Материки - Марон Эстэр Львовна - Страница 44

Совсем неожиданно раздался тонкий и полный боли детский крик.

Я открыла глаза и напряглась. Крик продолжился, но на этот раз гораздо дальше ожидаемого и я поняла, что невольно активировала демонический слух и дети на самом деле находятся гораздо дальше представленного мной.

Сорвавшись с места, я что было мочи рванула на детские взволнованные голоса и невнятное всхлипывание, сопровождаемое частыми стонами.

Каково же было мое удивление, когда я покинула окрестности деревни и очутилась на широком поле, сквозь золотые колосья которого виднелось несколько тонких детских спинок. Я подошла к ним ближе. Одна рыженькая и веснушчатая девочка обернулась и изумленно задержав взгляд на моих глазах, потеребила грязный рукав стоящего рядом с ней мальчишку. Он казался самым старшим из детей, может лет двенадцати. Обернувшись, мальчик нахмурился в то время, как девочка жарко шептала ему что-то на ухо, показывая на меня пальцем. После, подросток (ребенком его уже нельзя было назвать) неуверенно подошел ко мне.

Я выжидающе смотрела на него.

— Тетя, вы, случаем, не ведьма?

Вот башка дырявая! На волосы морок-то наложила, а вот глаза так и остались сиренево-фиолетовыми!

— Можно и так сказать. — Нехотя согласилась я. — Что у вас тут произошло?

— Пожалуйста, помогите ему, — вместо ответа попросил мальчик и, взяв меня за руку, повел к тому месту, которое окружили дети.

Местом оказался небольшой овраг, на дне которого лежал мальчонка лет шести-семи и надрывно плакал, а его спина была неестественно выгнута. Заподозрив кое-что, я спрыгнула на дно оврага и стихией воздуха приподняла ребенка, зафиксировав потоками ветра его тело.

Так и есть. Мальчик упал спиной прямо на острый булыжник, сломав позвоночник. Я вообще была удивлена, как он до сих пор умудрился оставаться в сознании. Потом, заметила необычный желтый цвет глаз мальчишки и все поняла. Скорее всего, полукровка. Помнится, стражник у ворот жаловался на то, что его девку нелюдь совратил, так похоже, что не у него одного такая проблема.

— Теть, вы сможете Мелиске помочь? — Неуверенно пропищала та самая девчушка, которая первая заметила меня.

— Постараюсь. — Кратко ответила я.

Слевитировав покалеченного мальчика наверх и взобравшись за ним следом, я аккуратно перевернула его на спину и задумчиво прощупала своей аурой повреждение. Плохо. Смещены три позвоночных диска, а внизу, чуть выше копчика, хребет и вовсе был сломан пополам, вдобавок ко всему порезав ближние ткани. Если я хочу вылечить этого ребенка, мне понадобятся все мои силы.

Я обернулась к остальным.

— Молчите о том, что сейчас увидите, или превратитесь в жаб. — И я для пущей наглядности своей угрозы, пробормотала парочку фраз на все том же, на родимом, на орочьем. Сомневаюсь, что дети знали такие слова и потому, вполне могли принять их за какое-нибудь чудовищное заклинание.

Детки на всякий случай отступили на шаг назад и часто закивали головой.

— Точно ведьма! — Не то восторженно, не то испугано выдохнула та самая рыжеволосая девчушка.

Я пожала плечами и сделала то, к чему и «подготавливала» детей — сбросила морок, а точнее — впитала его в себя и добавила полученную энергию к общему резерву.

За спиной послышалось удивленное бормотание.

— Тихо! — И все стихло. Всегда бы так.

Я наклонилась над постанывающим мальчуганом и на всякий случай отключила ему нервные клетки вокруг поврежденного места. Всхлипы тут же прекратились, и мальчик предпринял попытку обернуться.

— Лежи… — я легонько отвесила ему подзатыльник, и тот перестал ерзать. — Как зовут-то? Слышала, тут тебя Мелиской назвали, так то женское имя.

— Какое есть. — Буркнул малец сорванным от плача голосом. — Полное имя — Эмелис, но все кличут либо Мелис, либо и вовсе Мелиссой дразнят.

— Мда… не повезло тебе. А меня вот Айреной зовут. — Я старалась отвлечь его разговором, пока занималась целительством. Это было в двойне трудно, так как у меня уже базово сформировалась магия хаоса, а вылепить из нее целительный поток энергии было весьма и весьма нелегко. К тому же, я одновременно должна была, и сдвигать кости на место, да еще и трепать языком.

— Так это ж дух холода! — Удивленно отозвался мальчик, а я чуть было не сломала вторично ему хребет. Та-ак… концентрация и еще раз концентрация….

— И откуда ты знаешь язык драконов?

— Я не знаю… — смутился мальчонка. — Просто, пока отец еще не ушел от нас с мамой, он научил меня кое-чему.

— А кто был твоим отцом?

Мальчик промолчал и лишь громко засопел. А я принялась переходить к стадии наращивания клеток и по ходу дела размышляла, что слишком уж часто за последнее время слышала про язык Древних и самих драконов. Сто процентов, это что-либо да значит, но вот что…

Через полчаса мальчик был полностью здоров, а я полностью вымотана. Я, напоследок, восстановила чувствительность его нервных клеток и, опять наведя на себя морок, без сил откинулась на траву. Мои руки все-еще светились блеклым серебристым светом целительной магии и чуть подрагивали.

Эмелис поднялся с земли и радостно ощупал руками спину. Остальные дети подбежали к нему и принялись восторженно о чем-то галдеть. После, очевидно удостоверившись в хорошем состоянии своего друга, все медленно, но верно расплылись по домам. Мелиску сопровождали почетным эскортом.

А я лежала на траве и смотрела на звезды. Было до невозможности пусто где-то там, глубоко внутри. Еще утром я презирала этих людей, меня тошнило от них, а как подошел вечер и ребенок попал в беду — я бросаюсь ему на помощь. Причем не просто помогаю, а осушаю свой резерв и сбрасываю морок, рискуя быть раскрытой, да и чем черт не шутит — убитой. Ведь, насколько я поняла — то покушение, когда на нас с Эйдрианом напали низшие демоны — не было последним. А в каждой, даже самой захудалой деревеньке найдется тот, кто за определенную финансовую «благодарность» выдаст местонахождение моей скромной персоны.

Я кое-как поднялась с земли и огляделась. Оказывается, на лугу все еще находился самый старший из детей, тот парнишка, который попросил моей помощи. Он задумчиво пинал босой ногой какой-то камешек и, нахмурив лоб, глядел в землю.

— Теть, ты ведь демонша, да? — Наконец буркнул он.

Я устало вздохнула.

— С чего ты взял?

— Когда ты колдовала над Эмелисом, я заметил у тебя за спиной крылья.

В полнейшей прострации, я уставилась на него.

— А… другие… другие заметили?! — Вот чего мне сейчас нехватало, так это общеизвестной «крылатости».

— Не-е… — парень качнул головой. — Они были… словно из тумана. — Я недоуменно воззрилась на него. — Ты не смотри, что я на человека похож. Я тоже полукровка… как и многие здесь, поэтому могу видеть сущность. Моим папаней был какой-то заезжий вампир, — парень улыбнулся и я заметила пару слишком развитых глазных клыков, — вампы-то в большинстве на людей смахивают. Но мне повезло — пошел весь в мамку, поэтому отчим и не выгнал из дому.

Я сокрушенно покачала головой.

— Но как ты узнал во мне демона? У многих нелюдей есть крылья.

Парнишка опять улыбнулся, но на этот раз естественно, не показывая зубы.

— Эмелис. Его отцом был демон. Он некоторое время прожил с Мелискиной мамой и потому я научился видеть его крылья. Твои… одинаковой сущности, что-ли. — Он пожал плечами.

— А почему его отец бросил их? — Спросила я. С некоторых пор тема «отцов-демонов» была для меня болезненной.

— А я почем знаю? Обещал вернуться и забрать Эмелиса, когда тот подрастет.

Я кивнула и вспомнила слова Сар-Эля, о том, что полукровки демоны начинают превращаться в полноценных демонов где-то с восемнадцати лет.

— Какого цвета крылья были у его отца? — Неожиданно поинтересовалась я.

— Красного с золотыми кончиками. — Ответил парень и склонился, чтобы сорвать колос, после чего сунул его в зубы.

Значит Клан Огня. То-то и глаза у мальчика светло-янтарные, огненные.

— А вот у тебя крылья странного цвета, — неожиданно продолжил парень, — Мне сначала показалось, что они черные с фиолетовыми концами на нижних перьях, но потом… — Я выжидающе посмотрела на него. — Но потом они вроде как стали белыми с серебряным контуром. — Парень пожал плечами и сплюнув соломинку, повернулся, чтобы уходить. — Ну, бывай.