Круглый год - Радзиевская Софья Борисовна - Страница 83

— Сашок! — успел только крикнуть Андрейка. И направил лыжу, которую нёс в руках, волку в грудь. Удар с разбега был так силён, что на землю покатились оба: волк и мальчик. Саша обернулся, но выстрелить ему не пришлось: перед его глазами что-то мелькнуло, и волк упал на снег. Из разрубленной шеи хлынула кровь, волк захрипел и затих.

— Домой бегите! — кричал дед Никита, размахивая топором. — Домой, пока они не опомнились!

Андрейка, пытаясь встать, вдруг отчаянно вскрикнул от боли в ноге. Дед Никита нагнулся и одной рукой вскинул Андрейку на плечо.

— Домой! Домой скорее! — Но разноголосый вой и рычание заглушили его голос.

Тёмные тени выскочили из кустов, отрезая им путь вверх к избушке. Волков было трое. Передний оскалился и медленно зевнул, не сводя глаз с деда Никиты, стоявшего с Андрейкой на плече. Поднимая мальчика, старик выронил топор и теперь стоял в нерешительности, боясь нагнуться.

— Андрейка, можешь стоять? — спросил дед Никита.

В эту минуту раздался такой пронзительный крик, что даже волки обернулись. Увязая в сугробах, навстречу бежала бабушка Ульяна.

— Прочь ступайте, проклятые! — крикнула она, размахивая пылающими головнями, с которых роем сыпались сверкающие в вечернем сумраке искры.

— А-а-а-а… — И она швырнула одну головню прямо в переднего волка. Тот с визгом увернулся и отскочил в сторону.

— Домой! Домой! — кричала бабушка Ульяна. — Бегите, пока горит!

Дед Никита с Андрейкой на плече кинулся вверх по тропинке. В этом месте снег сдуло ветром и бежать было легко.

— Не стреляй, Сашок! Береги заряд! Они у самого дома хуже остервенятся. Бабка, а ну маши, а ну маши!

Но бабушка Ульяна и так махала с удивительным проворством: теперь головня, раздуваемая ветром, пылала ярким пламенем. Саша, держа ружьё наготове, бежал за дедом Никитой, поминутно оглядываясь. Бабушка Ульяна шла последняя. Волки держались с боков и сзади, огонь отражался в их глазах, и они отворачивались от него и молча скалили зубы.

Однако головня уже гасла, искры сыпались меньше, и волки снова начали приближаться.

— Гаснет! — с отчаянием крикнула бабушка Ульяна. — Ой, бегите скорей!

— Не отставай, бабушка! — закричал Саша. — Вперёд иди! Я останусь!

Но тут от сильного взмаха головня вырвалась из рук старухи и с шипеньем погрузилась в сугроб. Бабушка Ульяна с криком кинулась за ней, но выхватила из сугроба лишь мокрую тлеющую обугленную палку. В ту же минуту волки, как по команде, загородили тропинку, ведущую к дому. Они сторожили каждое движение людей.

— Теперь стреляй, Сашок, — твёрдо сказал дед Никита и остановился. — Цель в переднего и беги к дому, не оборачивайся!

Саша поднял ружьё. Передний волк остановился и присел для прыжка. Но тут дверь хаты широко открылась и из неё вылетела пылающая головешка.

— Прочь! — крикнул дрожащий детский голос. — Прочь пошли!

Волки с визгом отскочили с тропинки в снег. Дед Никита кинулся вперёд. Бабушка Ульяна и Саша за ним. На бегу Саша приложился и выстрелил, почти не целясь. Страшный визг и рычание показали, что заряд попал в цель.

— Сашок, Сашок! — отчаянно кричала бабушка Ульяна, уже стоя на пороге. — Беги!

Одним прыжком Саша оказался у двери, втолкнул бабушку Ульяну в избу, захлопнул дверь и задвинул тяжёлый деревянный засов.

И было пора: что-то тяжёлое ударилось снаружи в дверь, послышались злобное рычание и грызня. Волки, разозлённые исчезновением добычи, которую они уже считали своей, дрались, как свора собак.

Дед Никита положил Андрейку на нары и сел около него, опустив голову и тяжело дыша. Бабушка Ульяна обхватила руками Сашину голову и, прижимая к себе, заплакала.

Немного успокоившись, старики раздели и осмотрели стонущего Андрейку. Волчьи зубы сдавили ногу сквозь толстый меховой чулок, и она уже, начала опухать.

— Ладно, я ещё подоспел, — сказал дед Никита, пока бабушка Ульяна прикладывала к ноге мокрую тряпку.

— Спасибо, — тихо ответил Андрейка. — И тебе спасибо, Сашок, что меня не покинул.

— Как это не покинул? — переспросил дед Никита, но бабушка Ульяна замахала рукой, чтобы все утихли, и нагнулась, прислушиваясь.

— Это кто там? — спросила она.

Под нарами что-то зашевелилось, и опять послышался тихий стон. Бабушка Ульяна опустилась на пол и заглянула под нары.

— Гришака! — удивилась она. — Что ты там делаешь?

— Лежу, — послышался не сразу голос Гришаки.

— А ну вылезай оттуда! — распорядился дед Никита и, не дождавшись ответа, нагнулся, засунул руку под нары.

Показалась маленькая съёжившаяся фигурка Гришаки. Он поднял кверху руку с растопыренными пальцами. Бабушка Ульяна всмотрелась и вскрикнула:

— Дитятко ты моё, да что это ты с руками сделал?

— Головешку… — медленно, как всегда, проговорил Гришака, но не удержался и застонал. Обожжённые руки его покрывали пузыри.

Дед Никита хлопнул себя ладонью по голове.

— А мы и не подумали — кто это нам помощь дал? Головешкой-то! Не будь Гришаки — ни один бы до крыльца не дошёл.

— Хлопчик ты мой, — засуетилась бабушка Ульяна с перевязкой. — Да чего ж ты голыми руками за головешки хватался?

— А чтобы вас волки не съели, — ответил Гришака.

— Чего ж ты под нары запрятался? — допытывалась бабушка Ульяна и, обняв Гришаку за плечи, ласково заглянула в упрямые глаза.

— Плакать! Чтобы не видали! — сердито отозвался он, но вдруг, не выдержав, уткнулся головой в руки бабушки Ульяны и горько заплакал.

Утром перед домом на вытоптанном и залитом кровью снегу остались только обрывки шкуры и чисто обглоданные кости. Волки поужинали убитыми товарищами. Следы показывали, что они долго кружили около сарая и даже забирались на крышу, но дедова постройка выдержала испытание.

Волки с передатчиком

Сколько интересного о птичьих перелётах и о многих происшествиях в птичьей жизни узнали мы, когда начали кольцевать птиц. Теперь уже и до зверей добрались. Поймают косулю, укрепят на ушке тоненькую пластинку, а на ней — дата, где и когда надели серёжку на ушко. А рыболовы — исландцы и норвежцы — начали метить… селёдок. Выстрел из особого пистолета — и тонкая металлическая пластинка пробивает стенку селёдкиного брюшка. Готово. Не очень приятно, конечно, но самочувствию это не вредит. Стая рыб уплыла, её где-то выловили, поймалась и меченая. По пластинке весь путь стаи известен. А как же меченую узнали? — спросите вы. Очень просто: весь улов рыбы из сети двигается по конвейеру. Сильный электромагнит «чувствует» железную пластинку в теле рыбы, и она сбрасывается в специальный люк. Готово: пластинка найдена и прочитана.

В Канаде устраивают радиоохоту на волков. Правда, сначала требуется поймать волка. На спину ему прикрепляют крошечный передатчик, который непрерывно посылает сигналы на приёмную станцию. Волк не подозревает, что теперь каждый шаг его известен. Он спешит найти стаю и к ней присоединяется. Теперь станции известен путь стаи, в которой находится невольный предатель — меченый волк. Охотники выбирают удобное место, окружают стаю и уничтожают её, оставляя одного волка-наводчика. А тот, оставшись в одиночестве, находит новую стаю и к ней присоединяется. Тогда всё повторяется.