Всем сердцем - Смит Барбара Доусон - Страница 69

За его спиной маячила Лили. Своей утонченной красотой она напоминала фарфоровую куклу. Ее черты были слишком идеальны для живой женщины.

Анна страдала от собственной беспомощности и корила себя за глупость. Она думала, что виновник всех злодеяний – Сэмюел Фирт, и не ждала подвоха от Тимберлейка. Уверенная в своей силе и неуязвимости, она недооценила противника и подвергла опасности и себя, и Джошуа. Что их теперь ждет? Сможет ли она еще когда-нибудь доказать ему свою любовь? Она опустила глаза и заметила на голубом ковре перочинный ножик.

Охваченная надеждой, Анна принялась извиваться, постепенно придвигаясь к ножу и делая вид, будто ей просто хочется избавиться от пут. Она уже дотянулась кончиками пальцев, до металлической рукоятки, нагретой рукой Тимберлейка.

– Ну, вот видишь? – спросила Лили у Джошуа. – Эта ведьма никуда не сбежит. Она не доставила тебе никаких хлопот, папа?

– Н-нет, – промямлил Тимберлейк, дрожащей рукой сжимая мушкет.

Анна с трудом отвела взгляд от маленького смертоносного дула, нацеленного ей прямо в сердце, и опять тайком потянулась к перочинному ножу. На этот раз ей удалось поднять его с ковра. Направив лезвие на полоску ткани, который были связаны руки, она принялась методично пилить лоскут.

– Зачем вам ружье? – спросил Джошуа Тимберлейка. – Она и так никуда не убежит.

Барон взглянул на дочь.

– Лили не хочет рисковать.

– Следи за ней в оба глаза! Эта хитрая бестия чуть не увела у меня Джошуа. Но теперь он мой.

– Конечно! – подхватил Тимберлейк, разыгрывая радость. – Ступайте в другую комнату. Скоро придет преподобный отец Каммингз.

– Священник согласился нас обвенчать? – удивленно спросил Джошуа.

– Пока нет. – Лили улыбнулась. – Но он сделает это, ведь Дэвид – мой пленник.

Тимберлейк нетерпеливо пошаркал ногами.

– Ступайте же. Я здесь… э… вполне справлюсь один.

Лили подошла к отцу.

– Надо устроить еще одну вещь, папа. На время церемонии мисс Невилл должна сидеть возле Озуалд.

У Анны засосало под ложечкой. Ее пальцы онемели от недостаточного притока крови, но она продолжала упрямо резать ножом лоскут. Освободив руки, она сможет схватить мушкет.

Джошуа шагнул вперед. Вид у него был довольно невинным, если не считать горящих огнем карих глаз.

– Я отнесу ее в соседнюю комнату, – вызвался он.

– Нет! Отойди! – Лили выхватила мушкет у Тимберлейка и прицелилась в Анну.

Кеньон замер.

– Ее отнесет отец, – сказала Лили. – Говорю же тебе, она злая колдунья. Я не хочу, чтобы она опять тебя обворожила.

Бледный Тимберлейк перевел взгляд с дочери на Джошуа, потом нагнулся, чтобы поднять Анну на руки.

От отчаяния Анна стала еще яростнее пилить маленьким лезвием тряпку, которой были связаны ее руки. Она сердито посмотрела на барона в слабой надежде разбудить его совесть, но он старательно отводил глаза.

– Пойдемте, мисс Невилл. Вот умница! Если мы поладим, Дэвид останется жив. Все будет хорошо…

– Папа! – вдруг закричала Лили. – Что ты наделал?

Тимберлейк выпустил Анну и оглянулся через плечо. Лили указывала на покореженную дверцу шкафа – туда, где ее отец подковыривал замок.

Воспользовавшись моментом, Джошуа бросился к Лили, выхватил у нее мушкет и направил ствол вверх. Раздался выстрел, с потолка посыпалась штукатурка.

Анна невольно выронила перочинный ножик и, задыхаясь от пыли, принялась дергать полоску ткани. Наконец путы поддались, и она, пошатываясь, встала с пола.

Тимберлейк испуганно съежился, а Джошуа сцепился с Лили. Маленькая женщина дралась, точно разъяренная тигрица, брыкаясь, царапаясь и кусаясь.

Анна выдернула кляп изо рта, побежала в спальню и, схватив тяжелый пистолет Джошуа, быстро вернулась в гардеробную.

В эти несколько секунд Кеньон успел развернуть Лили и прижать ее спину к своему торсу, тем самым оградив себя от ее зубов и ногтей. Пиная его ногами и толкая локтями, она вытащила нож из длинной белой перчатки. Острое металлическое лезвие блеснуло в пламени свечи.

– Джошуа, берегись! – крикнула Анна.

Но было слишком поздно. Лили молниеносно подняла руку, отвела ее назад и полоснула ножом плечо Кеньона. Он выругался. По его рукаву потекла кровь.

Лили повернулась к противнику лицом, держа нож лезвием вверх.

В этот момент Тимберлейк набросился на дочь, схватил за ноги и повалил на пол.

Лили проворно вскочила, обратила к отцу свое искаженное злобой лицо и угрожающе помахала окровавленным ножом.

Не раздумывая Анна прицелилась и выстрелила. Лили, пошатываясь, отступила назад. На ее груди проступило красное пятно, оно медленно расползалось по бледно-голубой ткани. Но безумие цепко держало ее в своих лапах. Собрав последние силы, она вонзила лезвие в грудь отца и упала рядом с ним. Ее стеклянные глаза смотрели в потолок.

Пистолет выпал из ослабевших пальцев Анны. Она подбежала к Джошуа, который стоял, привалившись к стене. Он сдернул с шеи галстук и сунул его за пазуху, прижав к ране.

Анна с содроганием поняла, что он лишь чудом остался жив, и обхватила его рукой за талию.

– Тебе очень больно?

– Не обращай на меня внимания.

Кеньон подошел к лежащему Тимберлейку и опустился на колени.

Анна проследовала за ним, отводя глаза от распростертого тела Лили.

– Ляг, Джошуа, – попросила она. – Я хочу взглянуть на твою рану.

– Потом. Прижми к ране галстук, а я осмотрю Тимберлейка.

Она прижала ладонь к мягкому бугорку на его плече.

– Что с ним?

– Он мертв, – тихо проговорил Джошуа. – Должно быть, лезвие пронзило сердце.

Кеньон обернулся к Лили и закрыл ей глаза.

Анна взглянула на бледное и прекрасное лицо мертвой девушки и задрожала – так сильно, что ее зубы начали выбивать дробь.

– Я убила ее, – прошептала она, сглотнув комок в горле. Джошуа встал и крепко обнял Анну, прикоснувшись губами к ее волосам.

– Не кори себя. У тебя не было выбора. Если бы ты ее не убила, она убила бы тебя.

– Но я могла ранить ее в руку. Почему я этого не сделала?

– Тебе хватило мужества сделать то, что следовало сделать.

Уверенные слова немного успокоили Анну. Она согрелась теплом его тела и мысленно поблагодарила Бога за то, что Кеньон остался жив.

– Я должна обработать твое плечо, – взволнованно сказала она, откинув голову назад.

– Ничего со мной не случится. – Он смотрел так жадно и пристально, словно хотел затянуть ее в темные омуты своих глаз. – Анна, когда я узнал, что ты в опасности, я…

Но его перебил гул голосов. Дверь спальни со стуком распахнулась. Анна узнала властный тон леди Стокфорд.

– Не входите! – крикнул Джошуа.

Но его бабушка не послушалась. Она остановилась на пороге гардеробной и, в страхе округлив глаза, уставилась на пол – туда, где лежали трупы.

За ней подошли еще трое: ошеломленный Харрингтон, преподобный отец Каммингз, прижимавший к груди молитвослов, и Сэмюел Фирт с растрепанными ветром волосами и мрачным лицом.

– Что здесь произошло? – воскликнула леди Стокфорд. – Джошуа, ты цел?

– Да, бабушка.

– Он ранен, – сообщила Анна, – Лили порезала ему плечо.

– Лили? Лили Панкхерст? О Боже!

Леди Стокфорд шагнула вперед и покачнулась. Сэмюел Фирт подхватил ее за талию и подвел к украшенной бахромой табуретке.

– Сядьте, пока не упали в обморок, – сухо проговорил он. Она сердито сверкнула глазами и осталась стоять.

– Спасибо, но я никогда в жизни не падала в обморок. Мне надо позаботиться о внуке.

Фирт поморщился и отпустил вдову. Джошуа подошел к ней, не сводя тяжелого взгляда с Фирта.

– Здесь больше нечего делать, – сказал он. – Давайте спустимся вниз и подождем магистрата.

– А где Дэвид? – дрожащим голосом спросил преподобный отец Каммингз. – Он пострадал?

Анна охнула.

– Лили заперла его в шкафу. Она положила ключ в свою перчатку.

Она представила, как будет доставать этот ключ, и по телу ее побежали мурашки.