Безрассудное желание - Флурной Шерил - Страница 45

– С тобой все в порядке? – спросил он, задыхаясь, и тут же отстранил ее от себя.

Кера кивнула.

– Уверена?

Кера снова кивнула.

Он улыбнулся, потянулся за одеялом и поднялся на ноги.

– Иди к фургону и помогай Эми! Держись подальше от огня! – приказал он.

И бросился туда, где пламя бушевало сильнее всего.

Битва с огнем длилась несколько часов. Когда занялась заря и наступил новый день, на многие мили вокруг лежала выгоревшая земля. Люди в оцепенении смотрели на некогда пышную, буйную прерию, которая была уничтожена грозной, безжалостной стихией.

Кера ехала на Ройс-ранчо и вспоминала ночь, когда бушевал пожар.

Прошло два дня, и Тэннер не сделал попытки повидать ее. Той ночью он спас ей жизнь. Когда он посмотрел ей в глаза, она прочитала в них такую потрясающую нежность.

Тэннер прижимал Керу к себе, и она чувствовала, как дрожит его тело. Ей показалось, что она слышит, как Тэннер говорит «моя любовь». Впрочем, он шептал это лишь мысленно, не предназначая для ее ушей.

Чем ближе подъезжала Кера к ранчо, тем сильнее нервничала. Однако девушка решила: сейчас или никогда. Она сделает шаг ему навстречу и надеется, что Тэннер сделает шаг навстречу ей. Несомненно, она должна принести ему извинения за участие в плане Мелинды и готова на все, чтобы заслужить его прощение.

Внезапно поднялся сильный порывистый ветер, небо потемнело. Очень скоро после приезда в Канзас Кера поняла, насколько переменчива здесь погода. Гроза может начаться совершенно неожиданно, ливень способен затопить водой иссохшую землю и так же неожиданно прекратиться.

Кера посмотрела на небо: его заволокли серые тучи. В отдалении пророкотал гром. Гроза вот-вот разразится, и хорошо бы успеть добраться до ранчо, пока не хлынул дождь.

Первые капли упали на Керу, когда она въезжала во двор усадьбы. Спешившись, она завела лошадь в конюшню и привязала к шесту у стойла. Потом бегом перебежала двор и оказалась в доме.

Сара сейчас, должно быть, на кухне, мурлычет себе под нос мелодию без слов и что-нибудь печет.

Когда Кера ступила на порог кухни, ей ударили в нос запах кофе и опьяняющий аромат свежеиспеченного хлеба.

– Сара! – позвала девушка. Никто не ответил. – Сара, это я, Кера! – Ответом ей снова было молчание.

Оглядевшись, девушка увидела две буханки хлеба на столе и рядом записку. Взяв в руки клочок бумаги, Кера прочитала: «Тэннер, Джекоб отвезет меня к Миллерам. Она скоро должна родить, а доктора нет. Сара».

Положив записку на стол, Кера собралась было уходить, когда открылась дверь и в кухню вошел Тэннер. Он остановился, в глазах его отразилось удивление.

Кера молча смотрела на него. Он стоял перед ней в чуть промокших хлопчатобумажных брюках, плотно обтягивающих мускулистые бедра, с обнаженной грудью, держа рубашку в руке. Его лицо, волосы, грудь были мокрыми, на теле поблескивали капли дождя.

Оба смотрели друг на друга и молчали. Пауза явно затягивалась, и Кера первой нарушила напряженное молчание.

– Сара у Миллеров, помогает при родах, – неестественно громко сказала она. – Я нашла ее записку.

Взяв со стола клочок бумажки, она передала его Тэннеру.

Тэннер молча пробежал глазами записку, бросил ее на стол и снова уставился на Керу. С того момента, как он вошел в кухню, он не произнес ни единого слова.

Почему он ничего не говорит? Почему молча смотрит на нее? Господи, ну зачем она вообще приехала сюда!

На улице бушевала гроза, дождь отбивал прихотливый ритм по крыше дома. Раздался оглушительный удар грома, настолько сильный, что Кера подпрыгнула.

– Если вы скажете Саре, что я…

– Зачем ты пришла сюда? – спросил, перебивая ее, Тэннер. Он положил мокрую рубашку на стул и не отрываясь смотрел на Керу.

– В общем, я… – запнулась она и стала нервно облизывать губы.

Что она может сказать? Мол, Тэннер, я приехала сообщить, что люблю тебя? Или так: я решила, что поскольку ты ко мне не приезжаешь, то приеду я. Или, может, так: между мной и тобой существуют какие-то чувства, и я думаю, что нам не надо больше воевать друг с другом, потому что теперь ты знаешь, что я не твоя дочь.

Боже, сказать-то ей хотелось много, да только с того момента, как Кера оказалась здесь, она способна была лишь лепетать.

– Кера! – пробился к ней сквозь разбегающиеся мысли голос. Ей вдруг стало не по себе, и она начала продвигаться к двери, озабоченная тем, как бы разминуться с Тэннером.

– Я хотела повидать Сару и Джекоба, – сказала Кера, – но, поскольку их нет, приеду в другой раз.

Она приблизилась к двери, и в последний момент их тела соприкоснулись. У обоих пресеклось дыхание. Их взгляды встретились.

Сердце Тэннера стучало так, словно собиралось выпрыгнуть из груди. Ему хотелось заключить Керу в объятия и крепко, страстно поцеловать, но он запретил себе это делать.

Кере тоже хотелось обвить его руками, почувствовать крепость его объятий, ощутить вкус поцелуя. Она стояла не шевелясь, не двигаясь, хотя сердце ее кричало: «Я люблю тебя, Тэннер Ройс, я люблю тебя! Разве ты не видишь, разве ты не чувствуешь это?» В ее глазах застыла немая мольба, губы дрожали.

– На самом деле я пришла, чтобы повидать вас, – призналась Кера, отводя взгляд. – Я хотела с вами поговорить, попытаться как-то объяснить все, что случилось. – Тэннер продолжал хранить молчание, и Кера вдруг усомнилась в том, что в состоянии это сделать. – Поймите, Тэннер! – воскликнула она. – Я всегда была против того, чтобы участвовать в этом мерзком обмане! Вы должны мне поверить!

– Я хочу верить тебе, Кера. Видит Бог, как я этого хочу! Внутри меня происходит настоящая война между желанием поверить тебе и невозможностью этого. Каждый день, каждый час я искал ответы, аргументы… – Он оборвал тираду, но продолжал неотрывно смотреть на Керу. – Если ты и в самом деле не хотела принимать участия в этом мерзком сговоре, тогда почему – Господи, ну почему? – ты не пришла ко мне, чтобы сказать правду? Почему ты оставила меня наедине с этими дьявольскими муками? Проклятие, неужели ты не видишь, через какой ад я прошел? Или тебе все равно?

– Нет, мне не все равно! Это терзало меня, медленно меня убивало! – горячо возразила Кера. – Я пыталась, Тэннер, честное слово, пыталась, но оказалась слишком слабой, чтобы это сделать. А кроме слабости, был еще страх, страх за себя и за вас.

– Кера, я мог бы понять… Я мог бы помочь. Если бы я знал об обмане Мелинды, если бы знал истину, я бы нашел способ с ней управиться! Я защитил бы не только себя, но и тебя. Ты говоришь о слабости, о страхе. Говоришь, что тебя это терзало и убивало… Господи! А как, ты думаешь, жил все это время я? Ты не можешь представить, какие муки и страдания я перенес! И какое презрение к себе испытывал.

– Я очень сожалею об этом, Тэннер, – прошептала Кера, разрыдавшись.

– Я хотел бы верить этому, – холодно сказал он. – Я хотел бы верить, что ты говоришь правду, хотя у меня есть сомнения… – Он не закончил фразу и в задумчивости покачал головой.

Ей было так непросто все это сделать, подумала Кера. Она поступилась самолюбием, собрала все свое мужество и пришла к Тэннеру, чтобы поговорить с ним, чтобы все объяснить ему и попросить прощения. И все без толку! Он смотрел на нее немигающим взглядом, не делая никаких попыток перекинуть мостик через пропасть, которая их разделяла.

Слезы покатились по щекам Керы, когда она осознала всю тщетность своих усилий. Повернувшись, она выбежала из кухни на дождь. Ноги ее заскользили по мокрой земле.

Сильная рука схватила ее за плечо, вынудив остановиться. Обернувшись, она увидела перед собой разъяренное лицо Тэннера.

– Черт побери, куда это ты собралась? – взревел он, перекрывая грохот грома и шум проливного дождя. – Ты не сможешь уехать в такую погоду!

Кера дернулась, пытаясь вырваться.

– Пустите меня! – закричала она. – Пустите меня, Тэннер!

Земля была скользкой, и поскольку Кера отчаянно дергалась, Тэннер потерял равновесие и ослабил хватку. Кера изо всей силы оттолкнулась от него и пока он, покачнувшись, балансировал, пытаясь удержаться на ногах, побежала к конюшне.