Тринадцатый апостол - Хеллер Ричард и Рейчел - Страница 9

Переданный в прошлом году иерусалимскому музею Израиля, он сейчас выставлен там в храме Книги, великолепном вместилище свитков Мертвого моря. Этот окутанный тайной исторический документ останется доступным для взоров публики до 20 марта следующего года, то есть до очередной годовщины его появления в современном нам мире. В этот день свиток со всеми сокрытыми в нем указаниям на то, где спрятан упомянутый клад, вернется в иорданский музей Аммана, где и будет храниться.

“Решение поместить этот бесценный документ в более чем надежное место достойно всяческого одобрения, — заметил доктор Антон де Вриз, директор отдела поступлений в храм Книги. — Правда, с мыслью о том, что свиток вскоре окажется там, где у ученых не будет уже к нему доступа, тяжело смириться. Однако мы рады и тому, что нам хотя бы сейчас предоставлена такая возможность”, — дипломатично добавил доктор де Вриз.

Одно предостережение возможным охотникам за удачей. Прежде чем вы начнете паковать свои лопаты, чтобы пуститься на поиски таинственного сокровища, вам следует принять во внимание, что с момента обнаружения свитка третьей пещеры (1952 год) ученые не прекращают спорить друг с другом, ибо многие из них сомневаются в подлинности древнего документа, реальном существовании сокровищ, которые в нем описаны, а также остается открытым вопрос, какие цели преследовал его автор. Некоторые утверждают, что это бред сумасшедшего или просто фальшивка. Другие уверяют, что свиток накропал шарлатан с поверхностным знанием иврита. Третьи полагают, что вся эта критика играет роль отвлекающей дымовой завесы.

Еще кое-что интригующее. Некоторые эксперты согласны с тем, что секрет медного свитка третьей пещеры кроется не только в его текстах, но и в некоем приложении, которое еще предстоит разыскать. Это второй медный свиток, в котором содержится ключ к названным тайнам, и есть тропка к скопищу бесценных сокровищ, дожидающихся, когда их извлекут из-под земли. Впрочем, доктор де Вриз назвал возможность существования второго свитка «интригующей, но маловероятной».

И наконец, последний совет. Если вы хотите поближе познакомиться с неразгаданным 3Q15 или медным свитком третьей пещеры, стройте свои планы быстрей. Ибо через каких-то двенадцать месяцев сей экспонат из храма Книги, патронируемого музеем Израиля, будет изъят и помещен под крепкий замок. По-видимому, навсегда».

Гил закончил читать.

— Ну и что?

— Не могу поверить, что ты не ухватил сути! Слушай, в данный момент музей располагает первым свитком, а у Ладлоу имеется некий дневник, способный указать, где спрятан второй. Если они наложат лапу на оба свитка сразу, то смогут вычислить, где зарыт клад. Проблема в том, что через пару месяцев музей должен вернуть первый свиток. Если ты не поможешь им найти второй документ прежде, чем у них отберут первый, они могут распрощаться с сокровищем. — Джордж удовлетворенно улыбнулся и продолжил: — Они оказались между молотом и наковальней со всеми своими подручными. Отыщешь в дневнике что-нибудь могущее привести ко второму свитку и, считай, сделаешь себе рекламу.

«Рекламу «Кибернет», ты имеешь в виду. Хотя как ни крути, а история занятная».

— Так когда, ты сказал, это сообщение опубликовано?

— Шесть месяцев назад… чуть раньше, чуть позже.

— Как велико это «чуть»? — спросил Гил.

— Ага, тебя зацепило? Я так и знал. На деле этому материалу около восьми месяцев. Отсюда я делаю вывод, что он увидел свет до того, как Ладлоу и де Вриз заполучили дневник. И они теперь рвут на своих задницах волосы, сообразив, что их дневник, возможно, связан со свитком третьей пещеры и со вторым, еще не найденным свитком. Говорю же тебе, мы можем отлично заработать на этом.

Покачав головой, Гил усмехнулся огромному симпатичному манипулятору, которого он называл своим боссом.

— Вот твой билет на самолет. Ты попадаешь на ночной рейс, тот, что вылетает из аэропорта Кеннеди сегодня в одиннадцать. Ладлоу сейчас на пути в Лондон, но контракт с ним буквально через пару часов можно будет сварганить по факсу. Конечно, если только ты все еще не хочешь передать это дело кому-нибудь из парней, тогда, разумеется…

— Заткнись и дай мне что-нибудь, чем можно писать, — пробормотал Гил, протягивая руку к блокноту.

И поймал быстрый взгляд Джорджа, полный самодовольства.

«Думаешь, ты так хорошо знаешь меня?»

В своем стремлении уломать Гила Джордж упустил из виду одну весьма важную деталь. Распечатка не содержала броских лозунгов и всплывающих реклам, какими пестрят посещаемые веб-сайты. Ясно было, что Джордж сам состряпал статью, чтобы втянуть Гила в эту историю.

Гил покачал головой. Он не имел понятия, почему Джордж так старался добиться своего, но в чем бы ни заключалась причина, Гил был готов к этому.

ГЛАВА 9

День пятый, раннее утро

Музей Израиля, Иерусалим

Галерея храма Книги

Вторник был детским днем в храме Книги. Хасан Бен Газа ненавидел это еженедельное вторжение. Он ненавидел сытых, холеных детей. Более того, он ненавидел и их неверных родителей, и их предков, которые отобрали землю у его предков.

Группа школьников перегородила ему путь. Он обошел их с тем умением, которое успел приобрести. Если бы его заметили, ему пришлось бы терпеть их насмешки. Огромный череп на искривленной шее выглядел так, словно вот-вот собирался свалиться с худосочного тела. Сетка морщин покрывала лицо. Неудивительно, что, сталкиваясь с Хасаном, дети хихикали: «Мумия, мумия!» Что, впрочем, было гораздо ближе к истине, чем они могли себе представить. Подобно мумиям в фильмах ужаса, которые переполняли экраны и которые так любил Хасан, он тоже терпеливо дожидался, когда придет час расплаты.

Четырьмя годами ранее Малука вырвал Хасана из лап криминала и нищеты. Не имея возможности честно добывать деньги в городе, где на одно самое низкооплачиваемое рабочее место претендовали сорок мужчин, Хасан проводил ночи, вскрывая автомобили. Нескольких шекелей, ради которых он рисковал жизнью и свободой, едва ли было достаточно, чтобы оплатить основные нужды его семьи, но их хватало на то, чтобы она не распалась.

В ту ночь, которая изменила его жизнь, Хасан лежал на спине на переднем сиденье машины и пытался при свете фонарика вытащить радио. Было три часа ночи, и улица выглядела пустынной.

Малука не видел взломщика, пока не приблизился к машине вплотную. Тогда преступник вскочил и так сильно стиснул Малуку, что тот предпочел не сопротивляться. Хасан колебался, не зная, что ему лучше сделать: перерезать своей жертве горло или просто сбежать. Малука спокойным тоном предложил ему выпить с ним чашечку кофе в ночном ресторанчике. Хасан ожидал какого-нибудь грязного, но прибыльного предложения. Ничто не могло отстоять от истины столь далеко.

В последующие два часа Малука вытянул из Хасана всю его подноготную, вник в суть его самых затаенных обид и разочарований, усугубленных чередой пустых упований на лучшее, что, собственно, в результате и довело его до столь отчаянного положения.

Никогда прежде Хасан не встречал таких людей. Малука отнесся с пониманием к тем вещам, узнав о которых другие вознегодовали бы, и проявил сострадание там, где остальные потребовали бы кары. Тем самым он показал себя настоящим духовным вождем, вернувшим Хасану надежду и вдохнувшим смысл в его жизнь.

Малука устроил его рассыльным на свою видеостудию, расположенную в нескольких милях от того места, где они встретились в ту судьбоносную ночь. Дни Хасана заполнились постижением миллионов вещей, необходимых для создания продукции видеостудии «Мусульмане во имя истины». Демонстрируемые каждую ночь Рамадана телепередачи Малуки снискали огромную популярность, ибо весьма нелицеприятно отображали жестокости западной жизни. Они были плотью от плоти Хасана в той же степени, что и любое его дитя.

После двух лет испытаний Малука предоставил Хасану возможность, какая ему и не снилась. Решил сделать его глазами и ушами «Мусульман во имя истины», внедрив в самое чрево врага.