Гэбрил Сухарь - Данилов Дмитрий - Страница 67

Я остался в одиночестве. Призрак исчез, у меня не было времени разглядеть куда именно. Да и что он мог сделать?

— Ну, что, забавный червяк, страшно? — орк находился на расстоянии вытянутой руки и улыбался зловещей улыбкой.

— А тебе? — спросил я, нажимая на курок пистолета, направленного ему в грудь.

Вместо выстрела послышался сухой щелчок. Осечка! Я снова нажал на курок и снова осечка. Что за ерунда? Огнестрельное оружие не лишено недостатков, и осечки не являются редкостью, но почему это произошло именно сейчас?

Орк торжествующе ухмыльнулся.

Я выругался. Биться с орком на мечах — сущее безумие, но что оставалось делать? Орк превосходил меня силой, умел быстро двигаться, осталось выяснить, насколько хорошо владеет ятаганом. Вдруг мне повезло, и эта тварь в детстве прогуливала уроки фехтования?

Я сделал выпад, но орк отбил его с лёгкостью. Да, мне попался достойный противник, способный порубить меня в капусту, не успев даже вспотеть.

— Только не бросай меч, червяк, — сказал орк. — Если ты его бросишь, я убью тебя, но не сразу — ты будешь долго мучаться перед смертью. О, я умею тянуть из вас, червяки, все жилы. А потом, когда мне надоест пытать, я сделаю из тебя верного слугу — зомби. Хочешь стать зомби?

— Я хочу только одного — сплясать на твоей могиле.

— Наивный дурачок! Тебе со мной не сладить.

— Я всё же попытаюсь.

— Это мне по душе. Запомни, червяк — ты будешь жить, пока сражаешься. Ты же хочешь жить, червяк?

— Тебе хочется, чтобы я умер уставшим? — спросил я.

— А ты наглый, червяк, — хмыкнул орк. — Ещё находишь в себе силы пошутить.

— Толи ещё будет, когда я надеру тебе задницу. Жаль только, что ты не услышишь моих шуток.

— Ну и нахал!

Орк обрушил на меня ятаган. Он пытался повторить тот же приём, что проделал с Карликом — сделать из одного Сухаря двух, но я обладал достаточным опытом, чтобы не попасться на столь примитивный удар. Уловил нужный момент и отпрянул, затем попытался перейти в контратаку. Попытался — это правильное слово. Сапог орка угодил мне в живот. Удар оказался такой силы, что на мгновение я решил: ещё немного и задохнусь — орк словно выбил из меня весь дух вон. Вдобавок я отлетел на добрый метр и оказался возле рассеченного на половинки Карлика. Вокруг него уже начинали собираться стаи жужжащих мух, привлечённых запахом недавно пролитой крови.

— Вставай, червяк. Я хочу как следует размяться, — пробасил орк. — Давно так не веселился.

Очевидно, у нас разные понятия о веселье. Я привык веселиться совершенно иначе: в компании друзей, с бокалом хорошего вина, или наедине с красивой девушкой в уютной располагающей обстановке. Это гораздо интересней, чем выпускать из кого-то кишки, пусть даже тип, с которым ты так поступаешь, глубоко тебе неприятен. Вспомнив о былых вечеринках, я заскрипел зубами от досады. Угораздило же меня сунуть длинный нос, куда не следовало! А главное, что в итоге я со всего этого поимею? Клиента нет, и не предвидится, по этому делу уж точно. Значит, я работаю сам на себя.

Орк стоял, ожидая, пока его жертва поднимется на ноги. Пока что ему нравилось делать из меня отбивную, но ведь когда-то должно и наскучить. Как только дитя вдоволь натешится, можно заказывать траурный марш. Одна мысль грела душу: я умру на кладбище, сэкономив на транспортных расходах.

Та половинка Карлика, что была ко мне ближе, не выпустила из руки пистолет. Было бы глупо им не воспользоваться. Не может быть, чтобы и оружие Джо дало осечку, иначе я окончательно разуверюсь в прогрессе.

Увидев направленный пистолет, орк засмеялся.

— Червяк, ты веришь, что сможешь убить меня из этой штуки? Ты глупее, чем я думал.

— Во всяком случае, я попробую, — сообщил я, спуская курок.

Пуля ударила орка в грудь, он почти упал, но всё же сумел устоять. Лишь глубокий рык вырвался из его утробы.

— Это было больно, червяк, но ваши пули пустяк для орочьей шкуры. Видишь, просто крохотная дырочка, — орк с гордостью продемонстрировал мне место, куда угодила пуля: там едва выступила капелька крови. — Она скоро заживёт.

Я побледнел. Раз его не берёт даже пуля, на что я могу надеяться, размахивая перед ним мечом? С таким же успехом можно было вооружиться зубочисткой. Однако пистолет не был ещё разряжен, и стоило попытаться ещё разок.

— Не делайте поспешных выводов, мистер орк. У меня ещё одна попытка, — я прицелился орку в глаз и выстрелил.

Страшный рёв послужил подтверждением того, что я не промахнулся. Пуля угодила аккурат в глазное яблоко чудовища.

На этот раз ему не удалось остаться на ногах. Орк был ранен, надеюсь, смертельно. Он лежал на спине и хрипел как астматик. Каждую секунду страшные стоны вырывались из его горла. Ему было очень больно, однако эта тварь заслужила свои муки.

Я с опаской подобрался поближе к поверженному врагу.

Пуля прошла навылет, она пробила орку глаз, разнесла мозг и вышла на затылке. Человек давно бы скончался на месте, но только не орк. Удивительно живучая тварь!

Он не мог ничего со мной сделать, однако всё равно пытался приподняться на локтях и бросить лимбу, и каждый раз ему это не удавалось. Толстая рука обессилено скользила вниз, падала, но орк не сдавался, хотя стремительно угасал как свеча на ветру.

Я встал над ним, поднял меч и рубанул по месту, к которому крепилась орочья голова (назвать его шеей язык не поворачивался). Отделить орочью башку от туловища удалось лишь с третьей попытки. Голова запрыгала как мячик и откатилась сантиметров на тридцать, а потом легла на землю правой щекой и больше не двигалась. Я не хотел на неё смотреть и отвернулся.

С одним орком удалось справиться, но скоро здесь будут и другие твари.

Я мог бы винить себя в том, что облажался по крупному и не сумел воспрепятствовать вторжению, но всё же не стал заниматься бессмысленным самоедством. Оставшихся сил хватило только на то, чтобы оттащить тела погибших спутников в ту самую яму, куда орк спрятал наше оружие, и закидать ветками.

Думать о плохом не хотелось. В конце концов, я ведь обычный человек и имею право на ошибку. К тому же, у нас есть немного времени до начала орочьего вторжения. Алур говорил, что после активации портала оркам придётся потерпеть, поскольку для переброса требуется дополнительная энергия. Я могу предупредить Алура и Брутса, а они в свою очередь поставят всё королевство и наших союзников на уши. Надо готовиться к войне. Последнюю фразу я произнёс вслух и удивился потому, что услышал ответную реплику.

— Не беспокойтесь, Гэбрил. Войны с орками не будет, — у говорившего был приятный мужской голос, в котором чувствовалась мудрость и… усталость.

Я посмотрел на того, кто вступил в беседу: благообразный такой с виду старичок, сухонький как хлебная корка и печальный как кошка, оставшаяся без дневной порции сливок. Весил он, наверное, не больше пёрышка. А я находился в таком состоянии, что не заметил бы, как за моей спиной разворачивается целый кавалерийский полк, так что подобраться ко мне незамеченным не составляло большого труда.

Старичок был не один: за ним стояли ещё несколько тоже довольно преклонного возраста, разве что пыль с них ещё не сыпалась. И ещё — чем-то они напоминали Алура, каким-то неуловимым сходством, словно всю компашку выпекали в одной духовке.

— Кто вы? — спросил я.

— Мы — маги, Гэбрил.

— Всех магов перестреляли лет сто назад. Остался только один.

— Поверь, Гэбрил. Мы действительно маги, которых все считали мёртвыми.

— Чем докажете?

Старичок щёлкнул пальцами, и тотчас в руках его засверкал огненный шар.

— Этого будет достаточно?

— Вполне. На балаганных представлениях такого делать ещё не умеют. Откуда вы взялись? Свались с Луны?

— Можно сказать и так. Мы вернулись благодаря тебе.

— Интересные дела. Что же я такого сделал? Ну, разве отправил к праотцам одного орка…

— Именно! Ты, Гэбрил, убил орочьего шамана.

— Он не представился, вы — тоже.