверие и уважение станут прочной основой вашего союза.

Доверие и уважение! Слова звучали так, как будто их произносил иностранец на незнакомом языке. Их смысл никогда не был знаком Брэндэну.

– Вы должны отдохнуть, – настаивала Кортни, – доктор Фарадей…

– Иду, иду. – К Кэтлин приблизился доктор, протирая заспанные глаза.

– Не надо беспокоиться из-за меня, Чарльз, – сказала Кэтлин, пытаясь придать голосу сварливые нотки. – Мне необходимо поговорить с дочерью.

– Когда окрепнете.

– Наедине. Это очень важно.

Доктор немного замешкался, но потом согласился:

– Ладно. Всего пять минут, – сказал он сурово, – но после этого вы непременно должны отдохнуть.

– Когда я умру, у меня будет достаточно времени для отдыха.

Доктор вышел, и женщины остались вдвоем.

– Скажи мне, может быть, Брэндэн бесчестно обошелся с тобой? Может быть, поэтому вы и поженились?

Наступило напряженное молчание.

– Вам нельзя волноваться.

– Ну, скажи. Пожалуйста, – умоляла Кэтлин.

Кортни потупилась.

– Мы были любовниками, но я вышла за него замуж не поэтому.

– Скажи мне правду: Брэндэн повинен в смерти Сары? Причинил ли он ей какой-либо вред словом или делом?

Кортни долго не отвечала.

– Вам не надо думать о таких вещах.

Кэтлин испытующе рассматривала лицо Кортни, как бы стараясь запомнить каждую его черточку.

– Как много надо сделать, как много надо сказать. Постарайся понять Брэндэна. Он одержим дьяволом. Он ненавидит Гарретта за то, что тот так поступил с Морин, со всеми нами. Брэндэн хочет растоптать его.

– Морин? – Кортни вздрогнула при звуке этого имени.

Она увидела себя в Нассау с Брэндэном. Она вспомнила, что он говорил. «Кто такая Морин? Что связывает ее с Брэндэном и с отцом Кортни?»

Кэтлин, словно не слыша ее, разрыдалась.

– Гарретт… Уинстон… Что мы сделали с нашими детьми?

– Это невыносимо, – закричала Кортни, – зачем ты мучаешь себя понапрасну?

Глаза Кэтлин бессмысленно блуждали по сторонам.

– Не суди слишком строго. – Она скомкала одеяло. – Мне холодно. Возьми меня за руку, дитя мое. Я хочу видеть твое лицо. – Рука Кэтлин была холодна, как лед. – Когда-нибудь ты поймешь. И когда поймешь, простишь нас, всех нас. – Ее дыхание было затрудненным. – А до тех пор – доверие и уважение. Доверие и уважение защитит вас.

Это были последние слова в ее жизни.

Хотя Кортни и попросила дядю Эзру разослать телеграммы, от Брэндэна не было никаких вестей.

Через неделю после похорон Кэтлин Кортни получила письмо от Марка. Он сообщал, что, когда отец узнал о ее замужестве, его хватил апоплексический удар прямо в здании парламента. Сейчас он вне опасности, но ей все-таки следует приехать домой в ближайшие несколько месяцев.

Это письмо подтвердило ее догадки о том, что ее отца и ее мужа связывала неизвестная ей таинственная история. Может быть, Брэндэн соблазнил Сару с тайной мыслью жениться на ней именно в связи с этой историей, думала она. Мучимая подозрениями, она не могла больше жить в Эшланде и перебралась в Беллингэм Плейс.

В один из февральских дней, возвратившись с вечера поэзии, она обнаружила Брэндэна, стоящего в библиотеке дяди Эзры. Он смотрел на нее так пристально и сердито, что она вздрогнула, встретившись с ним глазами.

– Не ожидала тебя здесь увидеть, – сказала она, снимая лайковые перчатки и бросая их на стол.

– А я тебя.

Он почти не изменился, только щеки его были немного обветрены.

– У дяди Эзры хорошая библиотека, – сказал он, ставя книгу, которая была у него в руках, на место. – Пока я тебя ждал, я перелистал почти все книги. Чем ты занималась – покупками в Чарлстоне?

Его издевательский тон вызвал раздражение у Кортни, и без того сердитой.

– Не было никакой необходимости ждать меня.

Его глаза грозно потемнели.

– Что, по-твоему, я должен делать, узнав, что ты сбежала из нашего дома?

– Эшланд – не мой дом.

Он пропустил мимо ушей ее ответ.

– Я рад, что ты украсила последние месяцы жизни моей матери. При ее слабом сердце без тебя она так долго не протянула бы.

Эти слова поразили Кортни до глубины души.

– Ты знал, что она умирает, и все-таки бросил ее и уехал из Чарлстона?

– Я передал ее в надежные руки, – возразил он с видом человека, уверенного в собственной правоте.

– Как же ты мог уйти от ответственности?

– Наши постоянные ссоры только огорчили бы ее. Кровь отлила от лица Кортни.

– Может быть, то, что ты говоришь, справедливо, но, Брэндэн, ты должен был посоветоваться со мной. А ты просто сбежал, бросив все на меня.

Шрам на его щеке дернулся, но глаза оставались бесстрастными.

– Я не сбежал, Корт. Я стоял перед трудным выбором, и я его сделал. Это то, с чем мне приходится сталкиваться всю жизнь. Ладно, – сказал он, беря вою шляпу и трость, – прислуга уже упаковала твои вещи, так что скажи всем до свидания и поехали домой.

– Мой дом – Англия.

Глаза Брэндэна вспыхнули, но он мгновенно овладел собой.

– Ваш дом, мадам, там, где я живу.

– Я хочу расторгнуть наш брак, – холодно отрезала она.

– Что?! – Брэндэн подошел к ней и схватил ее за плечи. – Что за чушь! Я сделал серьезную ошибку, уехав отсюда. Я надеялся, что за время моего отсутствия ты все обдумала и поняла, как должна вести себя замужняя женщина. Но разлука сослужила мне дурную службу.

Кортни попыталась высвободиться из его рук, но он обхватил ее за талию, жадно вглядываясь в ее лицо.