Безрассудное желание - Флурной Шерил - Страница 4

– Предупреждаю тебя, Мел, – сказал он однажды, не на шутку рассердившись на нее, – когда-нибудь ты зайдешь слишком далеко, и найдется человек, который возьмет то, что ты предлагаешь!

– А тебя это беспокоит, Тэннер? – хлопая золотистыми ресницами, спросила она.

– Проклятие, конечно беспокоит! Но не в том смысле, как ты думаешь. Я беспокоюсь о тебе. Меня огорчает, что ты делаешь глупости. И это может принести тебе большие неприятности!

Тэннеру показалось, что его слова подействовали на Мелинду, потому что она стала вести себя более осмотрительно. И Тэннер даже гордился этим.

А несколькими месяцами позже он возвращался из длительной и весьма утомительной поездки и недалеко от дома встретил на дороге Мелинду. В руках у нее была корзинка с мясом, фруктами и хлебом.

– Я подумала, что ты, наверное, очень усталый и голодный, – сказала она, сверкая огромными зелеными глазами. – Я так рада, что ты дома, Тэннер! Я очень скучала по тебе.

Тэннер тоже скучал по ней. Его взгляд упал на рубашку, которую распирали полные груди. Казалось, пуговицы вот-вот не выдержат и отлетят. Он видел, как при дыхании вздымались и опускались нежные полушария, и почувствовал, что в нем поднимается желание.

– Поехали, – пригласила она и развернула лошадь к небольшому озеру, возле которого виднелись купы деревьев.

Тэннер последовал за Мелиндой, хотя рассудок подсказывал, что ему надо пустить своего рысака во весь опор к дому. Если бы он прислушался тогда к голосу рассудка…

Однако Тэннер не внял его голосу. И едва опустились сумерки, как он пал жертвой чувственного желания, оказавшись в объятиях Мелинды.

После этого Мелинда удовлетворенно вздохнула: обольщение состоялось. Что касается Тэннера, то он почувствовал раскаяние сразу же после того, как удовлетворил свое желание. Он лежал рядом с Мелиндой, глядя в темнеющее небо, чувствуя холод и пустоту в груди.

Больше подобное не повторялось. Он избегал Мелинду, при встрече с ней испытывая неловкость и раздражение. Мелинда предпринимала попытки снова соблазнить его, однако это ей не удалось.

Она была уязвлена, глаза ее метали гневные искры, когда Тэннер сказал ей, что сожалеет о случившемся.

– Того, что сделано, не изменишь, Мел, – признался он, – но в моих силах не позволить этому повториться. То, что я сделал, – ошибка, потому что я не испытываю никаких чувств к тебе.

Мелинда рыдала, ругалась, колотила его кулаками.

– Ты снова захочешь меня, Тэннер! – выкрикнула она, но он лишь покачал головой и твердо заявил, что этого больше не будет.

Спустя несколько недель отец послал Тэннера на соседнее ранчо купить быка. Вернувшись через три дня домой, он узнал, что Мел с отцом снова уехала на восток на постоянное жительство.

– Кэл решил, что Мелинде нужно сменить обстановку, – такое объяснение дал Мэтью Ройс своему молодому сыну. – Он хочет, чтобы дочь получила образование.

Тэннер спросил, не собираются ли они когда-либо вернуться, на что получил ответ:

– Не думаю… После того как Мелинда почувствует вкус к той жизни, вряд ли ей захочется возвращаться на запад. Там жизнь гораздо легче и спокойнее.

Слова отца показались Тэннеру убедительными. В конце концов даже его родная мать бросила их и отправилась на восток, привлеченная легкостью тамошней жизни. После этого Тэннер никогда ее не видел. Так, очевидно, будет и с Мелиндой.

И вот теперь он получил от нее письмо с объяснением причины. Тэннер полагал, что принял правильное решение, пригласив Мелинду и ребенка, хотя момент для этого был страшно неподходящий.

В последнее время Тэннер потерял несколько коров и лошадей. Он понимал, что это дело рук какого-то завистника, но никак не мог поймать своего недоброжелателя. Ему хотелось надеяться и верить, что приезд на ранчо новых людей не усугубит ситуацию.

Тэннер решил предоставить ребенку дом, хотя и не собирался афишировать тот факт, что у него есть незаконнорожденный ребенок. Для начала все будет представлено таким образом, будто он принимает друзей, прибывших с визитом из восточных штатов. Вопрос об их судьбе он решит позже.

Тэннер въехал на холм и увидел перед собой Додж-Сити. Здесь его ожидали Мелинда и ребенок. Скоро он их увидит. Тэннер пришпорил усталую лошадь.

Глава 4

Мелинда посмотрела на маленькие золотые часики, пришпиленные к лифу платья. Скоро половина одиннадцатого. Тэннер должен прибыть в Додж-Сити в полдень.

Она раздвинула на окне шторы, выглянула на улицу, и на нее нахлынули воспоминания.

Осенью 1858 года Мелинда уехала из города, который тогда был известен как Буффало-Сити. В то время в городе было всего несколько убогих, наскоро построенных лачуг, такое же количество палаток и землянок. Главная улица представляла собой утоптанную тропу через прерию, на которой с трудом могли разминуться два фургона.

Предприимчивые торговцы прямо с фургонов продавали привезенные товары, преимущественно оружие, охотничью утварь и виски. Ни о каких предметах роскоши говорить не приходилось.

Кроме нескольких девиц, работавших в танцевальном зале, женщин в городе не было. Те же, кто сопровождал мужей, ищущих счастья, очень скоро разочаровывались и были глубоко несчастны.

В те времена Буффало-Сити представлял собой дикое, нецивилизованное селение, в котором не было ничего, кроме борделей, танцевальных залов, игорных домов и салунов. Город был наводнен искателями сокровищ, погонщиками мулов, охотниками на бизонов, а также игроками, ворами, авантюристами, скверными женщинами и не менее скверными мужчинами.

Мелинда помнила, как она в детстве не любила приезжать в этот город. Ей было не по себе видеть обнаженных по пояс, забрызганных кровью мужчин, разделывающих бизонов. Они грузили ценные шкуры в фургоны, а мясо складывали в бадьи или мешки для продажи. Кости оставались гнить на жарком солнце, и для деликатных детских ноздрей Мелинды эта вонь была невыносимой. Она удивлялась, почему останки животных не зарывали в землю, пока Мэтью Ройс не объяснил ей, что побелевшие на солнце кости бизонов представляют большую ценность.

За эти годы были убиты, куплены и проданы сотни тысяч могучих животных. Фургоны прогибались под тяжестью шкур, мяса и костей, когда громыхали по улице и по прерии, развозя груз в порты, лагеря и на ранчо.

Глядя на разросшийся город, Мелинда пришла к выводу, что и летом 1877 года, спустя девятнадцать лет, он оставался таким же нецивилизованным. Судя по звукам, доносящимся из окна, здесь сохранились те же дикие нравы и порядки.

Ковбои разъезжали по улицам, улюлюкая и что-то выкрикивая размалеванным, не обремененным избытком одежды женщинам. Несколько респектабельных дам по двое или по трое шли по улице, обходя стороной шумные компании. При этом они презрительно поднимали подбородки и отворачивали лица, вполголоса отпуская неодобрительные комментарии.

Еще в 1872 году город был переименован и получил более благозвучное название Додж-Сити, однако он сохранил отпечаток дикости и авантюрный дух. Его обитатели не изменили своему пристрастию к пьянству, азартным играм и гульбе.

Мелинда перевела взгляд на раскрашенных «кошечек», которые в зазывных позах стояли у входа в танцевальный зал. Когда-то давно Мелинда прямо-таки ненавидела этих женщин, представляя себе, как Тэннер Ройс делит с ними ложе.

Хотя Мелинда после того единственного раза неоднократно предлагала себя Тэннеру, он так и не поддался на ее уговоры, и она с болью в сердце думала о том, как он получает удовольствие в объятиях женщин, которые ей и в подметки не годятся.

Мелинде вспомнились разговоры рабочих на ранчо, которые, похохатывая, рассуждали о том, скольким женщинам Тэннер разбил сердце. Ей на всю жизнь запомнилась услышанная много лет назад фраза:

– Этот молодой жеребец знает, как уговорить любую леди.

Мелинда задумалась о том, со сколькими женщинами Тэннер переспал за эти годы. Любил ли он хоть кого-то из них? Впрочем, более важно, любит ли он кого-нибудь сейчас.