Возвращение - Новиков Борис - Страница 74

И все же он был достоин уважения и пользовался им среди своих воинов. Кир, глядя джарктийцу в глаза, стиснул могучую руку Кертора, и тот ответил на пожатие с той же силой.

Маркус тихо кашлянул и, подойдя к воинам, вежливо поинтересовался:

– Командир, ты не забыл, что Кертор ранен?

Спохватившись, Кир кивнул нетерпеливо переминавшимся с ноги на ногу воинам Скорпиона. Двое солдат немедленно подбежали к своему бывшему командиру и торопливо принялись перевязывать его рану.

Глядя на Кертора, Кир всей спиной ощущал, как пеленарцы жаждут разразиться радостным ревом, поэтому, на мгновение обернувшись, метнул на крестьян предостерегающий взгляд. Мгновенно поняв, как надо себя вести, мнимые солдаты поспешно приняли невозмутимый вид.

Когда с перевязкой было покончено, Кертор, заметно хромая и морщась от боли, подошел к победителю. Кир уже успел убрать меч в ножны и вновь принялся жевать сушеные финики, услужливо поднесенные вездесущим Маркусом.

– Кертор, – спокойно проговорил Кир, – сейчас у меня предостаточно воинов, поэтому пока я не стану принимать твоих солдат к себе. Идите с миром, а если ты решишь когда-нибудь вернуться – приходи. Один. Я буду рад этому.

– Кир, – в тон ему ответил джарктиец, – древняя мудрость гласит, что нет в мире лучшего друга, чем бывший враг. Другая древняя мудрость утверждает, что нет опаснее врага, чем бывший друг. Я надеюсь, что новые друзья никогда не станут новыми врагами.

Вновь пожав победителю руку, Кертор отсалютовал мечом и направился к своему коню. За ним последовали его солдаты.

Дождавшись, пока дозорные не удостоверятся в том, что отряд Скорпиона скрылся за зеленой рощей, Кир с облегчением вздохнул и подобрал сиротливо валявшуюся в траве куртку. Почти в то же мгновение радостный многоголосый вопль разнесся над деревней.

– Я молил Амиру, чтобы она помогла тебе, Кир, – со счастливой улыбкой говорил Миран, заключая брата в объятия. – Она, несомненно, услышала меня.

– Разве могло быть иначе?! – добавила Лила, тоже подходя, чтобы поздравить победителя. – После всего, что мы для нее сделали…

Услышав эти слова, Миран нахмурился:

– Что ты имеешь в виду? – спросил он. – Что вы совершили такого, что считаете Пресветлую своей должницей?

– Это долгая история, брат, – ответил за девушку Кир.

В это время вокруг гремел праздник. Пеленарцы с песнями и плясками отмечали победу Кира над Скорпионом Кертором, все наперебой поздравляли и благодарили победителя, а Кораф орал во все горло что-то вроде: «Это мой сын!»

Однако самому виновнику торжества вскоре наскучило это веселье, и он поспешил покинуть трактир на окраине Пеленара. Маркус, разумеется, увязался за ним. Дожевывая жареного цыпленка, он выскочил из дверей и подбежал к неспешно разговаривавшим братьям.

– Старина, – глубокомысленно изрек он, вытирая рот рукавом, – я тут чуть на слюни не изошел от зависти, когда смотрел, как ты разбирался с Кертором. Слушай, может, ты научишь меня так фехтовать, а?

Кир с некоторым удивлением посмотрел на приятеля. Тот выглядел абсолютно серьезным.

– Ты не шутишь? – на всякий случай спросил он.

Маркус хрюкнул и помотал головой.

– А что, похоже, что я шучу?

Кир пожал плечами, прищурился и окинул Маркуса оценивающим взглядом. Рельефной мускулатурой парень не отличался, но определенно был гибок, ловок и быстр. Может, что-то и получится. В конце концов дрался же он с кочевниками, а затем с рыцарями-храмовниками и остался-таки жив. А ведь всем известно, что эти воины проходят прекрасную подготовку. Если бы не магия Хорга, едва ли они сумели бы выстоять перед их напором.

– Ладно, пошли, – пожал плечами Кир.

Маркус вытаращился на него.

– Сейчас?

– Немедленно. Пойдем на обрыв, там и воздух попрохладней, и народу почти не бывает. Миран, ты с нами?

– Да, я догоню вас, – ответил Миран.

Глядя на неторопливо шагающих по тропинке друзей, он тяжело вздохнул. Кир изменился настолько, что никогда не станет прежним. Хотя… Был ли он другим? С самого детства он видел лишь кровь и смерть, он сам стал убийцей, будучи восьмилетним мальчишкой. Нет ничего странного в том, что его имя внушало ужас жителям Делаи и прилегающих королевств. Миран вспомнил тот день, когда в Пеленаре узнали о том, что старший сын Корафа, покинувший город много лет назад, и кровожадный Черный Кир – один и тот же человек. Поседевший в тридцать лет мужчина, которому довелось бежать из уничтоженной Черной Армией деревни, едва не сошел с ума, когда увидел Мирана. Отпоив его вином, крестьяне услышали страшную историю о деяниях человека, как две капли воды похожего на юношу в белых одеждах послушника. Именно тогда Кораф отрекся от своего старшего сына…

Миран потер ладонью горячий лоб. Его снедали противоречивые чувства: горечь от того, что брат его теперь не сможет найти покоя до тех пор, пока не поймет, в чем его предназначение; и радость, которая разгорелась в его сердце, когда Кир вернулся домой и спас свой родной город от разбойников.

«Боги, какую судьбу вы приготовили моему брату?»

Прошептав короткую молитву, Миран поспешил к белоснежному зданию храма Амиры.

Эпилог

День едва родился, и солнце еще не разгорелось с полной силой, и оттого казалось розовым и нежным. Прохладный ветер тихо шелестел в листве зеленых деревьев, и его голос вплетался в разговор густых крон лесных гигантов. Лила стояла возле ворот с заплечным мешком в руках и смотрела на порхающих с одного шеста плетня на другой птиц. Перед ней Маркус и Кир молчали, не зная, что сказать на прощание. Девушка отбросила с глаз смоляную прядь и, смущенно теребя собственные пальцы, сказала:

– Спасибо вам, друзья, за то, что позволили мне пережить все то, что выпало на нашу долю с тех пор, как я увязалась за вами. Знаю, иногда я доставляла много хлопот, но поверьте, это время было лучшим периодом моей жизни.

– Думаю, и мы с Маркусом можем сказать то же самое, – добродушно усмехнулся Кир. – Пережитое принесло нам много боли, страданий и опасностей, но мы сумели выйти из них людьми, верящими не только в свою верную руку, но и в надежные плечи друзей. Спасибо тебе.

Лила шагнула к нему и, обхватив за шею, звонко поцеловала в щеку. Кир ласково похлопал ее по спине.

Оставив Кира, Лила робко подошла к Маркусу. Тот взял ее за руки.

– Я не могу пойти с тобой, Лила, – сказал он. – Я не могу оставить Кира, по крайней мере сейчас, но когда-нибудь…

– Да, когда-нибудь, – тихо засмеялась Лила. – Мы еще встретимся…

Снисходительно усмехнувшись, Кир отошел к лошади, приготовленной для девушки, и принялся проверять подковы. Маркус и Лила покосились на него.

– Ты прав, Маркус, – сказала девушка. – Сейчас ты должен быть с ним. Я чувствую, что ты нужен Киру. Он еще толком не осознал, что обрел в конце своего пути, и ты должен помочь ему не потерять этого. Пройди с ним до самого конца. А я просто подожду, когда мы снова увидимся.

– Заметано, – кивнул Маркус. – Я найду тебя, как только смогу.

Наклонившись, молодой человек коснулся кончиками пальцев ее щеки и нежно поцеловал в губы.

Кир с непонятной грустью смотрел на них, поглаживая мягкую конскую гриву. В памяти его всплыла незамысловатая шутка его приятеля Геракиса: «Вот и подрос паренек, а я и не заметил…» Увидев, что Лила наконец вырвалась из объятий Маркуса и смотрит на него, Кир подвел лошадь и помог девушке сесть в седло.

– Прощай, подружка, – сказал он, улыбнувшись.

Лила ответила ему тем же и, отвернувшись, пустила жеребца легкой рысью навстречу восходящему солнцу.