Альдана Потерянная принцесса - Кархалёва Надежда Владимировна - Страница 87

На ступенях охранник столкнулся с алхимиком, распознавшим Дашку сразу.

— Винсент? — удивился человек, останавливая стража.

— Я с ней не знакомился, — гоготнул боевой маг, глянув в лицо колдунье, выглядевшей так, будто она намеревалась плюнуть в него.

— Дарья Винсент, точно. Что, не знаешь, как она выглядит?

— В последнее время я далек от жизни, — хмыкнул охранник. — Но тебе верю, тем более что девчонка-то не возмущается.

— Ещё бы! Таким именем назвали! — воскликнул алхимик, хватая Дашку за подбородок, чтобы она не могла отвернуться и была вынуждена смотреть на него.

— Так ты сомневаешься?

— Нет, я лишь имел в виду…

— Ладно, прощаю, — огрызнулся страж. — Кажется, та малолетняя особа, послужившая причиной переполоха, заявляла, что знакома с Теоной Винсент. Они ведь названые сёстры? Думаю, визиты этих двух леди сюда как-то связаны.

— Ты прав. Отведи Дарью в шестое хранилище, пусть посидит там, пока хозяин не явится, — распорядился алхимик.

По пути Дашка старалась успокоить себя мыслями о том, что происходящее с ней — маленькое недоразумение. Сейчас она, будучи не в состоянии пошевелить руками, не способна и сотворить магию, но сила остаётся при ней! Ещё представится момент вырваться. Её держали в качестве подопытного существа в лаборатории Цейген — месте, куда более жутком, чем Шекоган, потому что работали там не только алхимики, но и некроманты. А здесь всё вроде бы не так плохо…

Шестое хранилище оказалось помещением небольшим, вдоль стен стояло по стеллажу с веществами. Их загораживали магические барьеры из серебристого света, текущего с потолка на пол, как вода. В центре сидели двое мужчин, один постарше, в синей с золотой отделкой форме Шекогана, второму не дашь больше двадцати пяти, и у него красные вампирские глаза. Дашку втолкнули в хранилище, и дверь захлопнулась.

— Очень приятно, Мариер Девифран Грелонде Астиан, — предполагаемый вампир подскочил к Дашке, чтобы пожать руку. — Такое кошмарное имечко пришлось выдумать для солидности. С последней у всех нас проблемы значительные.

— Брат Скентии Ринхафта? — ахнула Дашка.

— Можно и так выразиться, — улыбнулся пленник. — Цвет глаз достался мне из-за неуёмной фантазии Веолаймера, вампиризмом я никогда не страдал, — уточнил он. — Ты, пока добиралась сюда, не заметила никого с такой же специфической внешностью, как у меня? Сёстры и третий брат скоро прибыть должны. Ну, надеюсь, что скоро. Не факт, что догадаются, куда торопиться надо.

— Вы же как-то поняли!

— Мне подсказали. В Академии Эрианора полно умных людей. Я там преподавал, — пояснил он. — И потом, не все смогут добраться быстро. Я два часа назад соизволил придти к выводу о необходимости телепортироваться в Шекоган. Точнее, декан факультета, где я благополучно трудился сколько-то лет, прямым текстом сказал мчаться в эту лабораторию, а я попросил другого декана телепортировать меня. Моих заслуг тут никаких.

— Два часа назад? У вас тогда заболела отметина, да?

— Чуть раньше. Даже мой дорогой декан нуждается в некотором времени для размышления.

— У Скентии жжение появилось меньше часа назад. Когда он был тут, в замке Шекогана, — пробормотала Дашка.

— А остальные гомункулы, наверное, мучаются неприятными ощущениями пару дней, — подал голос алхимик. — Мистер Веолаймер должен был учесть, что в нужный момент вы будете в разных местах.

— Проклятье, сегодня все оказываются умнее меня! — картинно возмутился Мариер.

Дашка приложила ухо к двери. Голоса, топот — но никаких звуков побоищ.

— Что за суета? Из-за чего шум подняли?

— Вторглись в Шекоган трое ребят, двое юношей и девушка. У них ещё виверна была. Девушка владеет магией вуду и имеет посох с кристаллом из Леаш-Майо. Странная и опасная особа. С виду из богатой семьи, вся ухоженная, хорошо одетая. И хочет убить хозяина лаборатории. Кажется, из-за него погибли её родители. Так мне описали произошедшее, — закончил алхимик.

Ведьме очень не понравились эти слова. Как выглядят кристаллы из Леаш-Майо, Дашка не представляла, поэтому не знала, такой ли украшает новый посох Шаки или нет. Но одежда новая у девушки действительно недешёвая (колдунья из Великой Троицы не волновалась, видя на ней дорогие платья, в летающем замке обнаружились запасы золотых, доступ к которым никому запрещён не был, остальная компания — тоже). Шаки вполне могла бы сойти за дочку родителей из высокого сословия.

— Как девушка выглядит?

— Вот этого уж мне не говорили.

— Это моя названая сестра, кажется, — Дашка, нервничая, прошлась по хранилищу, опустилась на пол, ещё раз измерила шагами помещение, села опять. Очередное намерение подняться Мариер пресёк, взяв её за руки.

— Сколько ей?

— Пятнадцать.

— В этом возрасте положено делать глупости. Если девочка не совсем конченая — глупость чему-нибудь да научит её. Твоя сестра часто так чудила?

— Вряд ли это безобидная детская шалость, — покачала головой Дашка. — Убить человека — не шутка, не злой розыгрыш.

— О безобидности я и не говорю, — протянул Мариер. — Порой дети и подростки опаснее взрослых.

— Понятно. Значит, ты считаешь, она осознает всё?

— Да, — ответил гомункул уверенно и спокойно.

— А меня не тянет разделить твоё мнение. Шаки слишком странная, чтобы её поведение и помыслы модно было предугадывать, — изрекла Дашка. — Четыре года назад она была несчастной девочкой, мечтающей исцелиться, стать травницей и завести новых друзей. Два года назад её начали привлекать тёмные силы, но это был простой интерес. А ещё через столько же лет она убийцей готова сделаться. Перемены последовали, стоило появиться надежде на выздоровление. Кто мог ожидать, что обернётся такое счастье сущим кошмаром?

— Вдруг на неё повлияли плохо? — предположил молодой человек.

— Отказываешься признавать, что Шаки просто не лучший человек?

— Мы все далеки от идеала, — парировал Мариер.

— Я неправильно выразилась, прости. И тебе ясно, что я хотела сказать. Ты просто не хочешь отвечать, да?

— У всех нас, детей Веолаймера, есть больные места. Ты сейчас в моё тыкаешь.

— Извини, — Дашка стихла.

— Ничего страшного. Мы не настолько важные персоны, чтобы нашим слабостям потакали.

— Это не слабость, — не согласилась ведьма.

— И опять у тебя нашлось возражение! — с наигранным изумлением воскликнул собеседник.

— Невозможно с тобой разговаривать, — отмахнулась Дашка, не сердясь.

— По-моему, у вас очень хорошо получается, — алхимик вновь оживился.

— Сам-то сможешь предложить свой ответ? — отпустив руки ведьмы, Мариер повернулся к мужчине.

— Я посоветую вам не спорить, а думать, как выбираться отсюда и спасать девушку. Она натворила такого, что её жизнь под угрозой. По закону казнить её не могут, но наши сотрудники — большие любители вершить правосудие самостоятельно, — предостерёг алхимик.

Правоту признали оба, оставив слова товарища по несчастью без ответа. Прошло несколько минут прежде, чем гомункул, рассматривающий вещества на стеллажах за барьером, поинтересовался:

— Куда хоть девушку могли деть? Допустим, когда за нами придут, мы вырвемся. В каком направлении бежать?

— Хранилищ по всему Шекогану раскидано полно, двадцать восемь простых и семь особых. Я, конечно, знаю, где они расположены, но оббегать их все — дело долгое и опасное, мы даже защититься не сможем. Я способен на нормальные магические атаки, только если при мне оружие, а жезл мне с собой взять не дали, если кто забыл или не знал. Ты, Мариер, вообще только в теории магии разбираешься, с практикой у тебя не ладится. А девушка если и колдунья, то в её состоянии она одна обороняться не в силах, — пришёл к заключению мужчина.

— Я колдунья, да, — простонала Дашка. Она не обращала внимания на то, что пара сильных магических атак и удар о колонну заметно её ослабили, потому что сидела на полу. — Дарьей меня, кстати, звать.

— Винсент? — последовало резонное уточнение Мариера.