Альдана Потерянная принцесса - Кархалёва Надежда Владимировна - Страница 54

— Давно не виделись, — заметила Алана. — Таури, Валиара, это Шаки Винсент, — воительница представила её остальным.

— Сестра Джесс? — оживилась девушка, при взгляде знакомой на которую было произнесено первое имя, шатенка с тёмными гладкими волосами, не касающимися и плеч, раскосыми карими глазами и выделяющимися скулами, очень худая. При плохом освещении она могла быть принятой за юношу.

— Ага, — кивнула Шаки и переключилась на человека, явившегося спросить, что леди будет заказывать.

— Как она? Айрис возмущается, что Джессика покинула отряд надолго, — уведомила её Алана. — Не соизволит осчастливить старушку своим присутствием на тренировке — сперва одиночное штрафное задание, через сутки — исключение из рядов Лесных Воительниц.

— Ты же заявляла, что Айрис нельзя называть старушкой! — воскликнула Валиара. Фигура у неё была чуть лучше, чем у Таури, зато девушка имела совершенно невообразимые тусклые лохмы невнятного мышиного цвета, торчавшие в разные стороны, наверх в том числе. Без помощи гребня такое безобразие на голове устроить явно было никак, да вот зачем нужно? — Услышит случайно — здравствуй, энный штраф.

— Тут госпожи точно нет, — рассмеялась Алана, заправив за уши разметавшиеся каштановые локоны. — А Дефрин, — подмигнула она бармену, — нас не сдаст.

Недоразумение было устранено, Шаки ответила на свой вопрос:

— Я передам. Преподавательница боевой демонологии как-то ведь без Джессики обходилась. Пусть возвращает вам образцовую воительницу. Кого Айрис вам в пример хоть ставит? — развеселилась девушка.

— Показывает, что и как надо, на личном примере, — проворчала Таури. — Я вашу легендарную Джесс Винсент видала всего несколько раз, кстати.

— По словам Айрис, её лицо напоминает лицо жены принца Эзарии, — пояснила Валиара, сама, значит, не удержавшая в голове облик Джессики.

— У супружницы королевского сынка физиономия, словно девица убьёт любого, кто к ней обратится пусть даже с безобидным пожеланием доброго времени суток, — хохотнула шатенка.

— Так и есть, — сообщила Шаки. — Просто портрет сестрицы. Но Тецарра собачится, а Джесс действительно лезет в драку.

— Чего вы хотели от молодой женщины, обречённую жить бок о бок с Эзарией Чезигером? — упрекнула болтушек Алана.

— Откуда знаете, как она выглядит?

— Великие Ветра изобразили. Целый день, поднимая голову, созерцать вместо облаков жениха с невестой — брр, — встряхнулась Валиара.

— С чего ты взяла, Алана, что Тецарра замужем не по собственной воле? — предположила внезапно Таури. — Папочка её тот ещё мерзавец. Лаборатория Минаурес, расположенная на месте какой-то деревушки, разрушенной специально, ему принадлежит. Поселение по его инициативе снесли. Из жителей почти никто не спасся.

— Что за деревня? — пролепетала Шаки.

— Фривелл, — проронила девушка, принимаясь за прерванный обед.

— Кто у тебя всё выпытывал? — в нескольких десятках километров от Фатоны, в летающем замке вспыхнула Кларисса.

— Саэлис Эрнелла, — Людвиг виновато взирал на ведьму, хозяйку, Великую Троицу, Николаса, Бруно и Томаса.

— Ради Эзарии, — с большим трудом Алине верилось в это. — Принцу из-за Теоны надо было держаться в курсе наших планов?

— Или из-за Даниэлы, — выдвинул более разумную, но неправильную версию некромант. — Не в интересах семейки Чезигеров, чтобы дочь Мартина, законная наследница власти, выбралась из Риции.

— Я из замка ни на шаг отныне, — замотал головой во всех направлениях гомункул.

— Помолчи, — приказала старшая ведьма. — Нам бы догадаться, к каким неприятностям готовиться.

— Теону следует забрать из больничного крыла, — обеспокоился Томас. — Эзарии в замок хода временно нет, но алхимичка запросто подменит какое-нибудь снадобье.

— Вот и ступай за женой, — велела женщина. — А я, пожалуй, оповещу преподавателей. Тебе же, милочка, — презрительно бросила она Лорианте, — рекомендую учить своего мальчишку законам жизни.

— Она сама в них не разбирается, — Николас, подойдя к девушке, снял капюшон: глаза он показывал редко и далеко не каждому. Вероятно, в банде, его семье, окружающей странного человека много лет, ещё не все их видели. — Любому существу, созданному магией, передаётся часть характера, привычек и интересов творца. У тебя весёлое было детство, Лори?

— Без родителей, без друзей, — молодая чародейка хотела отодвинуться, отвернуться, да от Николаса веяло такой добротой, что Лорианта разомлела. — Дом опекуна, хороший особняк, но темноватый, с вечно задёрнутыми тяжёлыми портьерами. Из игрушек — содержимое алхимической лаборатории и книги. Общение — с эпизодными визитёрами старика, в основном покупателями его зелий, и лавочниками. Все прогулки были к лавкам и обратно, в дни ярмарок — на рыночную площадь, — описала немудрёные детские годы девушка… девочка.

— Как можно осуждать её за то, что она в людях не разбирается? — обратился к компании Николас.

— Лорианта их боится, — холодно поправила его Кларисса.

— Бояться неизведанного — обычное явление. Девушка вложила в Людвига свои силы, кусочек себя. В нём не только её жизненная энергия — частичка души. Я ведь тоже не рождён, а создан.

Признание изумило, но не шокировало. Храни такую тайну кто-нибудь другой, например, Бруно или Томас, все провели бы в оцепенении минуту. Николас же слишком отличался от остальных, чтобы не иметь права на это.

— Ты гомункул? — выдвинул идею Клавьер, но не угадал.

— Названия подобным мне нет. Я имею биологических родителей, но мать, беременная, умерла, попав затем к некроманту. Меня он извлёк и с помощью алхимии оживил и вырастил, — мужчина погрустнел. — Теоретически я наполовину зомби, наполовину гомункул, Клавьер относительно прав. Капюшон я ношу всегда, защищаясь от солнечных лучей. Создатель предупредил: они мне вредны. Кстати, три года назад я отпраздновал не двадцать какой-то, как вы вообразили, день рождения, а сто пятидесятый. Живой мертвец в некотором смысле.

Кларисса подошла и обняла его, для чего ей пришлось опуститься перед ним, сидящим в кресле, опуститься на колени, а её руки обвили его талию, голова легла на колени.

— Ты, подобно любой другой женщине, не можешь иметь от меня детей — цена жизни, — он поднялся, ведьме тоже пришлось. — Я всё к тому, — Николас отдалился на четыре шага, взгляд опять облетел друзей и приятелей, задержался на любимой и остановился на Людвиге, — что некромант, подаривший мне возможность радоваться свету, оказался подлецом, — мужчина замолчал, принимая, наверное, решение не делиться подробностями. — И я опасался стать таким же.

Капюшон натянулся на место. Николасу дали покинуть зал.

Глава 18 Встречи

— Здравствуй, Аорна, — Фаризе ступила из осквернённого Полуночного храма, замерев в проёме. Ладони касались косяка, одна — на уровне головы, вторая — чуть ниже. На ней было белое платье с расклешёнными длинными рукавами, казавшимися в ночной полутьме крыльями. Хищно прищуренные глаза и ухмылка.

— Не имею времени тебя рассматривать, — отрезал тёмный священник. — Кто ты?

— Зови меня просто Фаризе, а остальные мои имена тебе знать незачем, — промурлыкала ведьма, приближаясь к мужчине.

Колдун оторопел: неизвестная особа осмелилась попросить его о встрече (и ведь выведала координаты!), и теперь ещё играть пытается!?

— Что тебе нужно? — неприветливо спросил он. — Учти, мне надо беречь силу, один человек заключил со мной сделку, и магии моей потребуется очень, очень много.

— Чего же пообещал взамен?

— Деньги. Огромные, — Аорна уже боролся с желанием пустить в ход посох, настолько раздражала нахалка.

— Это мелочь на самом деле, — продолжала умничать женщина. — Если есть мечта, которую можно за неё купить — тогда нет. Но у тебя она отсутствует.

— А ты, значит, предложишь нечто, в чём я больше, чем в звонких монетах, нуждаюсь? — ему сделалось смешно. Вероятно, леди малость безумна.