Мой единственный рыцарь - Лейтем Джулия - Страница 28

Он немного помолчал, потом сказал:

– Лига для меня теперь ничего не значит.

Анна посмотрела на него с удивлением:

– Но в Олдерли ты говорил о Лиге так, словно это лучшее, на что может надеяться рыцарь. А Элизабет говорила, что тебе отказали и… – Анна в смущении умолкла.

– Неужели ты полагаешь, что сможешь затащить меня в Лигу за собой? – спросил Филипп. Его эта мысль скорее позабавила, чем оскорбила. – Теперь у меня есть другие дела, леди Розамонд. Не следует заботиться обо мне. А если тебя действительно попросят присоединиться к Лиге, то подумай об опасностях, с которыми ты можешь столкнуться.

– Эти опасности могут ожидать меня только раз в год, – ответила Анна. – Но я надеюсь убедить их, что была бы рада служить и больше.

– А что ты будешь говорить своему мужу? – осведомился Филипп и тут же нахмурился – ему представилось, как какой-то другой мужчина сжимает Анну в объятиях.

– Я не собираюсь выходить замуж, – заявила Анна. – У меня есть более важные дела.

Он уставился на нее в изумлении:

– Более важные? Но какая женщина не хочет выйти замуж?

– Женщина из Лиги.

Филипп молча пожал плечами. Он не мог ей сказать, что она скорее всего теряет время впустую.

«Пусть решает сама», – подумал он.

Стоя бок о бок, они напряженно вглядывались во тьму. Понимая, что им, возможно, следует уйти, Филипп все же молчал; он чувствовал, что мог бы стоять столько, сколько Анна захочет, потому что ему очень хотелось находиться наедине с Анной, именно с ней, а не с леди Розамонд.

Внезапно она вздрогнула и сказала:

– Кажется, веревка снова стала тугой.

Оба тотчас же отступили подальше от лунного света. А через несколько минут в амбразуре появился сэр Дэвид. Ступив на дорожку, он долго осматривался. Затем вытащил что-то из мешочка на поясе, после чего потянул на себя веревку. Он стоял к ним спиной, и они не видели, что он делает, однако заметили, что вскоре он снова бросил веревку вниз. Потом, в очередной раз осмотревшись, схватился за нее и исчез из виду.

Анна разинула рот и взглянула на Филиппа. Затем оба бросились к веревке и стали ее разглядывать. Посмотрев вниз, Анна с изумлением пробормотала:

– Он так быстро спускается… Ой, а теперь кто-то очень быстро поднимается!

– Это устройство со шкивами, – с восхищением проговорил Филипп. – Я никогда не видел такого, но много слышал об этом. Вес Дэвида поднимает вверх другого человека, понимаешь? – Посмотрев на того, кто поднимался на стену, Филипп прошептал: – Отойди подальше.

Они снова отступили в тень и тотчас же услышали чей-то стон. Немного помедлив, Филипп шагнул к краю стены, чтобы помочь поднимавшемуся. Увидев сверкнувший в лунном свете кинжал, произнес:

– Это я, Джозеф. Все в порядке.

– Помоги мне, – пробурчал рыцарь.

Филипп протянул ему руки, и Джозеф, ухватившись за них, отделился от перекладины, которая была привязана к веревке.

– Еще немного, – пробормотал Филипп.

– Да, сейчас…

Несколько секунд спустя Джозеф свалился на дорожку и снова застонал. Потом, приподнявшись, пробормотал:

– Я повредил колено… – Тяжело дыша, он внимательно посмотрел на Филиппа, затем перевел взгляд на Анну. – Почему вы последовали за нами?

Филипп пожал плечами:

– Так получилось…

– Тогда помогите убрать шкивы, чтобы другие тоже могли взобраться.

Прошло совсем, немного времени, и Дэвид с Уолтером также поднялись на крепостную стену.

Увидев Филиппа и Анну, Уолтер нахмурился, однако промолчат. Филипп же, окинув взглядом рыцарей, спросил:

– Что-нибудь обнаружили?

Сэр Уолтер несколько секунд вглядывался во тьму за крепостной стеной; чувствовалось, что он чем-то встревожен.

– Мы обследовали ближайшие окрестности и видели место чьей-то стоянки. Эти люди ушли совсем недавно, даже угольки костра были еще горячими. Если бы это были обычные путники, то они, находясь так близко от замка, могли бы укрыться в нем на ночь. Но эти люди поступили иначе.

– Мы смогли найти их следы, – продолжил Джозеф, – и подошли к ним совсем близко. Но они были верхом и, добравшись до равнины, ускакали. Тогда я и повредил себе колено.

– Возможно, это самые обычные разбойники, которые ничего про нас не знают, – предположил Дэвид.

Уолтер медленно покачал головой:

– Нет, не думаю. Чутье подсказывает мне, что это не так. Полагаю, что за нами все еще следят, но, похоже, эти люди не хотят повторять прежнюю ошибку, поэтому и не нападают на нас.

– Наверное, они все еще считают, что я леди Розамонд, – сказала Анна. – Но они не уверены, что эта леди слышала беседу заговорщиков.

– Совершенно верно, – кивнул Уолтер. – Но они узнают, что графиня все слышала, когда поймут, что ее подменили. Поэтому тебе надо держаться от них подальше.

На следующее утро, после молитвы, сестры лорда Эгмантона устроили для Анны экскурсию по женской половине замка и показали ей комнаты для шитья, а также ткацкие комнаты. Леди Эгмантон при этом не присутствовала, и Анну ее отсутствие вполне устраивало.

Ближе к полудню в замок прибыли бродячие менестрели и музыканты. Леди Эгмантон тотчас же засыпала гостей вопросами – ей ужасно хотелось узнать последние новости. Один из музыкантов, настраивавший свою лютню для вечернего пира, подробнейшим образом рассказал баронессе все, что только мог. Сначала он развлекал хозяйку замка любовными историями из жизни короля и его родственников, но потом вдруг помрачнел и со вздохом сказал:

– Миледи, моя последняя новость будет не столь для вас приятной… Ужасная смерть – и вовсе не от случайности.

Анна с Филиппом переглянулись – тот неподалеку играл в шахматы с сэром Уолтером.

– Кого-то убили? – с живейшим интересом спросила баронесса.

– Леди Стаплхилл была найдена мертвой в своей постели. Это случилось недели две назад. – Музыкант снова вздохнул и перекрестился.

Маргарет, подававшая Анне бокал с вином, в изумлении разинула рот. Анна же смотрела на побледневшую служанку с не меньшим удивлением, она не понимала, почему Маргарет так взволновала эта новость.

– Выходит, ее убили? – оживилась леди Эгмантон.

Музыкант кивнул:

– Да, миледи. Она была найдена с кинжалом в животе.

Почти все сидевшие в зале начали в тревоге переглядываться. А Анна вдруг подумала о том, что леди Розамонд скорее всего была знакома с этой женщиной – только так можно было объяснить волнение Маргарет.

Словно прочитав ее мысли, леди Эгмантон повернулась к ней и спросила:

– Леди Розамонд, а вы знали леди Стаплхилл? Она не намного старше вас, и я уверена, что она находилась при дворе, когда вы там были.

– Я знала ее, но очень плохо, – ответила Анна. – Ах, такая трагедия! – Она повернулась к музыканту с лютне. – А этот ужасный убийца схвачен?

Тот покачал головой:

– Как ни прискорбно, миледи, но его не схватили. И вообще, это очень странная история… Как убийца мог проникнуть в комнату, находившуюся под надежной охраной?

– Ее мужа не заподозрили? – спросила леди Эгмантон. Анна заметила, что Филипп смотрит на сэра Уолтера с подозрением. А сэр Уолтер с сэром Джозефом были на удивление спокойны, словно ничего особенного не услышали.

– Ее муж был убит горем. У него остались двое детей, – продолжал музыкант. – Считают, что у него не было никаких причин ее убивать.

– А может, у нее был любовник? – допытывалась баронесса.

– Ах, леди Эгмантон… – Анна поднялась на ноги. – Что-то мне не по себе от этой новости. Я хочу немного прогуляться. Ваш сын все еще беседует со стюардом?

Пожилая дама с улыбкой кивнула:

– Да, беседует. И он будет занят большую часть дня.

– Какая досада… – пробормотала Анна, испытывая огромное облегчение. Она очень надеялась, что охота не состоится. Повернувшись к рыцарям, Анна добавила: – Я хочу немного прогуляться верхом, если не возражаете. Кто-нибудь проводит меня?

Хотя Маргарет явно не хотелось покидать зал, Анна увела с собой и ее. Они вышли во двор и остановились в ожидании – конюхи седлали их лошадей. Приблизившись вплотную к служанке, Анна шепотом сообщила ей, что они не отъедут далеко от замка. Ей вообще не хотелось покидать крепость, однако у нее не было другой возможности поговорить с Маргарет с глазу на глаз.