Альдана Потерянная принцесса - Кархалёва Надежда Владимировна - Страница 34

— Ну… — парень замялся. — Относительно. Да! — исправился юноша, сообразив, что последствия невпопад брошенных слов рискуют оказаться печальными.

— Я лучше своей названой сестры? — Шаки перевернулась на спину.

— Вы разные, — отвертелся он. — Нельзя вас сравнивать. Не по чему.

— Дарья сейчас с Патриком, была с тобой, на неё мой покойный брат заглядывался, — перечислила девушка, по-кошачьи прогибаясь. — Все серьёзные люди. Ко мне же пристают с определённой целью. Потому что я глупая и со мной скучно?

— Не было у меня намерения лезть к тебе под юбку, — отмахнулся Клавьер.

— Ты что-то во мне нашёл, — ведьма положила голову ему на колени. — Распиши.

— Привлекает твоя своенравность, — начал юноша, поглаживая её по лицу и волосам, — отчуждённость от остальных.

— Любишь плохих девочек? — хмыкнула Шаки. — Я притворяюсь испорченной.

— Не имеет значения, — его ладонь скользнула по животу к бедру девушки; он замер, желая убедиться, что колдунья не возражает, та взглядом выразила согласие. — У тебя свой поток мыслей, не впадающий в чей-либо.

— Придумала! — она внезапно подскочила. — Нас с Дарьей сравнить можно!

— Не пугай меня так, — попросил Клавьер, нервно рассмеявшись. — И как же?

Блондинка прижалась к нему с поцелуем, первые секунды не двигаясь, словно побаиваясь, что парень стряхнёт её с себя, потом начав действовать активнее и нежнее. Так они провели минуту, и Шаки выдохнула:

— Так кто выигрывает?

— Я подзабыл Дарью, не могу точно ответить.

— Не уступаю ей? — прищурилась девушка.

— Нет. Что это? — Клавьер заметил перо, выпавшее из выреза Шаки.

— Одна ведьма оставила. Никому про неё знать не надо. Держи в тайне. У меня, кстати, ещё есть, — воспитанница Фаризе оттянула ткань, показались ещё перья. Колдунья вынула их, наклонившись — глядя на открывшийся вид, парень сглотнул. — Они остаются, когда ведьма телепортируется.

— Эта женщина делится с тобой знанием?

— О, у меня раскрылся талант! Хочу посох, — заявила она. — В замке есть те, которыми никто не пользуется? Я продемонстрирую, чему научилась.

— Нужно поискать, — юноша встал, перед зеркалом одёрнул одежду.

Шаки сгребла перья в кучу и вернула в «тайник», выбежала из спальни за Клавьером, чуть не врезавшись в женщину, гостью Клариссы, идущую в сопровождении оной.

— Несносный ребёнок, — прошипела на девушку женщина.

— Я не…

— Ребёнок, ещё какой. Куда торопимся?

— Ей требуется посох, — ответил парень. — Тут хранится оружия на несколько королевских отрядов, почему бы не поделиться?

— Королевских отрядов, — покачала головой Кларисса. — Артефакты мощные, в распоряжении детей им лучше не попадать. Неверный взмах или удар — прощай, всё живое в километре вокруг. Если оружие делали на заказ, персонально для кого-то, этим пользоваться даже опытным чародеям не стоит. Плохо влияет на силу и здоровье.

— По-твоему, предупреждение их вразумит? — хохотнула гостья. — Из вредности стащат парочку посохов, жезл посолиднее и сфер столько, сколько смогут унести.

— А ты не советуй! — вспыхнула хозяйка. — Клавьер, покажи госпоже Лиоре библиотеку, полки с запрещенной литературой. Шаки, пошли со мной.

Возражения пресекаться не стали, девушку просто повели силой. Младшая Винсент очутилась в комнате Клариссы, приличном по размерам помещении в красных, бордовых и вишнёвых тонах, затемнённом. На окнах висели не тяжёлые портьеры, а полупрозрачные алые шторы, пропускающие немного света.

Из ящика письменного стола в углу ведьма извлекла кулон в виде серебряного черепа со светящимися глазами, на сплетающихся в одну верёвку кожаных шнурках.

— Отдашь госпоже Софии Риккен, профессору демонологии. Поспрашиваешь студентов, они тебя направят.

Всем своим видом изобразив, как ей неохота, Шаки нацепила украшение на себя и ушла.

На улице солнце резануло по глазам, в уши ворвались тихие, но доносящиеся отовсюду звуки: плески, шелесты, птичье чириканье, голоса. В здании из-за дверей было слышно лекторов и отвечающих студентов. Девушка слонялась по замку до начала перемены, отмечая, что внутри он величественный, интересный. На стенах пестрятся мозаики — портреты известных людей, героев и знаменитых преподавателей Академии. Изображение Марики Новиш Шаки обнаружила два раза. В процессе разглядывания одного из них, возле алхимической лаборатории, коридоры наводнились народом.

— Скажите, пожалуйста, где я могу найти профессора Риккен? — метнулась девушка к студентке в зелёной форме, выходящей из аудитории с подносом, уставленным колбами.

— Сходите в преподавательскую комнату, — не сочла нужным распространяться учащаяся. — Там указано, где на какой паре она ведёт занятия.

— Ты из семьи Винсентов? — неожиданно обратились к Шаки сзади. — Я знаю, где София Риккен. Отвести тебя?

Она посмотрела на спасительницу: девушка с мелкими русыми кудрями до пояса, вытянутым лицом, на веках тени двух цветов — фиолетового, как форменная мантия, и голубого, — достают до бровей и вылезают к вискам. Дорого одета, ухожена. В волосах яркие ленты, на многослойном воздушном платье блестящая вышивка и драгоценные камни.

— Конечно! — выпалила четырнадцатилетняя колдунья.

— Как живётся в чудесном замке? — завязала студентка беседу. — Какой он?

— Восемь этажей, куча комнат. Но там такая толпа, что их не хватает. Будто каждый член команды находится в двух-трёх спальных и в зале сразу.

— Ребята из нашей группы пытались посчитать, сколько вас. Цифры у всех получаются разные, но примерное число — десять. Мы сильно ошибаемся?

— Томас, Николас, Клавьер, — Шаки стала загибать пальцы, — Бруно, Кларисса, Тина — постоянно в замке. Шестеро. Патрик, кажется, застрял в нём надолго. Семеро. Появляется Скентия. И я. Девять. Теона — десять. Элли, Алекс и Дарья, вроде бы, получили разрешение ночевать в летающем замке.

— Девять человек. Мы не учитываем тех, кого знаем.

— Как вам преподавание моей сестры? — девушка вдруг поняла, что можно спросить, утруждаться наводящими фразами не стала.

— С леди Винсент у нас занятий нет, к сожалению, — вздохнула студентка. — По словам других факультетов, на её парах всё легко и весело.

Они миновали лестничный пролёт, Шаки продолжила:

— А ты на каком?

— Чёрная магия. Я с первого курса.

— Ты одногруппница Дарьи Винсент? — обрадовалась девушка. — Как она тебе?

— Одарённая ведьма, одна из лучших студенток группы, — признала Лафина Азари. — Могли бы впихнуть в неё программу первого курса за месяц и отправить на второй сразу. На её фоне многие первокурсники смотрятся бездарями. Только в магическом языке особо нас не опережает — ровно настолько, как выделяются в группе обычные отличники.

— Ты к ним не относишься?

— Иногда, если стараюсь, — слукавила притворщица.

— Тебе моё имя известно, а мне твоё — нет, — намекнула колдунья опять же внезапно.

— Селин, — представилась Лафина именем девушки из группы, с которой у Дашки таких напряжённых отношений не было. — Только я не представляю, как звать тебя.

— Шаки, — не смутившись, ответила блондинка.

Скоро этажи и пролёты кончились. Студентка вела представительницу презираемой семьи по аллеям к тренировочной площадке.

— Передай, пожалуйста, Дарье, что её записали в участницы в предстоящий турнир боевых магов. Противников ей подберут из старшекурсников. Декан этого не одобрила, она считает, что соперники будут слишком сильны, но со своим мнением осталась в меньшинстве. Поэтому предложила обман. У Дарьи есть подруги с факультета алхимии, девчонки могут снабдить её кое-каким зельем, — упоённо лгала ведьма. — В лабораториях контроль ослаб, так что ей легко всё дадут. Эликсир номер тридцать два — он из серии запрещённых, они все вместо названий имеют номера. Выпытывать, зачем ей требуется это варево, никто не станет. Пусть явится часов в шесть — преподавателей уже не будет, одни студенты, доделывающие работы и делающие зелья для себя — приворотные и тому подобные. Эликсир делает магическую силу нескончаемой, достаточно принимать по глотку в день. Передашь?