Хозяка - Табоякова Ольга Александровна - Страница 10

— Хорошо, — Укул расценил, что это мелочь по отношению ко всему наследству. — Чех, а кто ты вообще? До этого всегда кричали. Так сложно договорится, ничего подходящего.

Я сделала вывод, что предыдущие две барышни выразили сильное несогласие. Может у них были и тылы, а я одна-одинешенька, не считая Мурки.

— Понимаете, Укул, все дело в том, что это моя профессия, — я врала, но главное в жизни репутация. — Я успешно решаю чужие проблемы с выгодой для себя.

— Да? — Укул вдруг стал бояться меня.

— Я не скажу, что профессионал, но крепкий любитель. Так сказать, это мое призвание, за которое хочется получить вознаграждение, — я несла это с таким уверенным видом, что он купился. Я же думала, как хорошо смотреть фильмы. Вот, не предполагала, что мне это пригодится когда-либо.

— А на заметке? — спросил он. Было ясно, что это его беспокоит. Укул тревожно нахмурился.

Я же понять не могла, о чем он спрашивает. На всякий случай покачала головой.

— Как можно, я же любитель, — я положила руки на стол и зеркально отразила позу собеседника. Где-то читала, что это помогает найти общий тон разговора.

— Хорошо, — согласилася Укул. — Проверку на связи со стражами устроят обязательно.

Мне стало понятно, что он говорил о том, не сидела ли я в тюрьме и не состою ли на учете у них. Пока я раздумывала, Мурка зашевелилась. Я открыла клетку. Моя киса высунула нос и стала внимательно изучать новое место и нового человека. Укул рассеяно протянул ей руку, чтобы обнюхала. Мурка долго и тщательно проводила свои кошачьи исследования.

— Так мы говорили, — я вернулась к реальности, — что надо стать самой достойной для вашего отца. Но мне не ясно, как вы выдадете ему меня за дочь?

— Я точно знаю, что был ребенок. К тому же я сходил к гадалке, — признался Укул.

На мой взгляд такой метод определения отцовства является новаторским, но возражать я не стала.

— Когда-то у вас был ребенок? Но вы не знаете, где он сейчас? Так вы можете выдать кого-угодно за свою дочь? — Я слушала дальнейшие объяснения Укула и наблюдала за Муркой. Она оставила излишнюю кошачью осторожность и выбралась из клетки. Теперь все надо было обследовать.

— Да, — он порывался вскочить, даже дернулся, но так же быстро успокоился.

— Укул, а как вы представляете, что я буду говорить про вашу женщину, которая вроде должна являться моей матерью?

— Ну, так она же умерла, но ребенка оставила своим родственникам, — прямолинейно сообщил мой новоявленный папаша.

Затем мне удалось из него вытянуть нужные подробности. Сам он старший сын. Когда-то у него был роман. Женщину звали Мариленой. Известно, что она родила от него ребенка, судьбой которого Укул не интересовался. Он занимался бизнесом. Укул скромно умолчал, но я так поняла, что это нечто связанное с незаконной деятельностью. Причем Укул занимался ею с переменным успехом, что крайне раздражало его отца. Видимо, это и есть причина недовольства его отца, а моего названного деда.

Деда, которого предстояло охмурить зовут Чукмедал. На этом имени я еле удержала истерический смех.

Конкурентами Укула в получении наследства являются его сестры Шер и Альна, а вернее их дети. У Шер два сына. Зовут Мечшер и Чукшер. У Альны дочка, которую зовут Мина.

Шер рано вышла замуж, при этом по согласию отца. Всю жизнь Шер слушалась отца, почему же он считает ее не достойной, Укулу так и не ясно.

Что касается его второй сестры Альны, то здесь все ясно. Она родила вне брака. Дочка у нее больная и почти не выходит из дома. Мина отпадала, как конкурент.

Из названных двоюродных братьев больше всего следует опасаться Чукшера. Тот хитрый, изворотливый и расчетливый. Мечшер более простой и занят лишь своими мускулами.

Чукмедал инвалид, ездит в коляске. С ним неотлучно находятся трое охранников. Живет он в своем роскошном доме у центральной площади Сайхая, а летом в резиденции за городом. Что мир, что столица называются одинаково.

— Так ты, — мы в процессе разговора перешли на ты, — считаешь, что сможешь им доказать, что я твоя дочь?

— А чего доказывать? Главное, признает ли тебя дед, — Укул не понимал моих сомнений на этот счет.

До этого он сообщил мне по какой методике искал свою дочь, я подумала, что гадалки здесь используют женскую логику: пятьдесят на пятьдесят. Благодаря гадалкам Укул был уверен, что его дочь должна находится на Фагане, у нее сумасшедшие глаза, длинные ноги, родинка на щеке и тридцать восьмой размер ноги. Да, еще известен возраст. Но мне не подходил на год. Но ведь его орлы не спросили мой возраст. Остальные приметы сошлись и ладно.

— Как с тобой тяжко, — я вздохнула. К этому моменту Мурка уже закончила исследовать помещение и вернулась к нам. Она лежала между нами на столе и помахивала своим роскошным хвостом. — Укул, что надо сделать, чтобы получить наследство?

Укул всерьез задумался. Я поняла, что этот вопрос не просчитан. В своих планах Укул не шел дальше этапа «нахождения» дочери. Теперь ясно с чего дед не считает его достойным наследником.

— Ладно, оставим. Почему твои люди сказали, что у вас всего пара часов?

— Потому, что сегодня Чукмедал пригласил нас всех на ужин, — Укул пожал плечами. — Я должен явиться со своей дочерью. Отец выразил желание познакомиться с ней.

— Со мной значит. А ты не боишься, что появится твоя настоящая дочь?

— А чего бояться? — Укул опять не понял моего беспокойства. — Кто об этом знает?

— Сколько это может занять? — меня сильно волновало, что Чукмедал может прожить очень долго. Я же не могу вечно изображать дочь Укула.

— Так, как он официально объявит кому все отдает, так все…дело сделано, — Укул объяснил, что здесь для получения наследства не обязательным является условие смерти его отца. Я разъяснила обычаи своего мира. Укул был в шоке. Он пару раз обозвал нас «детьми Черных». Я так и не поняла, о чем он говорит. Вроде расистом он мне не показался.

— Так, что пора ехать? — я себя не узнавала. Раньше от подобной перспективы я бы взвыла, а сейчас море по колено. Может дело в том, что меня уж слишком часто швыряет в разные стороны за очень короткий период времени.

— Скоро, — Укул опять поверил в меня.

Во время нашего разговора он несколько раз менял свое мнение обо мне и нашем возможном сотрудничестве.

— Так я поеду с тобой к твоему отцу, там семейное сборище на пару часов, а дальше дед принимает решение? — на мои перечисления Укул подтверждающе кивал. Но что-то мне не верилось, что все будет так просто. — Я согласна, но на двух условиях.

— Говори, — Укул был готов слушать и обсуждать.

— Первое, я хочу некоторую сумму на приобретение спокойной жизни себе в будущем, а второе — защита на время операции. А потом, естественно, назад на Фаган.

Я знала, что нельзя требовать невозможного. Укул должен думать, что может мной управлять. Про деньги мы говорили, оставалось лишь разобраться с его людьми. Я постаралась предложить наиболее приемлемый вариант для себя. Я прекрасно понимаю, что Укул не оставит меня одну, что ж путь лучше охраняет, чем стережет.

Лицо у моего нового папаши вытянулось. Не ожидал, что я такого затребую. Первое и последние условия в стандарте, а вот охрана неожиданна.

— Хорошо, — он встал и научил меня, как в их мире скрепляют договор. Надо было стукнуть по рукам, в самом прямом смысле этого слова. Я подставила ладони, он стукнул, потом наоборот.

Укул подошел к двери, открыл ее и пригласил своих помощников. Пока они спускались, я думала, что главным для меня остается вопрос: «Как выбраться из этого мира?». Укул меня не выпустит, надо попытаться разобраться, как перемещаются его люди.

— Это Рыжий, — представил мне типа с рыжей шевелюрой Укул. Одноглазого в морской тельняшке назвали Вшах, а третьего с ножом в руках, который он так и не убрал, представили как Ажа. — Чех, — после того, как он их назвал мне, он меня назвал им. — Моя дочь и чтобы косого взгляда не было.

Аж восхитился моей пронырливостью, я ясно прочла это в его глазах. Рыжий мне весьма искренне улыбнулся. Кажется он простоват. Надо с него начать обработку людей Укула. Одноглазого было не понять. Он потоптался на месте.